Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

мучаясь животом, скончался. Как раз в это же время в Люгуне так же тайно вслед за Цуй Буцюем объявились Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи, дабы присутствовать в городе, не привлекая ненужного внимания. Им было приказано расследовать случившееся, но несмотря на то, что смерть посла и впрямь казалась странной, ничего подозрительного им обнаружить не удалось. Однако именно поэтому они бдительность не ослабили.

От одного конца в другой и обратно известия шли долго, наконец – совсем недавно – Апа-хан отправил другого гонца, даже более скрытного, чем первый. Когда тот добрался до Черчена, осведомитель управы Левой Луны принес весть, что посланец прибудет в Люгун через три-пять дней.

Так что изначально дела управы совершенно не касались чертога Явленных Мечей. Однако Цуй Буцюй не был бы Цуй Буцюем, если бы остался в стороне, когда хотанского посла убили, а нефрит Небесного озера похитили; тем более все случилось как раз, когда он находился в Люгуне. Поэтому-то он и не преминул остаться подле Фэн Сяо, чтобы выяснить, какие у того уже имеются улики. Вызнав ключевую зацепку – прохладный аромат цветков сливы, – он передал ее Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи и велел им заняться расследованием. Цуй Буцюй хотел первым отыскать нефрит Небесного озера, дабы слава досталась управе Левой Луны.

Хоть Фэн Сяо и держал даоса всегда при себе, он бы в жизни не догадался, что недавно открывшиеся «Пять вкусов», которые второй господин почтил своим присутствием, на самом деле являются тайным местным отделением управы Левой Луны. Цуй Буцюю даже удалось нарочно сбить Фэн Сяо с толку, приказав Чжансунь Бодхи смешаться с толпой и разыграть покушение на Вэнь Ляна, которое второй господин успешно предотвратил и вместе со своим подручным принял приказчика за ключевую фигуру в расследовании.

Однако раз уж Цуй Буцюй был заинтересован в сотрудничестве, он в общих чертах рассказал все это Фэн Сяо. Раскрывать подробности он, разумеется, не мог и озвучил лишь то, что сам посчитал нужным.

Выслушав его рассказ, второй господин вздохнул:

– Монах Цуй, ты всегда находился при мне, мы не разлучались ни на миг, а ты сумел подстроить все так, что это я оказался обманут. Поистине необыкновенный человек!

В пещере было темно и тесно, да к тому же страшно воняло, однако Цуй Буцюй пребывал в на редкость прекрасном расположении духа: уголки его губ даже слегка приподнялись в улыбке.

– Неужели ты и впрямь не догадался, что Вэнь Ляна тебе подсунули для отвода глаз?

Фэн Сяо снова вздохнул:

– Если не ошибаюсь, получается, Фо Эр явился вовсе не за мной, а за тобой.

Апа-хан действительно хотел сблизиться с императорским двором Великой Суй. Конечно, может, служить ханьцам или искать их покровительства он и не собирался, но и от выгодных связей отказываться не хотел. Притом надобно понимать, что тюрки даже своим не доверяли, но хоть племена и держались друг с другом настороженно, молва все равно распространялась хорошо. До Бага-Ышбара-хана не могли не дойти определенные слухи, а Фо Эр был лучшим из мастеров боевых искусств при нем, потому появление тюркского бойца в Люгуне заставляло серьезно задуматься.

Нефрит Небесного озера его ничуть не интересовал, однако он приложил все силы, чтобы погубить Фэн Сяо. Объяснение могло быть только одно: второй господин дела вел с размахом, ничуть не скрываясь, и Фо Эр ошибочно счел, что Фэн Сяо и есть посланник императорского двора Великой Суй, прибывший в Люгун на тайные переговоры с гонцом Апа-хана. Фо Эр же должен был эту встречу сорвать и потому стремился убить переговорщика. К тому же если бы Фэн Сяо погиб, то в ужасе перед истинной мощью Бага-Ышбара-хана содрогнулась бы не только Великая Суй, но и все племена тюрок, и тогда из страха перед ним никто больше не посмел бы хоть в чем-то действовать неосмотрительно. Вот только Фо Эру было невдомек, что на тайные переговоры явился вовсе не Фэн Сяо, а Цуй Буцюй.

– Мы оба служим при дворе, так какая разница, за кем явиться: за мной или за тобой? – оправдался монах. – И если на то пошло, не второй ли господин Фэн заставил меня настрадаться вдосталь, вдыхая благовоние Безысходности? Вы мне тоже порядком задолжали. Как будем сводить счеты?

Фэн Сяо развел руками с самым невинным видом, на какой был способен:

– Скажи ты мне сразу, кто ты такой, разве стал бы я тебя так мучить?

– Скажи я сразу, кто я такой, ты бы еще больше меня остерегался, во всем чинил препоны, и как бы тогда я нашел для тебя основную зацепку? – возразил Цуй Буцюй.

Они молча уставились друг на друга.

Какое-то время спустя второй господин снова заговорил:

– Как именно ты предлагаешь сотрудничать?

– На днях в Люгун прибудет посланец Апа-хана, и ты сделаешь так, что ни Фо Эр, ни кто иной, вынашивающий недобрые замыслы, не помешает этим переговорам, – сказал Цуй Буцюй.

– Договорились, – согласился Фэн Сяо. – Так что за зацепка?

Настоятель кратко изложил, как Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи по прохладному аромату цветков сливы вышли на Цинь-ши, и подытожил:

– Скорее всего, Цинь Мяоюй – из Когурё, и нефрит Небесного озера – у нее.

– Как ты это понял?

– Будь она сильным бойцом с самого начала, то скрылась бы сразу после убийства посла, – принялся объяснять Цуй Буцюй. – И прятаться в городе ей бы не пришлось. Но сейчас мои подчиненные противостояли ей вдвоем и все равно не смогли одолеть. Значит, за столь короткое время ее мастерство возросло многократно, и она решилась смело вступить в поединок с недругом, избежав верной гибели.

– Нефрит Небесного озера, – задумчиво проговорил второй господин.

Даос кивнул:

– Только он, как рассказывают, может значительно улучшить мастерство в боевых искусствах за какие-то десять дней. Сейчас Цинь-ши ранена и этой ночью покинуть город уже никак не сумеет. Однако если по возвращении утром ты бросишь всех людей на поиски, думаю, ее без труда удастся отыскать.

– Выходит, несколько дней назад – с прежними умениями – она никак не сумела бы в одиночку убить Юйчи Цзиньу, – пробормотал погруженный в размышления Фэн Сяо.

– Но нефрит она забрала и сбежала, – подхватил Цуй Буцюй. – А значит, сообщник, по всей вероятности, теперь ее разыскивает. Скорее всего, камень с торгов нарочно подкинули палатам Драгоценного Перезвона, чтобы выманить Цинь Мяоюй, а вовсе не чтобы одурачить нас.

– Однако сама Цинь-ши уже успела проверить на деле чудесные свойства нефрита и знала наверняка, что настоящий камень – у нее, потому она и не клюнула на наживку, – закончил за него второй господин.

Так они вдвоем, друг за другом, восстановили истинную картину случившегося.

Получалось, отыскать Цинь Мяоюй было мало: необходимо одним махом накрыть и ее, и сообщника – только