Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-7) - Александр Алексеевич Иванов

сейчас было не попасть. Впрочем, несмотря на усилия властей по сокрытию информации о происходящем и все еще «лежащую» Коммуникационную Сеть, слухи распространяются быстро, так что желающих заехать в Петербург было гораздо меньше, чем тех, кто пытался выехать.

В пригороде наш авто съехал с магистрали и некоторое время катил по дороге местного значения…

— Сейчас сделаем пересадку. — предупредил меня Паша.

…аккурат до небольшого моста через неэлектрифицированную одноколейку. Паша остановился на обочине и, убедившись, что за нами нет «хвоста», загнал машину под мост.

— Выходим. Только проверьте, что ничего не забыли. — остановив машину, сказал мне водитель, после чего выбрался из-за «баранки».

Надев рюкзак и взяв люльку, я собрался было на выход, но, поколебавшись мгновение-другое, прихватил еще и свой «ночник». Он мне, в общем-то, уже без надобности, но внутренняя «жаба» не позволила просто так расстаться с прибором.

Рома вышел вслед за мной. Один без Виталика, чему я удивился. Однако, когда дедов бастард занял место за рулем, все стало понятно. Здесь наши дорожки расходятся. Вряд ли «гвардейцы» самовольно оставляют меня и брата. Скорее всего, у них приказ: помочь нам выбраться из города, а затем вернуться.

Рома махнул мне рукой на прощание, после чего машина Писателя тронулась с места.

— Нам сюда. — сказал Паша и взглядом указал на автомобиль, припаркованный на площадке для сервисных машин.

Нашим новым транспортом оказался такой же семейный внедорожный вэн (хотя и другой модели), как тот, на котором мы начинали свой путь сюда. Других автомобилей под мостом не было.

Я огляделся по сторонам. Ни камер, ни лишних глаз поблизости. Хорошее место, чтобы спокойно сменить транспорт.

Не прошло и пары минут, как наш новый авто вырулил на дорогу.

Сытый Витек преспокойненько дрых, и я, глядя на него, тоже не удержался от того, чтобы немного прикорнуть. В конце концов, из города мы вырвались, а значит, приключения для нас уже закончились. По крайней мере, на сегодня.

Мне снилась моя здешняя жизнь до. И, как это уже стало для меня привычным, я четко осознавал, что вижу сон. Мне снилась мама. Она собиралась что-то рассказать мне…что-то очень важное, но…

— Проснитесь!

…голос Паши самым бесцеремонным образом вырвал меня из сновидения.

— Что-то случилось? — протерев глаза, спросил я.

— При вас есть ваши устройства? Видеофон, коммуникационный браслет, ВЭМ? — спросил водитель.

— Н-нет, ничего такого у меня вроде бы нет…точно нет. Хотя погодите… ВЭМ Вяземского-старшего, но он не мой. — ответил я

— Понятно… — сказал Паша, а затем внезапно крикнул. — Пристегнитесь и держитесь покрепче!

Последнее его распоряжение выполнил незамедлительно. Пристегнувшись, я одной рукой прижал к себе люльку, а другой вцепился в пассажирскую ручку.

Наш авто резко свернул на грунтовку, причем до идеала ей было далеко, после чего водитель от души выжал газ. Подвеска машины хорошо отрабатывала неровности и ямы. Трясло знатно, конечно, но не так сильно, как я того ожидал.

Приключения для нас закончились, да? — плотно сжав челюсти, мрачно подумал я, пытаясь удержаться в кресле и борясь с подступающей истерикой. — А вот хрен тебе, Кайа, ведь Паша мог устроить такое ралли только по одной причине!

— Нас выследили? — громко крикнул я (шумоизоляция салона оставляет желать много лучшего), едва не прикусив язык на очередной кочке.

— Да! — крикнул в ответ он и после недолгого молчания продолжил. — Вытащите из рюкзака ВЭМ!

Это было проще сказать, чем сделать, учитывая дикую тряску и то, что мне приходилось удерживать люльку. Но у меня все же получилось.

— Что теперь⁈ — крикнул я, выполнив указание.

— Бросьте его куда-нибудь назад! — было мне ответом.

Я вдруг осознал, что Паша требует избавиться от ВЭМ. Разумно, конечно, если там и правда есть следящее устройство, но…

— В ней жизненно важная для страны информация! — крикнул я.

— Тогда достаньте накопитель, если сумеете! — крикнул в ответ он.

Натурально обливаясь потом, я принялся вытаскивать накопитель, что в текущих условиях оказалось еще более сложным «квестом», чем извлечение самой ВЭМ из рюкзака.

На черта это нужно делать прямо сейчас⁈ — мелькнула в моей голове мысль, но спорить я не стал.

— Время вышло! Бросьте! — крикнул Паша аккурат в тот момент, когда я извлек наконец накопитель.

— Достала! Что теперь⁈ — крикнул я, бросив на задний ряд выпотрошенную ВЭМ и сунув затем накопитель в карман.

Я оглянулся назад, чтобы посмотреть, кто же там нас преследует, однако заднее стекло было наглухо закрыто жалюзи.

— Вот, держите! — крикнул Паша, а затем, сорвав с торпедо какое-то нечто, бросил его мне. Это самое нечто шлепнулось на соседнее кресло, точнехонько на мой рюкзак, и я умудрился схватить штуковину прежде, чем она успела свалиться на пол.

Это были просто аналоговые часы.

Нахрена мне часы⁈ — со злостью подумал я. — Чтобы сказать полякам: «точное время: пять часов сорок четыре минуты», прежде чем они меня убьют⁈

— Там есть компас, видите⁈ — спросил Паша.

— Вижу!

— Умеете пользоваться⁈

— Умею!

— Слушайте внимательно! Вам предстоит самостоятельно…без меня…добраться до пристани! Там вас уже ждут! Когда я остановлю машину, сразу же бегите в лес! Бегите точно на северо-запад! Не останавливаясь! Ориентируйтесь по компасу! Как только лес закончится, вы увидите вдали реку! Между рекой и вами будет небольшая деревня! Деревня — это ориентир! Пристань находится точно на севере от деревни, примерно в трех километрах! Вы меня услышали⁈ — он прокричал это без остановки.

— Да! — крикнул в ответ я.

— Приготовьтесь!

Я обернулся на соседнее кресло и…ощутил то, как бешено забилось мое сердце. «Ночника» нет, екарный бабай! Я что, все-таки оставил его в машине Писателя⁈ Если так, значит, бежать по лесу мне предстоит в кромешной мгле. Может, он под рюкзаком?!.

Колесо попало в очередную яму, и машину здорово тряхнуло, отчего я едва не вылетел из кресла. Слава богу, удалось удержать люльку. Ребенок же орал как резаный, добивая мои измотанные нервы.

Блин горелый… — пронеслась мысль.

Краем глаза вдруг заметил движение на полу, а в следующий миг, когда понял, что это такое, меня охватило «резкое негативное удовольствие», как говаривал там один мой знакомец, ибо я лицезрел свою потеряшку. «Ночник»! Он просто свалился на