Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

– Да! Да, мне тоже тяжело! – сквозь зубы процедил юноша.

– И тележка бы нам сейчас не помешала?..

– Я сейчас брошу этот сундук, и ты понесешь его сам! – прошипел парень.

– Нет-нет, так не пойдет! Согласись же, что с тележкой нам не пришлось бы так страдать?

– Да! Да, боги, только иди!

– Извинись, – победно произнес шантажист в кушаке.

Пауза.

– Ты совсем, что ли?! – возмущенно воскликнул юнец.

– Извинись, и я пойду.

Снова пауза. В тишине послышался скрип зубов.

– Ладно… извини.

– Другое дело. – Мужчина в кушаке снова зашагал вперед и даже перестал сутулиться. – Эй, Ларольф! – крикнул он. – Открывай двери!

Но пространство рядом с дилижансом было тихим и пустым. Козлы, где должен был сидеть кучер, пустовали.

– Ларольф! – позвал носитель кушака еще раз, когда донес сундук до места назначения.

– Может, отлить отошел? – предположил молодой человек и указал взглядом на сундук. – Руки затекли, давай опустим, а?..

Сутулый мужчина открыл рот, чтобы ответить, но проглотил слова. Оба сундуконосца вздрогнули, когда в разговор вклинился третий голос – хриплый и неприятный:

– Я тебе отпущу!

Сундук рухнул на землю, подняв облачко пыли. Темнота вокруг дилижанса сразу же сгустилась и стала очень недоброжелательной. Напарники встали спина к спине.

– Вы чего делаете? – захорохорился сутулый. – Вы знаете, чьи это деньги?..

– Ага. – Из темноты проявилась гнусная рожа и кивнула. – Знаем. Сундук поднимайте.

– Да сейчас, как же! – Молодой человек выхватил нож. – Чтоб нас потом Ординари?.. – Пока произносил конец фразы, рож стало намного больше, и по степени гнусности они не уступали первой, порой ее даже превосходя. Юноша оценил угрозу и благоразумно проглотил концовку предложения.

– Сундук, – повторила рожа, – подняли и загрузили в дилижанс. И тогда никто вас не тронет.

Сундуконосцы переглянулись, но делать было нечего: пожав плечами, люди Ординари с пыхтением, сопением и громким «хэть!» забросили деньги в отсек, где обычно возили почту.

– Спасибо. – Темнота превратилась в людей. Их черные фигуры моментально облепили дилижанс, щелкнул хлыст – и спустя мгновение экипаж скрылся за поворотом, оставив незадачливых инкассаторов стоять с поднятыми руками в ожидании удара ножом.

– Мы выжили? – неожиданно заулыбался мужчина с кушаком. Его глаза странно заблестели. – Живы? Ох, я и перепугался! Ох, и перепугался же я… А мы – живы! – По ночной улице разнесся его визгливый истерический смех.

Молодой человек был настроен куда более скептически.

– Ага, – пробурчал он себе под нос. – Но только пока Ординари обо всем не узнает…

В то же самое время на улице с говорящим названием Сточная Нильс и Виго конфликтовали с такими же гнусными рожами. Точно так же, как инкассаторы, они стояли спина к спине, слушали ругательства в свою сторону и посылали в ответ шипение с рычанием.

Ситуация получилась патовая, поскольку рожи не желали лезть на рожон, а Виго с Нильсом не решались напасть первыми: даже несмотря на силу, им пришлось бы несладко. А если еще и учесть, что Виго наотрез отказывался ввязываться в драку, а только пугал, дело принимало очень щекотливый оборот.

– Что, как людей обманывать, так смелые, а как на честный бой выйти, так страшно?! – подстрекала одна из рож.

– Ага! Жулики!

– Воры!

– Обманщики!

Виго волновался. С выпущенных клыков падала слюна. За спиной глухо рычал Нильс, но в рыке слышался испуг, а сам здоровяк ощутимо подрагивал. От него разило страхом и мокрой шерстью.

– Нечисть!

– Убирайтесь вон!..

– Да чего мы ждем, ребята? Чего ждем? – подстрекал, как это обычно бывает, самый маленький и нескладный бандит.

– Рассвета ждем, – ответил кто-то. Гнусные рожи гнусно захихикали.

Виго посмотрел в безлунное небо, усыпанное звездами. До рассвета было еще много времени, но рожи никуда не спешили и вполне могли подождать. И тогда… Не то чтобы вампир слишком боялся солнечного света: в пасмурные дни хватало плотной одежды и крема от загара, – но сил днем у него точно не прибавится.

– Нильс! – шепнул упырь, наблюдая, как продолжают бесноваться бандиты. – Ты мошешь префратитса?

– Могу, – странно упавшим голосом ответил оборотень. – Но не буду.

– Как это «не путу»? – отросшие клыки мешали говорить и раздражали. – Я тумаю, сейчас не фремя тля растумий!

– Так если не время, чего ты сам на них не набросишься и кровь не выпьешь? – рявкнул в ответ здоровяк.

Виго стушевался:

– Ну… Я хочу похутеть… И не пью крофь после шести.

– Что-то не особо помогает!.. И вообще, не рассказывай мне сказок. Я знаю, что ты в жизни мухи не обидел. – В голосе оборотня прозвучала какая-то странная и неуместная обида. – Дурак! Такие возможности не используешь!

– Да какие такие фосмошности?! – взвился вампир. – Сойти с ума? Стать пешеным убийтсей? Потерять контроль нат сопой?

– Нет! – вскрикнул Нильс. – Не это! Быть сильным! Держать всех в страхе! Вот о чем я говорю!..

– Если пы фсе пыло так просто! – простонал вампир. – Но я не смоку останофитса!.. И не хочу таше начинать. И я не понимаю, расфе ты не…

– Заткнись! – прорычал Нильс, и в тот же миг они с Виго заметили, что спорят в полной тишине. Гнусные рожи превратились в очень внимательных слушателей. – А вы чего замолчали?!

– Да так… – В темноте заблестели две вещи, выглядевшие угрожающе, – нож и улыбка. – Вы слышали? – Предводитель гнусных рож повернулся к своим. – Упырь не проблема. А медведь сам боится! Бей их!

Нильс издал разъяренный рык, а Виго зашипел и попятился, уткнувшись в спину оборотня, но это не остановило нападавших. Они бросились к окруженной нечисти, потрясая ножами и дубинами, но бросились очень благоразумно – со скоростью, которая должна была одновременно и показать рвение, и дать как можно большему количеству людей себя обогнать.

Со стороны это смотрелось так, будто на все гнусные рожи разом напала хромота, одышка и кашель.

Вампир и оборотень с удивлением наблюдали, как атака захлебнулась: люди просто замедлились и начали отступать. Предводитель гнусных поднес ладонь ко лбу и покачал головой.

Виго повернулся к Нильсу:

– Сейчас самое фремя прорыфаться! Тафай са мной! – И вампир взорвался вихрем летучих мышей, несмотря на протесты оборотня, кричавшего множество разновидностей слова: «Стой!»

Виго взвился в небо и глядел на то, как Нильс дергался то в одну, то в другую сторону в поисках слабого места для прорыва, но не находил его.

«Превращайся! – мысленно умолял его вампир. – Ну же, дубина!»

Но Нильс упорно сохранял человеческую форму, и упырь, не применяющий насилия, не мог его за это судить. Вихрь летучих мышей спустился пониже, однако гнусные не обращали на него ни малейшего внимания и сжимали кольцо окружения все плотнее.

Неожиданно оборотень поднял голову и прокричал: