Воздушная кавалерия. Том 5 - Джек из тени

дирижабля, бой стих. И тут до меня дошло, свидетели, я использовал пока еще секретное оружие на глазах целого батальона японской армии. То, что связи не было, я знал точно, но вот выжившие…

Я посмотрел на Грушина, мы поняли друг друга без слов.

— Очистить периметр, — тихо сказал Грушин, обращаясь к бойцам. — Контроль, никаких пленных, никаких свидетелей, ни одного! Забрать все нашивки и документы!

Парни молча кивнули и разошлись по ущелью, и вскоре оттуда донеслись глухие выстрелы.

— Грушин, бери пятерых бойцов, — скомандовал. — Найти и доставить подбитый дрон. Остальным грузить раненых и готовиться к эвакуации. У нас десять минут, пока не прискакали новые «друзья».

Мы работали быстро и слаженно. Через десять минут подбитый «Кречет» был на борту. Раненым оказали помощь. Уцелевшие дроны вернулись в свои контейнеры. Пилоты, используя аварийные системы, сумели поднять наш изрешеченный дирижабль в воздух навстречу поднятыми по тревоге двум звеньям легких дирижаблей.

Глава 17

Возвращение в Академию после «инцидента» на маньчжурской границе было сюрреалистичным. Мы вернулись на своем изрешеченном, но все еще летающем дирижабле, который тут же упрятали в самый дальний ангар под предлогом «капитального ремонта после столкновения с метеоритным потоком». Официальная версия, спущенная сверху, была до смешного нелепой: отказ двигателей из-за некачественного топлива, аварийная посадка, героическое отражение нападения местной банды хунхузов, привлеченных дымом. Ни слова о японцах, ни слова о прицельном огне с земли, ни слова о моих «Кречетах». Все было похоронено под грифом «совершенно секретно», а с каждого члена моей роты, включая меня, взяли подписку о неразглашении, подкрепив ее недвусмысленными намеками от людей Волкова.

Внешне все вернулось на круги своя. Мы снова ходили на лекции, сдавали зачеты, маршировали на плацу. Но что-то неуловимо изменилось.Аристократы, мои вечные «доброжелатели», смотрели на меня с новой, плохо скрываемой злобой. Они не знали деталей, но чуяли, что я снова выкрутился, вышел сухим из воды там, где должен был утонуть. Их самодовольство сменилось откровенным предвкушением. Они больше не пытались устраивать мелкие пакости, теперь они ждали, когда сработает механизм, который они уже запустили. Ждали большой, окончательной расправы.

Мои же ребята, наоборот, сплотились вокруг меня, как никогда. Тот короткий, но жестокий бой в ущелье Черной Змеи стал для них настоящим боевым крещением в бою против армии противника. Они видели смерть, чувствовали ее ледяное дыхание.

Развязка наступила через неделю, в четверг. По всей Академии был объявлен общий сбор в Главном актовом зале. Событие экстраординарное, обычно такие сборища устраивали только по случаю визита Императора или начала войны. В воздухе запахло грозой.

В огромном, залитом светом зале, под высокими сводчатыми потолками, украшенными лепниной и имперскими орлами, выстроились все курсы. Сверкающие мундиры, начищенные до блеска сапоги, сотни молодых, напряженных лиц. Слева, у стены, плотной, надменной фалангой стояли аристократы. Их лица выражали скуку и легкое презрение к происходящему. Справа упрямым строем, стояли мы простолюдины, «служивые», те, кто пробивал себе дорогу в жизнь не титулом, а потом и кровью. Между нами, как невидимая стена, пролегала пропасть взаимной ненависти.

Я стоял в первом ряду своей роты. Рядом, прямой, как струна, застыл Грушин. Я чувствовал на себе десятки взглядов. Враждебных, завистливых, вопрошающих. Я не обращал на них внимания, мой взгляд был устремлен на сцену, где за длинным столом, покрытым зеленым сукном, уже расселась вся верхушка Академии во главе с ректором, генералом Скобелевым.

Ровно в десять утра в зале воцарилась гробовая тишина. Генерал Скобелев, высокий, седовласый, с лицом римского патриция и выправкой старого гвардейца, медленно поднялся со своего места. Он обвел зал тяжелым, отеческим взглядом.

— Господа офицеры, будущие и нынешние защитники Отечества! — его голос, сильный и зычный, без всякого усилия заполнил огромное пространство. — Сегодня особенный день. День, когда вам, лучшим из лучших, выпала великая честь на деле доказать свою преданность Императору и Империи!

Он сделал драматическую паузу, давая нам проникнуться торжественностью момента. Аристократы за моей спиной едва заметно ухмылялись. Судя по всему, кто-то уже донес до золотых детишек что сейчас начнется.

— Как вы знаете, ваше обучение в стенах нашей прославленной Академии подходит к концу, — продолжал Скобелев, и в его голосе зазвучали пафосные, медные ноты. — Впереди выпускные экзамены. Но руководство академии, по согласованию с канцелярией Его Императорским Величеством, приняло решение: в этом году вместо скучных задач в небольших анмалиях и штабных игр вы получите настоящий, боевой экзамен! Блестящую возможность проявить себя на службе Империи и заслужить свои первые награды не за партой, а на поле брани!

По рядам аристократов пронесся одобрительный, предвкушающий гул. Мои же ребята, наоборот, помрачнели. Все мы понимали, что за этими красивыми словами кроется конкретная подстава. За все время учебы можно по пальцам пересчитать, сколько раз отпрыски старых дворянских родов снисходили до боевых выходов.

— Нашим доблестным спецслужбам, — Скобелев понизил голос, придавая ему заговорщицкой таинственности, — стало известно, что на дальневосточных рубежах нашей необъятной Родины активизировалась крупная банда контрабандистов и черных старателей Пыли. Эти отбросы общества не только грабят наши природные богатства, но и ведут подрывную деятельность, вооружая наших противников и подрывая авторитет имперской власти!

Я мысленно усмехнулся. «Банда контрабандистов». Какая удобная и универсальная формулировка. Под нее можно списать все что угодно.

— Посему, — генерал снова повысил голос, и он зазвучал, как раскат грома, — вам, будущей элите нашей армии, доверена почетная и ответственная миссия! Провести операцию по полной и безоговорочной ликвидации этой преступной группировки! Операция пройдет на одном из островов Курильской гряды, где, по данным разведки, находится большой перевалочный лагерь.

Курилы… Далеко, безлюдно, туман, шторма, отвратительная связь. Идеальное место, чтобы списать человека на боевые потери. Ловушка была расставлена безупречно.

— Хозяин, это точно оно, — голос Алисы в моей голове был холоден, как лед. — Уже сканирую архивы Корпуса по Курильскому архипелагу.

— Работай, — мысленно кивнул ей, продолжая стоять с непроницаемым лицом. Я чувствовал на себе взгляды своих врагов, они впивались в меня взглядами, как раскаленные иглы, упиваясь своим триумфом. Они были уверены, что на этот раз живым я не вернусь.

— Вы будете разделены на сводные батальоны, — продолжал вещать Скобелев. — Командиры батальонов и рот будут назначены в соответствии с вашими текущими рейтингами и успехами в учебе. Это будет настоящая проверка ваших лидерских качеств, вашего мужества, вашей способности вести людей в бой!

И тут я понял, в чем заключается