Злая: Детство - Грегори Магуайр

– Если вырастут и если на них появятся пальцы, то часть меня тоже сможет стать зелёной. Тогда мы сделаемся ближе как сёстры.

– Хм, – теряется Эльфи. – Сильно сомневаюсь, – наконец заключает она. Затем: – И всё же как кольцо оказалось у тебя, а не у няни?

– А как ты думаешь? – холодно парирует Несса, не пытаясь больше изображать сестринскую близость. – Я его заколдовала. Ты же сама меня учила колдовать, разве забыла? – Её лицо – точно мигающая фальшивая гирлянда из лжи и уловок. – А теперь положи его обратно, не то уже я примусь за дело и устрою тебе такие неприятности, что ты здорово пожалеешь.

Эльфи подчиняется и дрожащей рукой опускает мамино кольцо обратно в темноту мешочка.

50

Эльфи переводят на следующую ступень. Пятую – за столько же месяцев. Теперь она, словно комета, скользит по орбите звёздного скопления девочек, близких ей по возрасту. В этом классе нет окон, только двойные двери, в которые входят и выходят ученицы. Поэтому Эльфи подходит к двери не сразу: ждёт, пока остальные рассядутся по местам. Если появляться и уходить по собственному расписанию, то можно меньше стыдиться, что её нарочно избегают взглядом.

Изучать этих девочек – это отдельный пласт образования вне утверждённой учебной программы. Их лукавый смех, непонятные шуточки, тайные союзы и обиды, периодическое нежелание работать на уроках. Эльфи становится невольной слушательницей их загадочных взаимодействий. Это завораживает её не меньше, чем сам предмет, хотя в основном ей всё-таки хочется, чтобы ученицы угомонились и дали учителю вести занятие. Жизнь в обществе утомительна.

Однажды, подойдя к своему месту у дверей, Эльфи с удивлением обнаруживает на полу у табурета маленький ротанговый поднос. В первый обжигающе-радостный миг ей мерещится, что кто-то оставил ей подарок: угощение или какой-нибудь учебный инструмент, которым ей раньше не давали пользоваться. Но, присмотревшись к подносу внимательнее и расслышав язвительные замечания девочек в классе, она понимает – вовсе нет.

Это фарфоровый чайный сервиз. Эльфи редко доводилось видеть фарфор. В их глуши пищу ели сырой или готовили в чугунных котлах и подавали в деревянных мисках. Ложки были из бальзового дерева, а вместо вилок – бамбуковые палочки. А это определённо предмет гордости – весь этот ансамбль предметов на подносе.

По косвенным признакам Эльфи примерно собирает общую картину. Какая-то девочка получила это заморское сокровище в подарок на день рождения и принесла в школу, чтобы похвастаться. Но учительница посчитала, что эта вещь слишком отвлекает остальных, и выставила сервиз за дверь до конца урока.

Круглый чайник с завитым рыбьим хвостом вместо ручки – если пальцем провести по чешуе, можно ощупью посчитать пластинки. Эльфи так и делает. Чайник сияет водянисто-серо-голубым цветом с более тёмными насыщенно-розовыми прожилками – словно намёк на скользящие в глубине тени рыб. К нему прилагаются четыре крошечные чашечки невероятно изысканного вида. Каждая – в оплётке из витой проволоки, нити которой заворачиваются по бокам в листовидные плавники. Все чашки разного цвета: одна корундово-красная, вторая пурпурно-коричневая, третья – тягучего желчного оттенка жёлтого, а последняя – нежно-зелёная, как утренний свет сквозь туманную дымку джунглей. По ободкам чашек вьётся тонкий золотой узор. Яркие краски под слоем глазури так сияют, будто чашечки только что ополоснули и выставили сушиться на солнце.

– Где ты это раздобыла? – изумляется няня вечером, когда обнаруживает это сокровище дома под наброшенным шарфом.

– Подруга дала. В подарок. Подруги же дарят подарки, – отвечает Эльфи.

– У тебя нет подруг, – говорит Несса. – Откуда тебе знать, что они делают.

– Подруги устраивают чаепития. Играют в них. Вот с такими сервизами. Мы тоже могли бы.

– Я твоя сестра, а не подруга. – Несса жадно косится на драгоценный набор. – Но… допустим, я могу притвориться подругой. Раз уж мы играем.

Ни одна из них не умеет толком играть и притворяться. Но они слышали об этом от няни – в её историях о бурной юности Мелены та настолько усердно притворялась распутницей, что иной раз забывалась и действительно так себя вела. Не зная, кто такие эти «распутницы», девочки воображали, что речь идёт о каких-то разбойниках. Но спрашивать не решались, поскольку в такие минуты отец мрачнел и тяжёлым взглядом призывал свернуть тему.

После ужина – бульона из рыбьих костей, – когда домашние моют и вытирают посуду, Лей и Фрекс уходят гулять в сумерках, обмениваясь какими-то тягучими, никому не нужными словами. Няня усаживает Панци разбирать азбуку, а Эльфи расставляет всё необходимое для чаепития прямо на полу, на сложенном полотенце. Как на пикнике. Полотенце куда лучше подходит по форме (квадрат!), чем продолговатый (даже слегка параболический!) обеденный стол: на нём сервиз меньше теряется. Четыре чашечки в проволочных оплётках расставлены по углам, вместо тарелок Эльфи использует блюдца.

– А какая у нас воображаемая еда? – спрашивает Несса.

– Болотные сливы? Сладкие, с медовым соусом? Или сырные темпто?

– А ещё два места для кого? Для меня и для няни? – вклинивается Панци.

– Мы ждём двух друзей, – отвечает Эльфи. – Делай своё задание.

– Ох кто это у нас Ваше Снобейшество, – фыркает няня. – Панци, ну как ты так ухитряешься? Гляди: эта буква у тебя и задом наперёд, и вверх ногами.

– У тебя нет друзей, даже выдуманных, – говорит Панци.

– Может, заглянут Карликовые Медведи. Никогда не знаешь.

– Да они все сдохли, – зевает Панци.

Эльфи бросает на него злобный взгляд.

– Что? – Он тут же изображает невинность. – Я просто повторил то, что говорят другие мальчишки.

Неожиданно быстро возвращаются Фрекс и Лей. У Лей вид самодовольный, у Фрекса – раздосадованный.

– А давайте я заварю в чайничке настоящий чай, – бодро предлагает Лей и спешит на кухню.

В некоторых вопросах Эльфи уже слывёт вспыльчивой, и хотя замечание Панци про Скийоти, скорее всего, шутка, она довольно рискованная. Лей, даже не зная, о чём шла речь, чует неладное и предпочитает поскорее выйти из комнаты.

Как и няня: она уводит Панци на улицу доделывать урок. По пути Панци норовит пнуть чайник, но Эльфи, ловко ухватив брата за лодыжку, практически опрокидывает его на пол. Он успешно вырывается, но снаружи поднимает вой – довольно неподходящее сопровождение для чаепития. Сёстры изо всех сил делают вид, что ничего не слышат.

– Странная нынче погода, – говорит Несса. – Послушай, как завывает ветер.

– Я люблю хороший сильный ветер, – отзывается Эльфи, столь же беспомощная в области светской болтовни, сколь и сестра. И добавляет: – Он будто бы даже помогает укрепить позвоночник.

– Да, неужели? – отзывается Несса. На этом их запал к общению угасает.

Лей возвращается с мятным