Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

– О, – выдохнул Фэн Сяо. – Тогда ступай.

Уголки губ монаха раздраженно дернулись.

– Тогда отпусти меня.

Второй господин по-прежнему крепко держал его за запястье.

– Я бы и рад, но рука не слушается, – сообщил тот самым невинным тоном. – Ничего не могу поделать.

Он явно боялся, что если Цуй Буцюй уйдет, то больше не вернется, а Пэй Цзинчжэ сумеет отыскать господина явно не раньше, чем на рассвете. Ночь долгая, и случиться может всякое.

– Предлагаю сотрудничество, – сказал настоятель.

– Говори, – откликнулся Фэн Сяо.

– Есть у меня одна зацепка по делу, которое ты расследуешь, она может оказаться очень полезной. И я могу ею поделиться.

– И почему же ты молчал?

– Я сам совсем недавно узнал.

– Значит, ты и впрямь за моей спиной с кем-то втайне переговариваешься, – заметил Фэн Сяо. – Иначе откуда ты получил весточку?

Цуй Буцюя его слова ничуть не смутили.

– Так нужна тебе зацепка или нет?

Зная, что уйти ему покамест все равно не удастся, Фэн Сяо решил махнуть на все рукой, позабыть на время об обстоятельствах, что привели его сюда, и совсем расслабился, облокотившись на камни в пещере. Но Цуй Буцюя по-прежнему не отпускал.

– И почему же я должен тебе верить? – поинтересовался он.

– Разве ты не догадался, кто я такой? – ответил даос вопросом на вопрос.

– О? – воскликнул Фэн Сяо. – Монах Цуй наконец-то соизволил признаться?

– Да, – кивнул Цуй Буцюй. – Конечно, управа Левой Луны и чертог Явленных Мечей дружбы никогда не водили, но все мы служим государю. Сейчас, в Люгуне, мы и подавно оказались в одной лодке, и, даже если я чем-то вызвал твое недовольство, сперва нужно разобраться с нашим общим врагом, а потом уже со всем остальным.

– Зачем ты явился в Люгун? За нефритом Небесного озера? – спросил Фэн Сяо.

– Нет, – немного помолчав, ответил Цуй Буцюй. – Я прибыл двумя месяцами ранее: откуда мне было знать, что нефрит Небесного озера украдут? У управы Левой Луны есть свои дела.

Второй господин тяжело вздохнул:

– Цюйцюй, даже сейчас не хочешь говорить со мной начистоту! И как мне тогда доверять тебе?

Цуй Буцюй закатил глаза.

– Бага-Ышбара-хан зашевелился: намеревается вторгнуться на Центральную равнину. Но среди тюрок много разных племен и родов, и у каждого свой вождь. Хан пусть и могуч, но не настолько, чтобы заставить всех ему повиноваться. Я сюда прибыл, дабы от имени императорского двора помешать притязаниям тюрок. Дело это совершенно секретное, не для посторонних ушей. Все, что мог, я тебе сейчас сказал: с твоим-то умом и без расспросов не составит труда догадаться, что к чему.

Какое-то время Фэн Сяо молчал, погруженный в раздумья. Лица его Цуй Буцюй в темноте разглядеть не мог, но догадывался: наверняка оценивает, насколько можно верить его словам.

Но когда второй господин наконец заговорил, он неожиданно резко сменил тему:

– Выходит, Вэнь Лян был ложной зацепкой, которую ты мне подсунул?

Цуй Буцюй не издал ни звука.

Однако молчание – знак согласия, и вскоре Фэн Сяо сумел связать все воедино, осознав, что хоть Цуй Буцюй и был всегда при нем, хоть и подвергался действию благовония Безысходности, хоть и выглядел немощным и больным, а все равно все это время незаметно водил его за нос. Руки второго господина так и чесались оторвать даосу голову, а самого монаха хотелось пнуть куда-нибудь подальше.

Он-то думал, что победа у него в руках, что он, как всегда, всех обхитрил, но оказалось, что впервые в жизни вокруг пальца обвели его самого!

Насилу подавив гнев, Фэн Сяо с деланным смешком проговорил:

– В таком случае не соблаговолит ли настоятель Цуй кое-что прояснить? Когда мы отправились схватить Вэнь Ляна, на его жизнь покушались. Вы и это нарочно подстроили, дабы ввести меня в заблуждение?

028

Угроза со стороны тюрок мрачной тенью нависала над севером еще со времен Вэй и Чжоу. Несколько поколений императоров роднились с ханами, дабы поддерживать мир в тех краях, и весьма удачно: несколько раз столкновений действительно получилось избежать. Но волк всегда остается волком, и лишь оттого, что однажды его накормили досыта, он свои охотничьи повадки не забудет: стоит один раз не дать ему пищи, как вся его хищная природа тут же проявит себя – острые клыки обнажатся, и он при первом же удобном случае вонзит их в человека.

Принцесса Цяньцзинь вышла замуж за Бага-Ышбара-хана еще при Северной Чжоу, чтобы укрепить связь между Центральной равниной и тюрками. Поначалу обе стороны действительно жили в мире и согласии, но потом к власти пришел Ян Цзянь и основал новую династию. Принцесса возненавидела его за то, что он захватил трон и убил ее родню, а потому начала подбивать супруга отправиться с походом на юг. Бага-Ышбара-хан, конечно, был не робкого десятка: жадный до власти и славы, он видел, что враги угрожают государству Суй со всех сторон, и счел, что для тюрок это великолепная возможность расширить свои владения, чем не преминул воспользоваться и, откликнувшись на увещевания жены, напал на Суй.

Война началась не так давно и шла с перерывами уже больше года. Бага-Ышбара-хан, объединив силы с Апа-ханом и другими вождями, собрал многотысячное войско. Племена тюрок по отдельности пересекли Великую стену и от городка Маи и горы Кэлогай устремились вглубь – к югу. Однако взять верх им не удалось: армия Суй оказала сопротивление, война затянулась, а победы чередовались с поражениями. К тому же Ян Цзянь хотел сберечь силы на случай неожиданного нападения Чэнь или Когурё и потому не мог бросить их все на войну с тюрками. Ему оставалось только одно: добиться дружеского расположения принцессы Цяньцзинь, достичь временного мира с Чэнь и использовать разногласия между тюрками, чтобы окончательно рассорить их.

Таковы были обстоятельства, предшествовавшие появлению Цуй Буцюя в маленьком приграничном городке.

Чулохоу и Дату-хан были с Бага-Ышбара-ханом в разладе и к тому же искали собственной выгоды. Именно с ними император намеревался вести дружбу, для чего генерал Чжансунь Шэн и сановник Юань Хуэй и отправились в те края с тайным приказом: один – по дороге Хуанлун, а другой – по дороге Иу. Цуй Буцюй же отвечал за связь с посланниками Апа-хана: нужно было и его убедить отказаться от союза с Бага-Ышбара-ханом, дабы посеять еще больший раздор между тюрками.

Вот только власть Бага-Ышбара-хана распространялась широко, и могущество его было велико, а потому Апа-хан хоть и желал обсудить условия возможного договора с Суй, заниматься этим открыто не смел и потому тайно отправил своего гонца в Люгун.

Апа-хан уже посылал человека больше месяца тому назад, когда Цуй Буцюй только-только прибыл в город, но когда посланец проезжал через Черчен, заночевав там, он съел что-то не то, занемог и,