Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура

Обычно группировки действовали порознь и шифровали сообщения по-своему. Однако для особо крупных операций их могли свести вместе, и тогда в дело шёл единый для всех шифр. А текст этих телеграмм уж очень был на него похож.

– Странно, что этого никто не заметил, – Маэдзима удивился.

– Если бы новое правительство по-человечески устроило старую гвардию, ничего такого и не было бы. Уж тем более всякую мелочь, вроде «Хякунин-гуми», – Кёдзин бросил с привычной насмешкой, но, осознав, что сейчас не до шуток, сделал серьёзное лицо. – Покажите.

– Прошу.

Маэдзима уступил место, и Кёдзин, стоя, разложил бумаги на столе. Прошло чуть больше десяти минут. В комнате раздавалось лишь размеренное шуршание.

– Ох, плохо дело, – прошептал Кёдзин. Ни следа от обычной лёгкости, лицо напряжённое.

– Прочёл? – спросил Сюдзиро, поднявшись с места.

– Да. Приготовьтесь. Три вести… И все плохие.

Маэдзима сглотнул и кивнул, разрешая говорить.

– Во-первых, заговорщики – это не радикалы из Полицейского управления…

– Не может быть.

– А кое-кто похуже.

– Неужели?..

– Да, глава Полицейского управления, Кавадзи Тосиёси.

Конечно, он не подписывает телеграммы своим именем. Но Кёдзин подметил, что в шифровках отдаются приказы даже второму лицу в Управлении. Такой властью обладает лишь его глава – Кавадзи. Значит, командировка в Гумму – это ложь, и он, скорее всего, сейчас в том самом тайном штабе у подножия Фудзи.

– Сложно поверить…

Маэдзима оцепенел, и в этот момент вернулся Фунами.

– Специальный отряд ещё не выдвинулся, – доложил он. – И, похоже, Кавадзи-доно пока не вернулся. И к тому же…

Фунами показал новую телеграмму. Она не имела отношения к кодоку, но Маэдзиме лучше было её увидеть.

Вчера явился чиновник из провинциального управления при Министерстве внутренних дел. Местные власти получили сведения, что шестеро самураев из префектуры Исикава замышляют покушение на Окубо Тосимити. Они немедленно доложили об этом в Полицейское управление, но в ответ услышали лишь дежурное «сообщим Кавадзи». Чиновник, видя такое пренебрежение, не отступил и потребовал тут же отправить телеграмму самому Кавадзи, который якобы был в командировке. Ему даже пришёл ответ. Но содержание было таково: «Что смогут сделать какие-то исикавцы?»

Сплошное высокомерие, без малейшей готовности взяться за дело. Поскольку дальнейшие действия сочли бы превышением полномочий, чиновник отступил. Однако осадок остался, и он, видимо, донёс эту историю в Управление почт и связи, которое курирует Маэдзима – правая рука Окубо.

– Поверить не могу… – прошептал Маэдзима, потирая переносицу.

Неизвестно, действительно ли планируется покушение, но в обычных условиях это обязательно довели бы до сведения Окубо. Видимо, и с Полицейским управлением, и с Кавадзи что-то не так.

– Как раз кстати. С этим связана вторая новость, – заговорил Кёдзин.

– Что значит «как раз кстати»?

– Кавадзи хочет убить министра Окубо.

– Что?! – Маэдзима широко распахнул глаза.

– Он понял, что сведения о кодоку утекли, когда Окубо попросил выслать специальный отряд. – Кёдзин постучал пальцем по бумагам на столе. – Тут как раз и про этих исикавских самураев есть. Значит, расчёт такой: убьём сейчас – и виновные готовы. Хотя стойте… Да кто этот слух-то в провинциальное управление спустил? Тоже ведь наверняка из Токио.

Когда они решили совершить покушение, то просто дезинформировали провинциальное управление, чтобы то, в свою очередь, сообщило в Токио. Так, совершив убийство, можно будет свалить всё на самураев из Исикавы. Для Кавадзи это станет несмываемым позором, но, по крайней мере, он сможет отрицать свою причастность.

– Кавадзи, тварь…

Маэдзима сжал кулаки. Видимо, и он к этому моменту уже уверился, что это дело рук главы Полицейского управления.

– И наконец, третья новость. Готовы?

Кёдзин окинул взглядом всех. Лицо его слегка подёргивалось.

– Не томи, – отрывисто сказал Сюдзиро.

Кёдзин глубоко вдохнул и ответил на выдохе:

– И совсем скоро сюда, в почтовое отделение в Хамамацу, нагрянут люди из Полицейского управления и Четвёртого отдела префектуры Сидзуока.

И в тот же миг, как по команде, в кабинет вбежал перепуганный начальник отделения.

– Извините, что прерываю… Но там, снаружи, Четвёртый отдел.

– Быстро же…

Маэдзима сложил руки, которыми опирался на стол.

– Как это ты не заметила? – изумился Кёдзин.

– Не говори ерунды! – вспылила Ироха.

– Мы не используем тайные техники постоянно, – вздохнул Сюдзиро.

Букёку, Хагун или Бункёку обычно применяются в бою, с ними всё понятно. А такие техники, как Рокудзон или Комон, часто принимают за усиление способностей тела, но это не так. Заставить их работать можно лишь собственной волей. Да и телесной мощи для этого требуется немало, а уж срок, на который хватит сил, и вовсе у каждого свой – зависит и от техники, и от человека.

– Понятно.

Кёдзин, видимо, удовлетворившись ответом, слегка склонил голову перед Ирохой в знак извинения.

– Что говорит Четвёртый отдел? – начал допрашивать начальник почты.

– Что здесь находится Маэдзима-доно и он в заложниках у опасных преступников.

– Вот, значит, чего напридумывали. Успокойтесь! Эти люди не преступники.

– Я знаю. Мы говорим им, что вас тут нет и они ошиблись. Только вот они не уходят, спорят у входа с нашими работниками. Их там много… – Начальник отделения сглотнул.

Больше сотни. В Хамамацу, наверное, впервые видят столько полицейских.

На почте настаивали, что главы Управления здесь нет, но полицейские, как заговорённые, продолжали твердить:

«Вас, наверное, запугали. Не переживайте, мы вас спасём!»

Они и не думали отступать. Прорыв в отделение был всего лишь вопросом времени.

– Маэдзима-сан, вам нужно уходить. А мы как-нибудь разберёмся, – посоветовал Сюдзиро.

– Нет, – тот лишь покачал головой, – снаружи, скорее всего, есть люди из Полицейского управления. Если они дошли до такого, то и меня могут прикончить.

Встреча с Маэдзимой действительно состоялась. Но разговор в почтовой конторе, его крепости, устроители кодоку проследить не могли, и подтверждения, что речь шла именно о заговоре, у них нет. Поэтому объявить выбывшими Сюдзиро и его спутников они, наверное, не решатся. Однако вряд ли они верят, что разговора не было, и теперь спешат изо всех сил предотвратить утечку. Они могут выдумать предлог, будто опасные преступники учинили расправу или что глава Управления почт и связи погиб от шальной пули при попытке его освободить. Возможно, в панике они уже отдали приказ на месте устранить Маэдзиму.

– Это не просто мятеж против правительства, это настоящая война между почтой и полицией, – прошептал Маэдзима, а затем повернулся к начальнику отделения. – Вам бы с сотрудниками лучше уйти.

– Но…

– Не стоит переживать. Простите, что втянули вас в это.

Маэдзима склонил голову, однако начальник почты в смущении попытался его остановить:

– Ах, пожалуйста, вы не должны кланяться. Мы сделаем, как вы просите.