Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

и ссадины заживали буквально за секунды, конечности выправлялись, восстанавливались кости… Нильс тоже мог быстро залечивать раны – иначе и нельзя, когда твой скелет, кожа и внутренние органы деформируются, изменяясь до неузнаваемости, – но сейчас искренне завидовал таким способностям.

Виго всхлипнул и открыл глаза. Оборотень навис над ним и с облегчением выдохнул: багровый огонь ушел.

– Ну ты меня и напугал! – покачал головой здоровяк. – Что ж ты делаешь-то, а?

– Те… – Вампир откашлялся, выплюнув себе на грудь и подбородок несколько вязких черных сгустков. – Тебя спасал.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его Нильс. – Что это с тобой случилось? С кем ты разговаривал?

– Не помню. – Вампир пожал плечами. Правое при этом громко хрустнуло. – Может, сам с собой. Может, с кем-то еще. Я не помню.

– Ты что, попробовал кровь? – Нильс чувствовал, как внутри него нестерпимо зудят, восстанавливаясь, поврежденные органы и кости.

– Да. Или нет, – снова непонятно ответил Виго. – Я не знаю. Не помню… Пойми меня правильно: я становлюсь совсем другим. Сейчас во мне больше от человека, а в те моменты – от вампира. Поэтому я и стараюсь не проявлять агрессии, даже малейшей. Потому что если я дам себе волю, выпущу того, другого, наружу, то уже не смогу остановиться. Так что лучше вовсе не начинать.

– Ого… – Нильс почесал в затылке. – А я не знал, что у вас, у вампиров… так.

– А что, у кого-то иначе? – удивился Виго.

Нильс задумался и утвердительно покачал головой. Мысль оказалась неожиданно глубже, чем он предполагал.

– Тот бандит! – неожиданно вскрикнул вампир, словно что-то вспомнив. – Я был в его голове, и там… Нам нужно к Ординари!

Глава 18

На столе Ординари громоздилась целая гора бумаг. За столом сидел сам Ординари. Напротив него, утопая ногами в мягком ковре и сминая в руках тряпичную шляпу, из-за возраста превратившуюся в берет, стоял один из множества сотрудников, написавших прошение об увольнении.

– Они сказали, что знают мою семью! – плаксиво заявил один из лучших продавцов грязи. По показателям его обгонял только Виго, обойти которого было невозможно в принципе.

– И ты думаешь, что это была угроза?

Сотрудник пожал плечами:

– Когда к горлу приставляют нож и рассказывают все, что знают о твоей семье, притом знают очень много, как-то само собой приходит в голову, что это угроза.

Орди побарабанил пальцами по столешнице.

– То есть, по-твоему, мы не сможем защитить тебя и твою семью?

Мужчина потупил взор и принялся сжимать головной убор так сильно, как будто только что его выстирал и хотел выжать, – и это стало самым красноречивым из всех возможных ответов.

Красноречивым и, к сожалению, верным. Орди действительно не смог бы защитить всех. Приставить к каждому личную охрану? Абсурд. Людей попросту не хватит. Посадить всех под замок? Еще глупее. Разместить, накормить и занять делом всю эту ораву будет ой как непросто, да и банально негде: замок Ординари просто треснет по швам. «Что же делать?» – спросил сам себя юноша и взглянул на продавца.

– Вот что, – сказал он и принял лист плохонькой серой бумаги, на которой было криво выведено слово «прошение». – Мы скоро со всем разберемся, поэтому уходить насовсем нет нужды. Считай, что я разрешил тебе месяц отдохнуть. А потом приходи снова. Хорошо?

Продавец просиял:

– Хорошо, милорд. Просто отлично! Спасибо!

– Можешь идти. – Орди отослал его повелительным жестом ладони, и сотрудник, не переставая кланяться и рассыпаться в благодарностях, вышел за дверь.

Виго и Нильс, выглядевшие так, словно по ним проскакал целый табун лошадей, не принесли свежих новостей: молодой человек уже знал, что ночью и вечером неизвестные искали его работников, избивали и угрожали смертью им и их семьям в случае, если те продолжат работать на Ординари.

Юноша рвал и метал, поднял всех людей, не спал всю ночь, но безнадежно опоздал: все угрозы были доставлены по адресу, и с утра ему на стол легла стопка прошений об увольнении. Но это была лишь половина беды: под утро, возвращаясь домой в карете, Орди услышал голос одного из Безумных Пророков. Всклокоченный старик стоял в людном месте и сжимал замызганную табличку с надписью: «Обман близок!».

– Обман! Обман вижу я! Во сне явился мне черный ворон, клюющий злато и рассыпающий из-под крыльев бумагу! Обещала птица лживая, что за бумагу эту получат люди злата вдвое больше, чем дадут!..

И все в таком духе.

Поначалу, услышав это, Орди покраснел от стыда и гнева. Он едва подавил желание выбежать к Пророку и попытаться его перекупить, но, к счастью, вовремя одумался. У него бы все равно ничего не вышло, зато многочисленные свидетели поторопились бы разнести слухи о происшествии по всему городу, попутно приукрасив до полной неузнаваемости. Кто бы ни противостоял Орди, инициативу он перехватил – и молодому человеку оставалось только реагировать на выпады и ждать. Вот лорд Ординари и ждал, когда к нему придет делегация жителей Брунегена, жаждущих вернуть свои деньги. В том, что они придут, причем очень скоро, сомневаться не приходилось: нравы и сообразительность горожан Орди хорошо изучил и не питал никаких иллюзий.

Из дыры в потолке высыпались куски побелки и Тиссур.

– Что будешь делать? – поинтересовался он.

– Сейчас – ничего, – ответил Орди, глядевший куда-то внутрь себя и не замечавший ничего вокруг.

– Это понятно, – череп нетерпеливо покачался в воздухе. – А потом?

– А потом, – сказал Орди, растягивая губы в тщательно отрепетированной улыбке, – все жители Брунегена получат то, что им причитается согласно установленным расценкам! То есть вознаграждение и мою огромную благодарность за поддержку в трудные времена! Я не так давно в Брунегене, но успел понять, что тут живут прекрасные люди, готовые протянуть руку помощи. Пусть и за символический процент. В этом месте я хитро улыбаюсь, толпа смеется. Мы открываем заведение, и все кассы сразу начинают работать на полную катушку. Симпатичные девушки предлагают вкладчикам присесть и выпить воды, вина или пива – по желанию. И играет музыка. Да, точно! – Орди потянулся к перьевой ручке, но ее на месте не оказалось: старомодный Скульпо предпочитал писать гусиным пером. – Надо записать… Обязательно музыка. И растяжка со словами благодарности.

Тиссур внимательно слушал.

– Выходит, ты собираешься им все отдать? – спросил он, когда юноша закончил.

– Именно! – Улыбка стала еще шире. – Вы можете забрать свои вложения в любой момент!

– Прекрати это, – раздраженно бросил череп. – Я и в мыслях не могу допустить варианта, при котором ты вот так возьмешь и раздашь практически все, что у нас есть!

– А ты