Боярский сын. Отрок - Алексей Владимирович Калинин

мне на слово: если эта одна-единственная дуга прилетит точно в цель, в незащищенное место то прожжёт на десяток сантиметров. Это очень мощная, пробивная техника, и её тебе следует изучить в первую, мать её, очередь. Так что хватит прохлаждаться! Поднимай свою ленивую задницу с матов, Елисей! Будем делать из твоего кухонного ножичка настоящий световой меч!

У меня было огромное желание послать его вместе с товарищами к такой-то матери, но… Они ведь мне добра желали, а поэтому я с кряхтением поднялся и потащился смотреть, как Яромир делает технику «Огненного Клинка».

Глава 19

Отец сидел во главе стола и вел себя так, словно Суд чести был какой-то проходной школьной олимпиадой по математике. Удивительная выдержка. Он методично и неторопливо нарезал стейк, пока мы с Яромиром уплетали еду так, словно три дня голодали.

Впрочем, после утренних тренировок с огненным клинком жрать хотелось просто невыносимо. Углеводов было потеряно много.

— Тревожные новости приходят с Рубежа, — размеренным голосом произнес Святослав Васильевич, отправляя в рот кусок мяса. — Твари из Опасных земель всё чаще и всё наглее проникают на подконтрольные нам территории. Раньше они только покусывали границы, а теперь лезут вглубь Империи.

Я перестал жевать и внимательно посмотрел на отца. Если глава рода начинает разговор на такие темы за обедом, значит, дело пахнет керосином.

— Буквально сегодня утром пришла сводка из закрытых каналов, — продолжил отец, и в его стальных глазах мелькнула мрачная тень. — Был зафиксирован случай прорыва. Отряд имперской зачистки был зверски растерзан. И знаешь, что самое скверное, Елисей? Их возглавляли три бойца ранга Витязь.

Яромир аж поперхнулся морсом.

— Три Витязя⁈ — выкатил он глаза. — Да ладно! Чтобы положить трех Витязей, нужна целая армия тварей! Или какой-нибудь высший демон. Их что, в засаду заманили?

— Засада, не засада — итог один. Нашли только ошметки тел и выжженную землю, — сухо отрезал отец. — Что-то большое и крайне опасное начало подступать к стенам Империи. И сейчас ни в коем случае нельзя расслабляться. Если такие твари начнут прорываться массово, обычными гарнизонами Рубежа не обойтись. В любой момент могут понадобиться объединенные силы боярских родов. Мы должны быть готовы ко всему, сыновья. К мобилизации…

Яромир тут же подобрался. Его грудь выпятилась колесом, а в глазах вспыхнул тот самый дурной, залихватский огонек, который обычно предшествует поиску приключений на пятую точку.

— Отец, а если начнется заварушка… можно мне будет во главе нашего родового отряда отправиться на Рубеж? Я же Боец! Я этих тварей в капусту нашинкую!

Отец тяжело вздохнул, глядя на моего неугомонного братца с легкой смесью гордости и родительской усталости.

— Не торопись лезть в пекло, Яромир, — осадил он его. — Если понадобится, если Император кинет клич… Нам всем троим придется надевать боевое снаряжение и идти в мясорубку. Так что копи силы, они тебе еще понадобятся.

После этих слов тема плавно съехала на более насущные, домашние дела. Отец начал расхваливать Гордея. Мол, какой молодец наш командир элитников, как грамотно и жестко он укрепил подступы к поместью после вчерашнего.

— Периметр теперь закрыт наглухо, — с удовлетворением вещал Святослав Васильевич, прихлебывая чай. — Магические щиты перенастроены, патрули усилены вдвое. Муха не пролетит, мышь не проскочит. Гордей свое дело хорошо знает, ни один враг к нам теперь незамеченным не сунется.

Я сидел, активно кивал с серьезным лицом и благоразумно помалкивал.

Ага. Муха не пролетит. Мышь не проскочит. Зато одна очень привлекательная японская ниндзя в обтягивающем костюме проникает через хваленые щиты, как нож сквозь подтаявшее масло. И прямиком ко мне в спальню!

Я мысленно усмехнулся. Конечно, Мизуки — это Мизуки. Она элита теневого искусства. Но сам факт!

Мои хваленые СБшники смотрели в свои тепловизоры и камеры, хлопали глазами, а у них под носом творился форменный беспредел.

«Надо бы поставить себе жирную зарубку на будущее», — подумал я, отправляя в рот кусок отбивной. — «Как только разберусь с Судом чести, лично возьмусь за тренировки наших ребят. Научу их взаимодействовать с ниндзя, иллюзионистами и прочими любителями ночных прогулок по чужим спальням. А то сегодня в окно залезла союзница, чтобы предупредить об опасности, а завтра там может нарисоваться перекошенная рожа какого-нибудь злыдня с отравленным кинжалом. И вот от такой проблемы, простите, грязными трусами не отмашешься! Даже если они будут бронированными!»

Едва мы закончили с обедом, мой телефон, лежавший на столе, коротко и требовательно завибрировал.

На экране высветился номер Морозова-старшего. Кирилла Матвеевича.

Я извинился, промокнул губы салфеткой и отошел к окну, нажимая на кнопку приема.

— Елисей Святославович, — голос декана факультета Тайного Дознания звучал сухо, по-деловому. — Добрый день. Не отвлекаю?

— Добрый, Кирилл Матвеевич. Для вас у меня всегда найдется минутка. Что-то случилось? Моё зелье решило взорвать вашу лабораторию постфактум?

Морозов даже не хмыкнул на мою шутку. Плохой знак.

— С лабораторией всё в порядке. Но мне нужно, чтобы вы приехали ко мне. Прямо сейчас, если это возможно, — его тон не терпел возражений. — И, Елисей… это совершенно не телефонный разговор. Ваше присутствие просто необходимо.

— Понял. Скоро буду, — я уже собрался сбросить вызов, как он добавил:

— И еще одно. Приезжайте один. Это важно.

В трубке раздались короткие гудки. Я задумчиво потер подбородок, пряча телефон обратно в карман.

Интересное кино получается. Глава могущественного рода, декан Академии и человек, который пустил меня в свою святая святых варить запрещенные стимуляторы, внезапно хочет видеть меня соло.

Нашли что-то на складах в Балашихе? Или всплыли новые детали по поводу моего будущего противника на Арене?

Я вернулся к столу.

— Отец, мне нужно отлучиться по делам, — сказал я, накидывая камзол. — Морозов-старший звонил. Просит срочно подъехать.

Святослав Васильевич нахмурился, отставляя чашку.

— Кирилл Матвеевич? Странно. Зачем ты понадобился ему лично, да еще и так срочно?

— Не знаю. Сказал, что не телефонный разговор, — я пожал плечами. — И просил приехать одного.

Отец недовольно цокнул языком. В свете последних событий, когда меня пытались убить в парке, отпускать младшего сына в одиночное плавание по Москве ему явно не улыбалось.

— Одного? Ну уж нет. По городу до сих пор могут шастать недобитки из тех наемников. Гордей! — крикнул он в коридор. — Выдели Елисею пару толковых парней из личной гвардии. Пусть сопроводят.

Я уже хотел открыть рот