Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Вновь судьба столкнула меня с этой околдовывающей женщиной. Не к добру.

– Госпожа, – поприветствовал я и её поклоном.

Ингрид ответила мне сдержанным кивком головы. Великолепная лицедейка, при законном супруге она вновь переменилась, хотя не спускала с меня глубоких манящих глаз. Боюсь, она не откажется от своей затеи, пока не получит желаемое.

– Вы знакомы? – удивился Торвуд, обернувшись к ней.

– Это Лиульв, о котором я рассказывала тебе. Он покончил с Иваром, досаждавшим нам столько лет, но и сам был ранен в схватке с разбойниками. Один из твоих бондов нашёл путника и привёз во двор, где я остановилась отдохнуть с долгой дороги. Покажи ярлу, что ты забрал у мёртвого главаря.

Я вытащил золотой амулет из-под рубашки, снял его с шеи и с почтением преподнёс господину. Глаза мужчины расширились от изумления, и стало ясным, что он узнал украшение. А поверил ли он словам жены, я до конца не понимал.

– Правда, ночью мой гость так спешил, что ускакал, забыв попрощаться, – уколола словом и взглядом Ингрид. – Ну, Лиульв, нашёл ты то, что искал?

– Незаконченное дело звало меня в путь, госпожа, – продолжая изображать смирение, ответил я. – Я в последний раз воспользовался вашей милостью и взял коня, но взамен привёл ещё более породистого скакуна. Я отыскал оставшихся разбойников Ивара и отомстил за нанесённое оскорбление, не оставив мерзавцев в живых. Больше никто не посмеет тронуть ваших подчинённых, ярл.

– Враг моего врага – мой друг, – широко улыбнулся Торвуд. Ещё бы, кто-то сделал за него и его воинов всю грязную работу! – Откуда же ты пришёл, Лиульв?

– С востока, господин. Я родом из далёких земель. Двигался на юг, к Мировому морю. Смотрел на херады и одали, владения коннунгов и ярлов, изучал жизнь. Разбойники отобрали у меня любимый меч и коня. Месть была делом чести. А вам, светлый ярл, я возвращаю часть награбленного, какую сумел найти.

– Ты мне нравишься, Лиульв! – хлопнув меня по не до конца зажившему плечу, провозгласил хозяин. Я поморщился и выдавил вымученную улыбку. – Стань моим гостем, отдохни с дороги! А вечером устроим пир, какого ты не видывал ни в одном другом хераде! Отметим твою блестящую победу над шайкой Ивара.

– Благодарю, почту за честь, – кивнул я, ощущая на себе цепкий взгляд ликующих синих глаз.

На сей раз я сам решил остаться, но не ради Ингрид: где-то на этом дворе меня ждала Сигюн, и, судя по скрытому беспокойству ревнивой смертной, та ещё не успела добраться до соперницы. А значит, стоило остаться при ярле и его жене, прислушиваясь к каждому слову и отданному приказу.

Торвуд кивнул и, позвав меня жестом, двинулся в направлении самого высокого и просторного сооружения, отдалённо напоминавшего самую скромную пристройку к чертогу в Асгарде.

Я пошёл за ним, однако холёные пальчики придержали меня за локоть, вынудив замедлить шаг. Ингрид поравнялась со мной и пошла плечом к плечу, глядя перед собой.

– Думаю, разбойники лишили тебя не только коня и меча, не так ли? – подсказала она, не повышая голоса и делая вид, что говорит не со мной. – Не огорчайся, Лиульв, я помогу тебе восполнить эту утрату… Сегодня ночью.

Я бросил на лису короткий взгляд, а она ускорила шаг, чтобы оказаться по правую руку от мужа, где ей и полагалось находиться. Слово «утрата» мне не понравилось. Догадывался, что ненависть к сопернице в лице Сигюн вспыхнула с новой силой и яростью, когда Ингрид догадалась, что я солгал ей.

Весь день я был вынужден провести подле Торвуда, нашедшего в моём лице храброго воина и интересного собеседника. К счастью, и жену он не отпускал далеко от себя, словно тоже в чём-то подозревал её.

До последних лучей Соль я выслушивал и выведывал что-либо о своей ясноликой любимой, но она словно сквозь землю провалилась. Как назло, перстень с огненным рубином, снятый с её тонкого пальчика, молчал.

Никто из слуг ничего не видел и не знал, или же их научили держать язык за зубами. Меня обуревали сомнения. Либо хищная мидгардская лисица добралась до Сигюн ещё до моего появления, либо ярл оказался не дураком и сумел перехитрить свою пронырливую супругу.

Всё, что мне оставалось – это надеяться на лучшее, держаться Торвуда и выжидать. Для того, кто с юных лет научился втираться смертным и богам в доверие, очаровать хозяина не составляло особого труда, так что к вечерней трапезе он уже считал меня лучшим другом.

Торвуд смеялся, как ребёнок, над моими остротами, позабыв о соратниках и красавице-госпоже. Судя по поведению супругов, они уже давно не были близки. А может, стали чужими друг другу с первых минут, ведь колдовство не способно заменить любовь, хоть и может соблазнить на проступок и порок.

Потому я не удивился, что, приглянувшись и хозяину, и хозяйке, я вновь оказался на почётном месте в середине уставленного яствами стола по левую руку от Торвуда, потеснив даже его брата Давена.

Очевидно, это был тот самый Давен, что, сам того не ведая, спас Ингрид этой ночью. Младший брат ярла оказался долговязым мужчиной с серыми крысиными волосами, холодными тускло-голубыми глазами и жёстким лицом.

Братья столь не походили друг на друга, что возникала шальная мысль, что они сыновья от разных матерей, скорее всего, любимой и нелюбимой их общим отцом. Я заметил, что и с мрачным родственничком Торвуд не очень-то ладил, немудрено, что он так нуждался в друге – таком же весёлом и лёгком, как он сам.

Всё время, что я провёл за столом в доме ярла, его странный братец не спускал с меня глаз и рассматривал с нездоровым интересом, будто желал прожечь взглядом дыру на месте моего лица.

Видно, благосклонность Торвуда к незнакомцу и чужаку вызвала в нём жгучую ревность и злобу, но я не предал тому значения, следя за Ингрид. В присутствии мужа рыжеволосая чаровница не решалась провернуть подлые интриги, а потому я расслабился и пригубил вина – в доме состоятельного ярла нашлось и оно.

Многолюдный пир затянулся до ночи, и, когда пьяные гости принялись разбредаться ко сну, а стол стал пустеть, я, наконец, получил возможность поговорить с повеселевшим хозяином с глазу на глаз.

Ингрид утомилась и