Дело об обвинении коннетабля - Лариса Куницына

— Не важно, — махнул рукой Марк и осмотрелся в поисках своих сыщиков. Он даже не заметил, как Брешо, поспешно поклонившись ему, вышел во двор. Он уже забыл о своём маленьком помощнике, озабоченный возможным бегством подозреваемого.

Вызвав своих сыщиков, чтоб отправиться с ними на улицу Золотой лозы, он уже отдавал распоряжения Тома, касающиеся розыска Адама де Лорана, когда увидел появившегося в дверях Джин Хо. Лиса уже знали в Серой башне, потому он беспрепятственно прошёл мимо караула, и теперь направлялся к Марку, но при этом вид у него был какой-то подавленный и виноватый.

— Вы упустили его? — воскликнул Марк, шагнув навстречу.

— Хуже, — пробормотал лис. — Он мёртв.

Тайна адъютанта

Небольшой зал часовни святого Доминика был освещён зыбким светом десятка свечей. Он струился вокруг, создавая причудливые тени на стенах и потолке, бликами играл на начищенной меди храмовой утвари, отражался в неясных витражах узких стрельчатых окон. Он падал на лицо упрятанной в неглубокую нишу статуи святого, и мягкие, полные сострадания черты много повидавшего старца выступали из окружавшей его кромешной темноты.

Святой Доминик с печалью и какой-то сдержанной безысходностью смотрел на молодого человека, неподвижно сидевшего на дальнем конце отполированной скамьи с бордовым бархатным сидением. А тот застыл в расслабленной позе и печально смотрел на выщербленные плиты каменного пола под своими ногами. Казалось, что Адам де Лоран всего лишь задумался, и, судя по скорбному выражению лица, его мысли были невесёлыми.

Осмотрев тело, пока не притрагиваясь к нему, Марк не обнаружил на нём никаких ран и повреждений. И дрожащий рассеянный свет, падавший на бледное лицо и золотистые кудри, придавал им живое выражение затаённой грусти.

— Что случилось? — спросил Марк, обернувшись к тоненькому темноволосому юноше с верным лисёнком на руках.

— Я не знаю, — виновато проговорил тот и лисёнок поспешно кивнул. В его оранжевых глазах тоже отражалось недоумение. — Мы с братиком сидели в щели между домами на задней улочке. Этот парень вышел раньше обычного, и повернул в другую сторону. Мы последовали за ним. Он точно не мог видеть нас в темноте, мы были на четырёх лапах и таились в сумраке, пробираясь вдоль заборов. Он вышел на улицу Золотой лозы и сразу пошёл сюда. Как обычно, вошёл в часовню и сел на это место, где сидел всегда. Мы остались ждать. Мы ждали, ждали, но он не выходил. Через открытую дверь я видел, что он так и сидит неподвижно, словно думая о чём-то. Ну, сидит и сидит, мало ли чего в голову придёт в таком месте. Но потом я забеспокоился и решился войти. Подошёл к алтарю, сложил руки, как они делают, когда молятся, и украдкой взглянул на него, а он вот так уже и сидел, не шевелясь. Тут я и почуял неладное. Я не ощущал его жизненной силы, он не дышал. Я сунул ему палец под нос. Дыхания нет. Потрогал артерию на шее — пульса тоже. Тут я всё и понял. Оставил Йона здесь, чтоб наблюдал, а сам побежал за дедушкой.

— И в часовню никто не входил?

— В том-то и дело! — чуть не плача воскликнул юноша. — Посмотрите! Здесь нет других входов! Окна закрыты наглухо. Только эта дверь, но я всё время смотрел на неё. Никого здесь не было!

Марк озадаченно взглянул на де Лорана и заметил, что на его левую руку надета перчатка, а вторая лежит тут же на скамье. Подойдя, он взял его правую руку и осмотрел кисть и пальцы. Подушечка среднего пальца возле самого ногтя немного побелела и в центре этого пятна виднелась тёмная точка укола. Марк наклонился и заглянул в мёртвые глаза. Они были совсем тёмными. Зрачки расширились, захватив почти всю радужку.

— Он отравлен, — определил Марк и обернулся к своим сыщикам. — Переложите его на носилки и отодвиньте скамью от стены.

Когда это было сделано, он взял с алтаря свечу в низком медном подсвечнике и, опустившись на колени, осмотрел торец скамьи, которым она стояла к стене. Он сразу заметил, что там отсутствует деревянная планка, закрывавшая отверстие между толстыми досками сидения и нижней опоры. Заглянув в эту небольшую щель, он уловил слабый блеск на острие иглы. Достав из подсумка футляр, он воспользовался пинцетом, чтоб извлечь наружу небольшой брусок с торчащей из него иглой, а после осмотрел пол и заметил небольшую медную гильзу.

Подняв её, он вытащил из холодной трубки скрученную бумажку и, развернув, увидел столбец четырёхзначных чисел.

— Всё ясно, — устало произнёс Марк, поднимаясь на ноги, и печально взглянул на тело Адама де Лорана. — Он убит своими сообщниками. Этот тайник в скамье использовался для передачи сообщений. Обычно он прятал там гильзу с зашифрованным посланием и, видимо, так же получал ответы. Но в этот раз туда всунули эту деревяшку с отравленной иглой. Они как-то узнали, что он у нас на крючке, и решили избавиться от свидетеля. И эта едва появившаяся ниточка к зловредному Ордену оборвалась!

— Мне очень жаль, — покаянно всхлипнул юноша, и его лисёнок грустно кивнул и опустил ушастую голову, всем своим видом выражая раскаяние.

— Это не ваша вина, — возразил Марк.

— Верно, — вздохнул Джин Хо. — Я должен был предусмотреть такое… И опять ошибся!

— Как это можно было предусмотреть? — возразил Марк. — Это мне нужно было сразу же арестовать его и запереть в подвале! Может, удалось бы со временем его разговорить. И вообще, я не должен был перекладывать эту работу на вас. Впрочем, мои люди тоже ничего не смогли бы сделать. Как я не обратил внимания на твои слова о том, что он всё время садился на одну и ту же скамью! Я даже не проверил, есть ли здесь тайник.

— Нет, нет, не успокаивай меня, — запричитал Джин Хо. — Это снова моя ошибка, и на сей раз она просто чудовищна! Наверно, я слишком стар, и у меня незаметно развивается деменция! Я глупею и совершаю один промах за другим. Я так устал от этих приключений и ответственности за свои и чужие действия! Мне нужно покончить со всем этим и вернуться домой. Пора отрастить длинную бороду, облачиться в тёплый халат и выстругать себе посох из ольхи. Я стану мудрым и неторопливым, пойду работать