Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Мы дождались, пока рассеется дым и остынет бронза. Гесс провёл калибр по каналу, затем измерил казённую часть в трёх местах. Меловые линии остались целыми, края запального отверстия не раскрошились. Из канала вышла только сухая чёрная сажа, без бронзовой стружки.

– Выдержал, – сказал Гесс.

– Один выстрел.

– Поэтому приёмочного клейма не ставлю.

Он отложил клеймо с короной и взял узкое, с буквой «О» и цифрой два. Буква означала опытный ствол, цифра указывала на вторую отливку. Гесс один раз ударил молотком. Теперь ствол разрешалось осмотреть и испытать снова, но серийной пушкой он ещё не считался.

В конторе Велль ждал нас с четырьмя копиями листа сборки. У замка, ложи и комплекта крепежа были собственные номера мастерских. В листе их записывали под одним номером будущего ружья. Отдельные строки оставили для номера вальеского ствола, дорожного листа и названия полка, который получит оружие.

Одну копию взял Гесс, вторую отправляли Лору, третью Вейну. Четвёртая оставалась у Велля.

– По этому листу можно будет узнать, где сделали каждую деталь, каким обозом её отправили и в какой полк выдали ружьё? – спросил Велль.

– Можно. Но сначала нужно проверить, подойдут ли детали друг к другу без переделки.

– Что осталось сделать?

– В Валье соединить коронный замок и ложу с принятым стволом. Если напильник не понадобится, Лор впишет номер ствола и отправит готовое ружьё в полк.

Велль оставил пустой квадрат в графе приёмки.

– Заполним после ответа Лора.

Бурт и Зир выехали на рассвете следующего дня. Два опечатанных короба с заготовками положили поперёк подводы на войлок и крепко притянули ремнями. Книгу с порядком нагрева и охлаждения завернули в вощёную кожу, убрали в железный ящик под сиденьем и опечатали. Вторая копия книги оставалась у Гесса.

Для следующей контрольной впайки везли отдельный запас эфирита. Его положили в другой железный ящик под печатями Крейн и Велля.

Дорожный смотритель отвёл на путь до Валье девять дней. Дождь мог задержать подводу, если размоет участок за Серой Бродой. Я записал в дорожном листе три приказа: короба в пути не вскрывать, заготовки готовыми стволами не считать, после приезда дать Зиру день отдыха.

Ниже перечислил работу, которую предстояло выполнить в Валье. В заготовках нужно было просверлить каналы, осмотреть эфиритовые швы изнутри и сделать нарезы. Затем каждый ствол следовало испытать двойным зарядом. Только после этого Лор мог поставить приёмочную метку.

Бурт ещё раз проверил ремни.

– Вы с нами?

– Поеду следом. Сначала закончу грамоту для Валье.

– Тогда не присылайте третий приказ на развилку. Двух прежних хватило.

– Не пришлю.

Зир уже дремал, прислонившись к борту. Возчик медленно вывел подводу за ворота, чтобы колёса не ударились о каменный порог. Я дождался, пока она свернёт на северную дорогу, и вернулся в контору.

На столе осталась копия общего листа Велля с пустой графой приёмки. Рядом лежал черновик грамоты с именами Олафа и Лора.

Том 4й: Стальная корона. Глава 23. Последняя приёмка

Грамоту принесли после полудня. На четырёх листах уместилось то, ради чего Теодор задержал меня в Аркенбурге ещё на день: Валье нельзя было делить, отдавать за долг или передавать новому владельцу вместе с мастерскими. Если я погибну или пропаду, Олаф продолжит управлять баронством от имени короны. Лор сохранит арсенал, школу и право принимать оружие. Велль будет сверять казённую долю по тем же книгам, которыми мы уже пользовались.

Я перечитал листы дважды. Ладонь ещё тянуло под повязкой, поэтому я писал медленно и посадил кляксу возле своего имени.

– Валье останется целым, – сказал Теодор.

Он стоял у окна и смотрел, как писец посыпает подпись песком.

– Если я исчезну.

– Именно. Мастерские, шахту и землю не разделят, пока корона решает вопрос о наследовании. Сейчас это важнее.

Я поставил печать Валье. Теодор приложил коронную рядом. Третью копию Велль забрал в казённый архив, вторую сложили для Лора, первую я убрал в кожаный тубус.

Крейн ждала во дворе у двух осёдланных лошадей. Рядом стоял узкий ящик, обитый медью. Тетрадь Тальса в кожаном чехле она привязала к седлу.

– Совет отпустил вас? – спросил я.

– В решении записано: проверить расход эфирита. Так Совету проще объяснить мою поездку.

– А на сколько дней?

– На сколько потребуется, чтобы вы не сожгли двойное гнездо в первый же час.

Мы выехали до вечерней стражи. Бурт и Зир ушли накануне утром, но их подвода была тяжёлой. Два опечатанных короба лежали поперёк настила на войлочных подкладках. Отдельно везли эфирит, оправку, фурму и книгу режимов. Быстро такой груз не шёл.

Первую ночь мы провели на коронной станции. На второй день начался мелкий дождь. Глина налипала на копыта, плащ тянул плечи, а к вечеру вода добралась под ворот. Крейн не жаловалась. Она только дважды потребовала остановиться и проверить пломбы на своём ящике.

Бурта мы догнали на третий день у Серой Броды. Подвода стояла возле постоялого двора с поднятым левым колесом. Бурт давил на длинный рычаг, приподнимая ось, а Зир лежал под телегой и подводил новую деревянную прокладку.

– Могли подождать кузнеца, – сказал я, спешиваясь.

– Ждали, – отозвался Бурт. – Он посмотрел и принёс топор. Топор у меня свой.

Один из двух королевских стражников показал дорожный лист. Пломбы на коробах совпадали, эфирит никто не открывал. Колесо село на ось ровно, но Бурт велел снять часть груза и перенести на вторую телегу, которую мы наняли у хозяина постоялого двора. За неё пришлось заплатить. Велль потом потребовал бы расписку, и я взял её у хозяина, пока тот ещё помнил названную сумму.

Дальше мы шли вместе. Возле Серой Броды дорога держала, за ней две низины размыло. Лошадей выводили по одной, под колёса клали хворост. На шестой день порвался ремень у короба с оправкой. Бурт заметил это по стуку, остановил телегу и заменил ремень, прежде чем дерево успело разбить угол ящика.

Крейн каждый вечер ставила рядом со своим ложем измерительный кристалл. Обычно внутри шёл один тусклый отсвет. На седьмую ночь он раздвоился на миг и снова стал цельным.

– Близко? – спросил я.

– Нет. Дождь попал на оправу.

Она вытерла медь сухой тряпицей и повторила проверку. Отсвет больше не делился.

В Валье мы вошли на девятый день после