Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— пожал плечами мой… ну, наверное, уже соратник. — Они же дороже своего веса в золоте стоят, а Калёмовы — наша дочерняя мануфактура. Просто об этом никто не знает. А потому клан… ну, наш бывший, не платил полису налог на тяжёлую промышленность и многое другое, а Калёмовы, наоборот, получали преференции от Княжеского Совета как мануфактура, поднятая простецами. Сам знаешь, там финансисты да промышленники из простецов заседают, и они в последнее время много выгодных для себя законов через князя и Совет кланов протолкнули, в первую очередь, в ущерб нам, Шнуровски.

— Ладно… опустим пока, — продолжая с недоверием поглядывать на парня, произнёс я.

Помолчали. Я думал о своём, он о своём.

— … А аттракционы… — решил я по-быстрому объяснить непонятную тему и продолжить разговор о важном, — машин в полисе всего пять штук, так какие вообще шансы на то, что добрые дядечки из «шипов» повезут вчерашнего приютского и без пяти минут каторжника учиться в чародейскую школу не просто на каком-то дымовике и даже не на современном паровике, а на том самом «Сапсане»?

— Дела… — протянул парень, потерев подбородок. — И у кого они, интересно, его взяли? Ни «Шипы», ни «Листва» для своих нужд никогда ни одного у нас не приобретали… Ну да, я всё равно не знаю реальных имён владельцев, кроме Морозовых. Прости, но как-то не интересовался, хотя ты теперь и сам в главной картотеке можешь посмотреть. Но, знаешь, в этом свете наше предположение о том, что ты младшего Морозова покалечил из-за обиды… Что не помогли вам во время нападения… Звучит уже не так убедительно!

«Чего? Знал бы ты, Шнуровски, что я вообще не в курсе всех тех раскладов, о которых ты мне сейчас рассказываешь…» — подумал я, опять же, стараясь держать морду «важным» кирпичом и ответил:

— Про Морозовых… Скажем так, это личное между мной и наследником, — выдал я, как-то ярко припомнив нашу случайную встречу в сортире кремлёвского Концертного зала. — Но вкратце теперь тебе расскажу. Повёл он себя со мной неправильно, когда я ещё Каменским был. Не по-людски. Так и закрутилось. К тому же не трогал его на тех Зимних игрищах. Как мне сказали, он сам по дурости криво задействовал телепортационный свиток…

— Ну да… а башня тоже сама рухнула… — усмехнувшись, пробормотал тут же примолкший Зиновий. — И страшный Бажов здесь ни при чём. Не он Княжну взял да поймал и, как герой, вынес…

— Без комментариев… — попытался я осадить умника. — Давай лучше поговорим о тебе. Бывший глава клана Шнуровски. Ты подумал над моим предложением?

— Да и я согласен. Да и все мы согласны. Что нам терять? — насупившись, выдавил он из себя. — Ну я не знал, что в том тубусе! Никто, кроме… в общем, не знали. И более того, вроде как знаю тебя… И верю, что ты не будешь «так» поступать! К тому же моя сестра и прочие… особенно дети! Что их ждёт, если я откажусь?

«Да хрен его знает! А что их действительно ждёт?» — задался я вопросом, в то время как сам беспристрастно перевёл взгляд на лист бумаги из тубуса, ранее отданного мне Зиновием.

В частности на сакральный документ. Идиотское решение, принятое Советом Мастеров клана Шнуровски дабы утихомирить нас, которых они считали чуть ли не дикарями.

Парня в нём по совокупности всего содержимого бумаг назначили жертвенным агнцем. Так, согласно древним традициям, слабые кланы ритуально просили сильных смилостивиться и принять жертву, чтобы хотя бы можно было поговорить. Или полностью извиниться за многое. Правда, по принятии жертвы и уже полученном автоматическом согласии на переговоры слабой стороне дозволялось привлечь массовку, заинтересованные стороны и, вообще, группу поддержки. И тогда, как рассказывает московская история, кровожадных гадов били всем скопом.

Короче, первобытная дипломатия в чистом виде. Так называемые старые способы: из разряда казни гонца, принесшего плохое известие. Вот только тут якобы покруче, ибо гонец-неудачник обычно был «своим» и его просто убивали. Дабы таким образом отогнать пришедших с ним незримых духов.

Такого же заложника-жертву было принято использовать как «подарок» клану. То есть забрать максимум возможного семени в течение следующих семи дней. А если говорить нынешним языком, попытаться забрать у «Лучшего», то бишь самого главного из основной ветви, геном клана, который, собственно, и присылали на самом деле в качестве извинений. После чего ради мести «ритуально» распустить беднягу на ленты на главной площади крепостицы. Или кланового посада, посыпая раны солью, в то время как чаровники поддерживают его в сознании и не дают сойти с ума или умереть.

Поле этого отправить в его клан голову убитого, что будет воспринято как согласие на переговоры. Ну а непринятие жертвы и её высылка домой — по сути равносильна оскорблению. Мол, ваш «подарок» ничего не стоит, да и вообще, этот «позор клана» нас не устроил! Что автоматически становится смертельным приговором для человека. И именно по этой причине изначально Зиновий и стал таким покорным, что очень помогло при штурме.

Другими словами, нас в Полисе сейчас, похоже, воспринимали исключительно как заставших в древности ортодоксов-ретроградов. И у какого-то умника в Совете старейшин Шнуровски родилась мысль взять, да и задействовать старые способы, чтобы выкрутиться из щекотливой ситуации. Ну, или им подсказали.

К тому же, чтобы всё получилось, ибо по какой-то причине этот клан верил, что мы в курсе их махинаций с нашей собственностью… Хоть нам и слили эту инфу, но я был абсолютно уверен, что сами Шнуровски здесь ни при чём. Так вот они для нашей встречи организовали визит моих бывших одноклассников, да ещё и с Громовыми на прицепе, чтобы мы не прореагировали сразу же и очень остро.

Судя по всему, при этом влезая в нематериальные долги перед другими кланами, Шнуровски сделали всё только для того, чтоб «жертвенный агнец» добрался именно до меня. Ну и по незнанию передал этот пакет документов.

Вот только у меня планов культивировать некую мифическую дикость и крайнюю ортодоксальность Бажовых не было. К тому же даже мне, не особо искушённому в политических играх, было понятно, что общаться с такими «должниками» обычно в кланах принято только одним-естественным способом. Иначе и свои, и чужие не поймут. Но откуда об этом знать бывшим кудесникам, привыкшим к «торговым» порядкам.

Убийство же Зиновия, на которое рассчитывали старейшины Шнуровски, вообще настроило бы против меня бывших одноклассников, которые вместе с