Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

том, какими богатствами обладают. Для этого они искали среди поселенцев человека, который понимает местные языки. Желая найти контакт с аборигенами и дать им понять, что Первые не ищут войны, они отыскали слепую шаманку, высокую и худую девушка, чьи речи всегда немного пугали поселенцев, но она обладала там необходимой им властью над аборигенами. Она не знала всего плана Первых, но не гнушалась думать о них, как о самых последних людях. Она не верила им, часто позволяла себе язвительно и дерзко разговаривать с главными лицами поселения Первых, но и не уходила от них, так как хотела знать, в чём же была истинная причина их появления.

Первые готовились больше трёх лет, изучая быт аборигенов и их культуру. Неверное предложение могло разозлить или спровоцировать их, поэтому стоило повременить с поспешными заявлениями. Находясь поодаль от их поселений, за аборигенами следили специальные люди, днями и ночами сидевшие у самобытных деревень. От них же поселенцы и узнали о том, что недалёкие и отсталые аборигены уж точно не так просты и глупы, какими казались долгие годы.

Не все аборигены могли спокойно переносить споровую болезнь. Многие из них всё же заражались, и из трактатов Первых современники узнали о симптомах болезни. Заражённых держали в отдельном загоне, как скот, названном «дэше». В переводе слово «дэше» обозначало бойню, где забивались только слабые, неспособные на работу дикие лошади. Почему в отдельных загонах? Агрессия и раны на теле. Уже заражённых мало волновали такие же заражённые, потому что они чувствовали друг друга среди обычных людей по особому запаху тела. Но стоило подойти к «дэше» здоровому человеку, как заражённые начинали откусывать от собственных рук и ног куски кожи и мяса и плеваться собственной кровью. Таковой была первая стадия болезни. Именно поэтому она высекала людей как острейшая коса высекает луга – споры в крови изменяли поведение, многократно повышалась агрессия, направленная на распространение болезни.

Загоны, полные людей. Искусанные, расцарапанные, с кусками свернувшейся крови на руках и вокруг рта. Увидь такое зрелище один из современников, то тотчас бы вернулся за стены и никогда бы не выходил за них вновь.

Около загонов стоят три человека, укрытые щитами из местной прочной древесины, которую Первые использовали для собственных домов, и острыми кольями отгоняют обезумевших людей, которые ломятся к забору из редко высаженных высоких колов и горизонтально насаженных на них брёвен, обтянутых дикой лозой, таким образом, что между брёвнами есть щель, в которую легко пролезает длинное копьё охранника. Щиты заляпаны густой, практически бурой кровью, которая создавала ощущение прожжённых дыр на дереве. На самих охранниках некое подобие маски из сухой травы, сплетённой в широкий, закрывающий рот и нос, прямоугольник. Большая часть запертых в дэше уже не дышит, обкусанные предплечья и бёдра уже покрылись чёрной коркой из омертвевшей кожи, грудь и кисти разбухли, а вокруг глазниц роятся жирные мухи. Выжившие же сидят в углу между брёвнами, где до них с трудом добираются копья охранников, а трупы бывших сородичей, оттащенные в противоположный угол, лишь вызывают отвращение и страх, боязнь того, что те дёрнутся или очнутся. Они знают, что их ждёт тоже самое.

Если бы хоть один из них смог перемахнуть через этот бревенчатый забор, умчаться в лес и дожить свои года в глуши… превратившись в кусок камня с пустыми глазницами и ртом, раскрытом в немом крике. Так что уж лучше сдерживать их на данном этапе, чем впоследствии выжигать целые поселения. Как только последний из выживших в дэше перестанет дышать, вся конструкция из бревенчатого забора, щиты охранников, их маски и копья – шаман в окружении своей свиты из рабов и фавориток сожжёт всё под песни, отгоняющие болезнь, а сами охранники будут заперты на несколько дней в специальной хижине. Если они не проявят никаких признаков болезни – их выпустят, в другом случае через специальные дыры в стенах и полу запустят ядовитых змей и пауков, которые моментально лишат жизни опасных сородичей. Таков процесс очистки поселения от болезни.

Агенты докладывали всё, что смогли увидеть и понять. Король Рокс, монарх в третьем поколении, слушал доклад с бесчувственной миной. Будто каждый день агенты докладывают о диких обычаях аборигенов и это стало для короля обыденностью. Дослушав до конца, он едва заметно указал пальцем на выход из зала, не сказав ни слова, выгнал агентов и остался наедине.

Рокс был не из того типа монархов, что бездумно пускают целые армии в расход ради мизерного дохода и удовлетворения чувства собственной важности. Человек в рассвете сил, крепкое и сухое телосложение его становилось только краше благодаря высокому росту и длинным, слегка поседевшим волосам и аккуратной бороде. Он с малых лет видел, как правит его отец. Вместе с ним он отстроил главный город Первых – Штросс. Руки отца возложили на голову сына тяжёлую, богато украшенную корону. Его последние слова установили путь в жизни и правлении молодого короля.

На глазах Рокса творилась история. Штросс, будучи красивым и хорошо укреплённым городом, в основном сделанным из камня и местной древесины, прозванной в народе «стальнина» за яркий серый цвет и лёгкий металлический блеск, мог справиться с любой внешней угрозой. За все годы существования цивилизации Первых на Скрипатуме не было даже повода для агрессии со стороны местных или неизвестных с больших вод – город был богат, население сытым, бедность существовала только для тех, кто сам выбрал такой путь. Но король улучшал армию, делал реновации, делал ставку на изучение местных земель и только гадал, какую выгоду он может получить от местных природных ресурсов. Не ради денег – ради армии, совершеннейшей на всех Пяти. Для тех лет, естественно.

Отец его, король Лорте, был умным и харизматичным мужчиной, но обладал слабым здоровьем и очень рано лишился рассудка. То, что современники назвали бы сегодня «головной деградацией», убило короля в возрасте 34 лет, оставив только одного малолетнего сына Рокса и маленькую девочку Ике, которая после смерти отца уехала вместе с матерью прочь с материка, домой, так как они боялись, что распри и битва за пустущий трон «Королевства Первых» могут затронуть остатки семьи почившего короля. Рокс отказался возвращаться обратно на тонущие острова, а вот мать и сестра побывали дома, даже отправили уже повзрослевшему королю короткое письмо, которое навсегда разбило ему сердце: «Жива и здорова. Ике больше нет. Не ищи меня.»

Долгие годы спустя Рокс изъявил желание наконец убрать угрозу аборигенов. Король попросил найти знающего человека, который сможет понять и объяснить