Цвет ночи. Обжигающий неон - Лера Виннер

— На мой взгляд, отлично, — Лив наблюдала за ним так, будто они обсуждали удачно выбранную в магазине и идеально подошедшую вещь, а не внешность, с которой ему предстояло прожить Вечность или около того.

Зейн отвернулся, ни на кого не глядя, напоминая себе, что его это больше не должно касаться.

Пристальный взгляд Эрики он ощутил кожей. Пристальный, испытующий, требовательный, словно она чего-то от него ждала.

Скорби?

Горечи?

Подавленности и ощущения себя побеждённым?

Зейн не видел смысла вдаваться в детали, как и смотреть на нее в ответ. Со всеми спорными моментами они ещё прошлой ночью определились.

— Извините, но нам пора, — Эрика наконец спустилась, и только после на лестнице показалась Селина. — Первая охота. Ты же не хочешь это пропустить?

Последнее было адресовано персонально Зейну и сказано так, чтобы только он различил неслышные для остальных оттенки. Злость, насмешка, вызов.

— Да, разумеется.

Когда за ними закрылась дверь, Селина остановилась там, где только что стоял Дэнни, посмотрела в зеркало на себя, а после повернулась к Лив.

— Не поймите меня неправильно, но почему он такой? У меня всё было по-другому, и…

— … И глаза впервые поменяли цвет только после первой крови, — Мердок подошёл сзади, обнял её за плечи, разворачивая обратно к теперь уже их общему отражению. — Так и должно быть. Это значит, что твоё перерождение прошло нормально. И ты очень красивая.

— А его? — она пропустила последнюю фразу мимо ушей, развернулась, хотя и не стряхнула его руку. — Он проснулся, у него всё в порядке с головой. Даже эти двое не передрались. Что ещё может быть не так?

— Это мутация, милая, — Лив вернулась к зеркалу и поправила волосы, глядя исключительно на своё отражение. — Фактически он успел умереть в процессе получения крови. Так что вполне вероятно, что абсолютным человеком, как ты или они, он не будет выглядеть никогда.

— И чем это может грозить?

— Ну, — Лив все же посмотрела на нее и улыбнулась снова. — Джону, как лучшему специалисту в этой области, придется подобрать для него несколько пар подходящих очков.

Глава 34

Первые убийства не приносили Фредерике удовольствия, не будили в ней азарт и не разжигали в ее крови пламя. В них присутствовала неловкость, естественная для добропорядочной и набожной женщины, ещё не до конца осознавшей свою новую сущность и то, что прежними мерками она не сможет изменить уже ничто и никогда.

Дэнни же убивал красиво.

Наблюдая за ними со стороны, Зейн отмечал изящество и беспощадность движений, отсутствие сомнений и душевных терзаний. Он определенно сохранил и разум, и душу, но его убеждения и потребности определились точнее. Убивая быстро и безболезненно, он словно делал то, для чего был рожден, с полным осознанием смысла и не нуждаясь в пояснениях.

Эрика оставалась рядом. Каждую секунду, на каждом шаге она ненавязчиво помогала, едва слышно подсказывала, прикрывал ему спину, неусыпно контролируя пространство.

Это зрелище завораживало и вместе с тем заставляло держать собственную спину слишком прямо.

Ощущение сопричастности и вместе с тем, чуждости всему этому оказалось чем-то средним. Тонкой гранью между наслаждением и пыткой.

Дэнни не принадлежал ему и уже больше не будет, и эта пустота делала голову лёгкой, движения непривычно раскованными.

Эрика увлеклась происходящим. Едва ли сама понимала, чему радуется. Едва ли следила за выражением своего лица. Зная, что за ними наблюдают, она не красовалась, не позерствовала, а занималась

исключительно тем, ради чего они вернулись в эти забытые всеми богами районы — учила свое Творение убивать. Внушала ту философию, с которой делала это сама. Ту самую, что переняла у своего Мастера, но напоминать об этом тем или иным образом даже самому себе Зейн счёл подлым и неэтичным.

Он сам насторожился лишь один раз, заметив в конце улицы пару молодых и весёлых вампиров. Те притормозили, и, узнав Смотрящую, тихо ретировались.

Неделя для местного Общества обещала быть в плане новостной повестки насыщенной…

Зейн невольно улыбнулся, опуская руки в карманы.

Эрика увидела, конечно же, но внимание мелкого на свидетелях акцентировать не стала. Только выпустила когти на всякий случай.

Чем бы она ни руководствовалась, чего бы ни хотела для себя, инстинкт Создателя в ней сработал, хотя его могло и не оказаться.

Это было главным, в чем следовало удостовериться, и Зейн ушёл тихо, не отвлекая их и не прощаясь, надеясь на то, что Эрика сообразит вовсе о нём не упоминать.

Глава 35

— Каково это, быть Создателем?

— А как тебе кажется, глядя на меня?

Появление собственного птенца доказало, что все ее представления были верны лишь до определённой степени.

Иногда казалось, что Зейн сожалеет о сделанном и раздражается на само ее присутствие.

Иногда — что обожает и хочет бросить целый мир к ее ногам.

Последнее звучало высокопарно, но, иногда позволяя себе анализировать, Эрика вынуждена была признавать, что именно так оно и было в действительности. Зейн мог обидеть походя, потерять контроль над собой, пропадать где-то сутками, если не неделями, но он всегда возвращался так, словно не рассматривал иных вариантов. Зная его, Эрика, в свою очередь, отлично понимала, что этих вариантов было великое множество.

Помимо множества казавшихся ей бесконечно сложными наук, вроде чтения, танцев, хороших манер, которые Зейн вбивал в нее, не стесняясь в средствах и методах, были бесконечные переезды и путешествия, погружения в такие глубины, о которых она и вправду не подозревала.

Мир оказался велик и многообразен, и Зейн, имея в своем распоряжении Вечность, как будто отчаянно торопился показать его своему Творению с лучшего ракурса.

Тогда Эрика принимала это за азарт, за желание покрасоваться и впечатлить до нужной степени.

Появление Дэна показало, что все было не так.

Чутко прислушиваясь к себе, проверяя саму себя на несоответствие хотя бы относительной норме, она понимала, что все не так.

Волчонок лежал третью ночь. Послушно вставал, чтобы поесть, искренне увлекался охотой, находя в ней разумное и приличествующее хищнику удовольствие, учился зачаровывать жертву и делал успехи, а после снова уставлялся в стену бессмысленным взглядом.

Что с ним делать, Эрика не знала.

Сознание Дэна было открыто для нее, но лезть слишком глубоко она не решалась, нехотя расписываясь в том, что в подобном не было нужды.

Дэн не был болен, у него не было никаких отклонений, он не наглотался по глупости отравленной крови. Считать его физическое состояние оказалось поразительно