Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс

— Как скажете, — кивнул Иван и вышел из кельи настоятеля.

Подвалы оказались обширнее, чем он рассчитывал.

Первый ярус тянулся под всем южным крылом: сводчатые галереи, кладовые с пустыми стеллажами, засыпанный колодец. Камень здесь был явно древнее верхних построек — крупные блоки без раствора, притёсанные так плотно, что между ними не вошло бы лезвие ножа.

Один гвардеец шёл впереди с фонарём, двое других и Алиса сзади.

— Иван Алексеевич, тут лестница, — сказал идущий впереди.

Лестница уходила вниз, в темноту, и была перегорожена деревянной решёткой с новым замком. Вниз посветили фонарём, но увидели лишь выщербленные ступеньки и тусклую металлическую дверь внизу.

— Ниже не спускаемся. Я обещал настоятелю. Идёмте дальше, — велел Иван.

Они прошли галерею до конца, свернули и уткнулись в тупик. Кладка здесь отличалась от остальной — грубая, из битого камня, она заполняла проём высотой в человеческий рост. Раствор выкрошился, и из щелей тянуло холодом.

Иван поднял фонарь.

На притолоке виднялся ряд полустёртых знаков. Он видел такие дважды в жизни — один раз в Афганистане, и второй раз в сербских Карпатах.

Вот оно. Значит, здесь есть то, что ищет Юрий.

Иван достал телефон, включил вспышку и сделал несколько снимков. Связи в подвале не было, поэтому он поднялся во двор, встал у стены, где хоть немного ловила сеть, и отправил всё Юрию.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Фотографии, которые прислал Курбатов, я открыл на большом экране и увеличил каждую до предела.

Сомнений не осталось — те же знаки, что в афганских и сербских руинах. Не похожие, а именно те же.

Я хмыкнул и открыл карту Карпатских гор. От руин до монастыря выходило километров семьдесят по прямой. Один горный массив, один хребет, одна порода. Построить подземный ход такой длины — задача непростая даже в наше время. Но люди, если у них есть достаточно мотивации, способны и не на такое.

Я бы не стал исключать, что эти подземелья могут быть частью одной системы. Либо просто второе тёмное святилище.

И там, возможно, лежит тот самый Сосуд скорби.

Хотелось прямо сейчас отправиться в Румынию, но увы, я не мог себе такого позволить.

Я позвонил Курбатову, поблагодарил его за работу и велел возвращаться.

— То есть как возвращаться? С пустыми руками? — возмутился он.

— Почему с пустыми? Ты узнал, что здесь есть похожее подземелье. А ты помнишь, в таких местах опасно.

— Да уж, я помню… Мне вот интересно, почему тебе нужны древности именно из таких мест?

— Ну так они самые интересные, — с усмешкой ответил я.

— А настоятеля дожать? Он точно что-то знает.

— Не надо его дожимать. Если он молчит, у него на то есть причина. Кроме того, если надавишь — он может пожаловаться кому-то из местных дворян или банально в полицию. И все будут знать, что русские интересовались монастырём Чёрного Источника.

— А это плохо? — спросил Курбатов.

— Это лишнее.

Иван вздохнул в трубку.

— Ладно. Значит, домой?

— Домой. Поблагодари настоятеля и оставь пожертвование от моего имени, — ответил я.

Мы попрощались, и я ещё раз просмотрел фотографии.

Оружие против Великого Ничто, или хотя бы какая-то его часть, находилось там, в пяти с половиной тысячах километров от моего кабинета, и я ничего не мог с этим поделать в ближайшие месяцы. Слишком много дел, да и соваться туда с кондачка не хотелось. Нужна подготовка.

Зато, надеюсь, архивариусы успеют найти ещё что-нибудь интересное перед тем, как я туда отправлюсь.

Я разгрёб оставшиеся дела и через несколько дней переместился в Петербург.

Выйдя из портального комплекса в столице, я перекусил в ресторане неподалёку и поехал на Балтийский вокзал.

Вагон был класса люкс: отдельное купе с письменным столом, душ, личный проводник, безлимитный мини-бар и мягкие тапочки. Я открыл ноутбук, собираясь поработать, но проносящиеся за окном красоты привлекали мой взгляд сильнее.

Два года назад я ехал на съезд этим же маршрутом, только в другом вагоне.

Смешно вспомнить, каким я был тогда целителем.

Диагностика на уровне «вижу, что человеку плохо, но не понимаю почему». Резерв такой, что после пары заклинаний приходилось полчаса приходить в себя. Про ауральную хирургию я тогда почти даже не слышал.

А Серебровы были баронским родом с долгами и репутацией неудачников. «Бодрец» мы с Дмитрием тогда варили в амбаре за старой усадьбой. Пациентов принимали в одной из комнат, и большинство из них расплачивались с нами продуктами. До сих пор помню утку, которую мы тогда приготовили. Это был, честно говоря, один из самых приятных ужинов в моей жизни.

Теперь у рода несколько клиник, четыре завода, сеть медкабинетов и объединение, в которое просятся дворянские рода с многолетней историей. Дмитрий управляет хозяйством княжества, Татьяна следит за домом и растит Алёшу, Света замужем за Строговым и живёт в Петербурге.

А я вот сижу в вагоне люкс и еду учить выпускников дисциплине, которую ещё недавно мало кто воспринимал всерьёз. Теперь же, во многом благодаря мне, ауральная хирургия считается самым перспективным направлением в целительстве.

В прошлой жизни мне доводилось видеть, как люди поднимаются быстро — обычно за этим стояли либо чужие деньги, либо чужое покровительство. У меня не было ни того, ни другого. Если не считать Пустоту, конечно, хотя иногда она мне больше мешала, чем помогала.

А ещё, кстати, на том съезде я познакомился с Иваном. Забавная вышла история — мы опоздали на поезд и потом добирались до Приморска на лошадях. С тех пор Курбатов и стал моим другом.

Я улыбнулся своему отражению в стекле и всё-таки вернулся к ноутбуку. Надо было набросать тезисы лекции.

Я справился с этим за пару часов, потом несколько раз перечитал и поправил, после чего закрыл ноутбук и снова посмотрел в окно, за которым догорал закат.

Эх, всё же есть в поездах своя романтика. Чух-чух, чух-чух…

Я просто сидел и смотрел в окно, пока глаза не начали слипаться, а затем уснул под мерное стучание колёс.

Когда поезд пришёл в Приморск и я вышел на перрон, меня уже встречали. У вагона стояли целых шесть человек. Двое местных гвардейцев в парадных мундирах, три суетливых чиновника в пиджаках, представитель Гильдии целителей и девушка с букетом цветов.

— Ваша светлость! Приморское отделение Гильдии целителей приветствует вас!