Убить Хрущева! Книга 2 - Георгий Савицкий

Именно поэтому в послевоенные годы на Омском приборостроительном заводе начали разрабатывать гражданскую радиостанцию «Урожай». Такую рацию стали выпускать в 1947 году. Потом ее стали производить в Днепропетровске.

Она получилась ровно такой, какой ее и задумывали: относительно компактная, легкая, простая в обслуживании и управлении. На передней панели — никаких сложных переключателей, полный минимализм. Наверху — бакелитовая трубка, похожая на телефонную, но с тангентой. На передней панели радиостанции — круглые часы с недельным заводом. Лишь одна ручка переключения двух фиксированных каналов. Станция имела возможность работать как в симплексном режиме, так и в дуплексном — как по обычному телефону. Независимые друг от друга приемник и передатчик и работали одновременно. Промежуточная частота была нестандартная, 456 килогерц.

Оно и понятно: ведь этой станцией должны управлять не подготовленные радисты, а обычные колхозники.

Питание радиостанции «Урожай» — от пяти щелочных аккумуляторов или от термоэлектрического генератора. Дальность уверенного приема — до 30 километров. В полевых условиях в качестве антенн использовалась обычная проволока.

Радиостанции «Урожай», в основном, стояли на фермах и в колхозных правлениях, реже — на председательских «Газиках». С таких радиостанций по утрам доярки частенько «перезванивались» между собой, интересуясь количеством надоя, и просто пересказывали друг дружке последние новости «сарафанного радио».

Артем хмыкнул: конечно, радиостанция — это далеко не мобильный телефон или смартфон из Москвы XXI века, но само наличие связи успокаивало. Тем более что и в этот раз «наш человек в эпохе Хрущева» решил действовать только самостоятельно.

* * *

Артем осторожно и неторопливо выслеживал убийцу Хрущева — уже успел выучить его повадки. Откуда может прозвучать роковой выстрел по Первому секретарю ЦК КПСС?.. Таких мест немного, и почти каждое из них Артем держал на примете. Тем более что в известной степени задание у него было несколько проще — пресечь покушение. И действовал он, хоть и полулегально, но в самых ответственных моментах мог рассчитывать и на помощь официальных советских властей.

Так он и следовал на своем «Додже ¾», выслеживая в бинокль убийцу Хрущева, который тоже ехал вслед за кортежем Никиты Сергеевича. Пара удобных случаев для выстрела по нему, на взгляд Артема, у неведомого «Освальда наоборот» уже представилась, но убийца, почему-то, медлил. Выжидал и Артем…

Небольшую рощу метрах в 150 от дороги между колхозными полями «наш человек в эпохе Хрущева» приметил сразу же. Удобное место для стрелка! Особенно вон то старое раскидистое дерево, в его кроне можно неплохо замаскироваться… Да и звук выстрела будет не так слышно из-за листвы.

Он сам, получается, остановил «Додж ¾» тоже метрах в двухстах от этой рощицы с раскидистым деревом. В мощный бинокль было видно, как шевельнулись ветви дерева… И это — не птицы! Вскоре до слуха Артема донесся легкий, едва слышный хлопок. Стрелок тут же сменил бинокль на карабин Симонова с оптикой. Дистанция в 200 метров для него — рабочая. Артем выстрелил навскидку дважды, не особо целясь. Ему важнее спугнуть убийцу Хрущева.

Так и получилось.

Артем увидел, как по стволу дерева вниз скользнула тень — он тут же выстрелил. И понял, что промахнулся. Он услышал звук мотора и сам поспешил за руль. «Додж ¾» резко, с пробуксовками широких колес, поднимая тучи пыли, рванулся вперед. Вырулив из-за холма, Артем увидел того, кого преследовал: выгоревший на солнце ГАЗ-69А резво скакал по ухабам проселка меньше, чем в полукилометре впереди. «Наш человек в эпохе Хрущева» поднажал — мощный армейский внедорожник был тяжелее, и всяческие ухабы, кочки и рытвины на дороге преодолевал гораздо лучше. Ревел мотор, Артема мотало из стороны в сторону, он отчаянно крутил баранку, объезжая самые большие рытвины на дороге, но мощь мотора его внедорожника постепенно брала верх. Он неуклонно нагонял мчащийся впереди «Козлик».

Перед деревянным мостом через речушку пришлось сильно сбросить скорость и преодолеть его осторожно. Это дало неожиданную фору убийце Хрущева на более легком и маневренном автомобиле. За мостом дорога через некоторое время изгибалась вокруг поросшего кустами и молодыми деревьями холма. И это очень не понравилось Артему.

Дураком он отнюдь не был, и теперь весь его жизненный опыт буквально вопил об опасности. Водитель накинул на плечо ремень самозарядного карабина. И точно: о широкий вытянутый капот и массивный радиатор «Доджа ¾» защелкали пули. Одна из них разбила широкое ветровое стекло и противно прожужжала над ухом. Артем мгновенно вывернул руль и скатился в кювет. Сам он лег на сиденья поперек, прикрывшись массивным мотором. Быстрым кувырком он очутился за машиной, выставив вперед ствол самозарядного карабина СКС. В оптику Артем пока не мог разглядеть стрелка.

Тот, ведь, тоже — отнюдь не дурак, знает, какую опасную игру он затеял. И подставляться под выстрел не собирается.

Еще кусты эти долбаные! Нихрена из-за них не видно…

Ясно одно: Артему, во что бы то ни стало, нужно сократить дистанцию до убийцы Хрущева. Вычислить, где он находится, и бить на поражение! Десятизарядный карабин Симонова позволял бить навскидку, а оптика повышала точность. Да и за шум от выстрелов «наш человек в эпохе Хрущева» не беспокоился: на стволе установлен глушитель. Артем бросился вперед зигзагом, держа карабин наготове.

Тут же негромко хлопнул выстрел, судя по звуку — из «мелкашки». Пуля прожужжала совсем близко от головы. И легкий кусочек свинца способен продырявить человека…

Артем упал, как подкошенный, и замер, выставив самозарядный карабин. В оптический прицел он стремился разглядеть малейшие признаки противника выше по холму. Такая вот игра в кошки-мышки, цена которой — жизнь. Внутри у Артема все будто бы сжалось в стальную пружину, в жилах кипел адреналин, реакция и зрение обострились невероятно.

Вот шевельнулась ветка в кустах на холме. Артем вскочил и с колена дважды выстрелил навскидку. Тут же упал в траву и перекатился. В то место, где он только что стоял, плотно ударили пули. Вот сволочь! Меткий… Артем ужом прополз в высокой траве. Над головой вновь свистнул пули.

Эх, гранату бы! Да где ее возьмешь…

Снова встав на колено, Артем двойками выпустил по кустам на вершине холма — снизу вверх, остальные восемь пуль. Тут же упал в траву и перекатился в сторону. Затвор карабина встал в крайнее заднее положение. Стрелок быстро достал из кармана плоскую пластинчатую обойму на 10 патронов, вставил ее в паз затвора и выдавил вниз все «маслята». Обойму — долой, затвор — чуть назад, и он сам, закрывшись,