Вечные Пески. Том 10 - Лео Сухов

того момента никто из «Венценосного» выходить и не собрался. В конце концов, на улице в этот день было настолько жарко, что, казалось, плюнь, и слюна, до земли не долетев, испарится по пути. Однако теперь, конечно же, всем резко понадобилось выйти.

У дверей наружу начала скапливаться толпа гостей. И каждый имел вескую причину немедленно покинуть здание. Однако всех, без исключения, заворачивали обратно.

— Да поймите! Это не мы придумали, и не мы приказываем! Совет семей и царь ввели в городе карантин. Вы ни в один квартал не попадёте, даже если мы вас выпустим: везде стоят посты. Вас просто скрутят и отправят в тюремную яму.

— С постами стражи мы как-нибудь разберёмся!

— Вы не можете нас удерживать силой!

— Мы должны выйти! Нас ждут!

— Нельзя по улицам ходить без разрешения от властей! Нельзя! Никому!

И так далее, и по кругу. Жаждущие выйти постояльцы то напирали, то отступали, когда стражники как бы невзначай брались за копья. Однако от дверей всё равно далеко не уходили.

В любом случае, слыша про принятые властями меры и глядя на поведение стражников, люди начинали понимать, что дело серьёзно. То и дело я ловил обрывки разговоров. И все, обсуждавшие ситуацию, сходились на том, что если власти так жёстко отреагировали, то дело дрянь.

У некоторых, правда, ум заходил за разум, оттого что где-то вдали, откуда они приехали, могли страдать их родные. Такие люди истерично кричали и кидались на стражников, пытаясь вырваться за оцепление. Их, осторожно скрутив по рукам и ногам, относили в подвал гостевого дома.

Честно скажу, я к этим людям относился с сочувствием. Ещё неизвестно, что бы сам ощущал в прошлой жизни, например, если бы в разгар карантина оказался заперт вдали от семьи. Внутреннему паникёру не объяснишь, что семья либо уже заболела, и тогда надо верить, что она выкарабкается… Либо сидит дома, соблюдая карантин, а ты, проделав к ним долгий путь, вероятнее всего, и станешь тем, кто принесёт болезнь.

— Мне надо идти… — тихо проговорил Саший в какой-то момент и объяснил, в ответ на мой недоумённый взгляд. — Я лекарь ведь… Моё место там.

— А я думал, ты о семье переживать начал, — кивнул я.

— Семья… Семья справится. А вот я могу многим помочь! — настаивал шептун.

— Чем ты поможешь? Как будто шептунов в столице не хватает!.. — буркнул Ситранис.

— Вы не понимаете… — начал было парень, но я прервал.

— Это ты не понимаешь. Ты сейчас нанят. Нами, — отрезал я. — И ты мне нужен рядом, а не где-то там, Саший. Если ты уйдёшь, нарушишь условия договора. И после не удивляйся, что тебя никто на службу не возьмёт. В общем, успокойся, будь добр. Успеешь ещё налечиться.

— Но там люди гибнут!.. — пробормотал Саший, смутившись, но не растеряв решительности.

— Люди и до этого гибли. От когтей и зубов демонов, от голода, при попытках переправиться через Тихую. Однако ведь ты не бежал им помогать… — напомнил я парню, но тот хоть и дрогнул, однако продолжил настаивать:

— Но лекарей всегда собирают, когда такое случается!..

— Вот будут собирать, тогда и пойдёшь, — оборвал его я. — Я сам тебя отправлю и даже жалованье сохраню. А пока не просили, не лезь сам в пекло. Сиди и жди, как все вокруг…

— Но…

— Саший, ты бы лучше подумал о другом. О том, не хочешь ли с нами отправиться, — сказал я, внимательно наблюдая за парнем.

— С вами? — переспросил тот.

— Да, с нами… Мы можем в ближайший год уйти из Междуречья. И я готов платить тебе на постоянной основе. Готов даже оплатить несколько лет вперёд. Ты ведь деньги своей семье отдаёшь?

— Да… Семье… Но когда я пойду с вами, то на что я буду жить? — шептун побледнел, его взгляд стал совсем уж растерянным.

— Голодным и голым не останешься. Своим людям я такую мелочь сумею обеспечить, — успокоил я его. — У нас впереди много сражений с ордой. И второй лекарь в отряде очень бы пригодился. К тому же, я могу обучить тебя нескольким шёпотам, которые могут пригодиться со временем.

— Разве можно обучить шёпоту? — удивился Саший.

— Можно, если знать, как, — ответил я. — Можешь стать шептуном и воды, и песка за время похода. Как тебе?

— Даже не знаю, — парень замялся. — Предложение очень заманчивое… Но мор, да и время… Сколько вы собираетесь путешествовать?

— Несколько лет точно, — признался я. — Но ты ещё молод, что тебе в таком возрасте те путешествия? Привыкнешь со временем. А вернёшься таким сильным шептуном, что от заказов отбоя не будет.

— А как же поветрие… — Саший посмотрел в сторону входа.

— Ты думаешь, оно только в столице, что ли? — удивился Ситранис. — Наверняка и за пределами городских стен бушует.

— Даже не знаю… — повторил Саший.

— Я тебя не тороплю с решением, — добавил я. — Судя по всему, время подумать у тебя ещё будет. Но сразу предупрежу: если согласишься, будешь выполнять мои приказы. И все эти метания, о том, кому и что ты должен как лекарь — забудь. Должен ты будешь только отряду и мне лично. И если я сказал пройти мимо селения, где половину жителей мор свалил — ты пройдёшь.

— Сурово! — оценил Парв.

— Я не всегда готов рисковать. Тем более, своими людьми ради неизвестных, — отрезал я. — Многие бы, если бы у нас кто заболел, и плошку воды не вынесли.

— Честно говоря, вполне приемлемое условие. Все шептуны, кто в войска нанимается, соглашаются на такие же, — пожал плечами Ситранис. — Соглашайся, молодой! Воевода тебе хорошее предложение сделал. Такое один раз бывает только.

— Твоя семья станет сразу очень обеспеченной. А ты получишь незабываемый опыт исцеления всякого-разного под руководством опытной наставницы, — добавил я.

— И я могу подумать? — тихо, не поднимая взгляда, уточнил Саший.

— Можешь. Только прошу: сейчас не рвись спасать людей, пока не позовут, — кивнул я.

— Я подумаю… — кивнул шептун.

К вечеру ситуация, как в гостевом доме, так и в городе, накалилась до предела. Из окон в моих покоях были видны дымные столбы, поднимавшиеся над столицей. А по обрывкам разговоров между стражниками стало понятно, что окраины полыхнули бунтом, и его пришлось усмирять.

Что и неудивительно. Из пригородов Ас-Арахаманы немало людей ездило в столицу на заработки. Кто-то застрял внутри городских стен, кто-то не смог попасть внутрь. И, судя по полосе дыма, поднимавшегося на восточной окраине, восставшие были в чём-то даже успешны.

Ночью на горизонте отчётливо виднелись зарева пожаров. Стражи на улице было столько, сколько я и днём в Ас-Арахамане не видел ни разу. Видимо, подняли