Женщина, создавшая короля. Книга 1 - Ким Чжи Ын

Ворён закрыл дверь. Он накрепко запер все двери и лазейки в Кымюдане, чтобы туда не проник даже лучик света. Даже самую тяжелую дверь, при виде которой перехватывало дыхание, он запер на массивный железный замок. Заточив Соху, он ушел.

* * *

Крича от боли, будто с нее кожу сдирали живьем, Соха продолжала пытаться порвать веревки. Она так сильно изранила запястья, что по рукам текла кровь, окрашивая веревку в багровый.

– Пожалуйста…

«Я ведь просила… Я столько раз умоляла вас не приходить во дворец, не приближаться… Почему? Почему снова вернулось кошмарное видение будущего, пришедшее, когда я прикоснулась к вам?»

– Прошу, развяжись… Развяжись же, умоляю!

«Я хотела остановить это. Я должна была остановить трагедию. Я не могла смотреть, как вы умираете в этих стенах. Именно поэтому я низвергла вас с трона, изгнала из дворца, всадила кинжал в грудь, не жалея ни о чем, лишь бы прогнать.»

– Зачем вы опять возвращаетесь во дворец? Зачем?!

Соха рухнула на пол, вцепившись в веревку, которая так и не поддавалась. Надежды не было. В голову не шло ни единой мысли, как выбраться из наглухо запертого павильона, чтобы спасти У. Все все внутри сжалось в сплошной узел боли и отчаяния.

Ворён была права: У не имел ни шанса. Никто во всем дворце не встал бы на его сторону. Даже когда пришла весть о его гибели, ни один министр не дрогнул. Королева-мать и вовсе была в восторге. Король при всех играл роль заботливого брата, но никогда не собирался оставлять У в живых.

Это было опасно. Если все останется как есть, если не найдутся доказательства, если не будет ни одного свидетеля, У точно погибнет.

– Нет! Я этого не допущу! Ни за что!

Соха снова зажмурилась, подавила боль и резко дернула руками. На веревке, уже покрытой запекшейся кровью, проступила свежая, но вдруг…

Потянуло чем-то едким. Она не успела понять, что это, как стало тяжело дышать. Глаза щипало до слез, до невозможности открыть…

– Пожар?

Кымюдан горел. Через плотно закрытую тяжелую дверь не проникало ни лучика света, но дым уже просочился внутрь. Соха вскочила, и ее тут же сковал приступ удушья: грудь сжало, дыхание перехватило, непроизвольный кашель разодрал грудь. Соха рванулась было к двери – но она все еще оставалась крепко привязана к решетке.

Так она умрет. Мысли путались. Мир вокруг начал расплываться.

* * *

Чжаён швырнула факел на землю. Ворён, или как там звали эту стражницу, и след простыл, а Кымюдан теперь был наглухо заперт с каждой стороны на железные замки, словно каземат страшнее темницы Ведомства справедливости и законов.

Ярость, копившаяся в ней с каждой минутой размышлений о том, как убить Ю Соху, подступала к горлу. Но теперь, глядя, как пламя с ревом рвется к небу, Чжаён вдруг почувствовала облегчение, будто с души свалился огромный камень.

– Ваше величество…

Испуганный голос евнуха Чо дрожал. Чжаён раздраженно цокнула языком:

– Хоть ты и евнух, но мужчина же все-таки. А дрожишь, как щенок, которому очень надо в кусты.

– Но если огонь распространится и кто-то узнает, что тогда?

– Нашел о чем паниковать. Ты забыл, сколько лет задний сад под запретом? А этот крошечный павильон и вовсе в самой глуши. В утренний час дым скроется за высокими деревьями. Даже если он сгорит, кто это заметит?

– Но все же… если его величество узнает…

– Ха! Даже если узнает, то что? Кто нас видел? Кто ему расскажет? Пусть все спишут на Ворён или как там ее… Ушла с поста, не уберегла, вот и все.

Чжаён рассмеялась. Она с нетерпением ждала момента, когда принц Мухон узнает. Какое у него будет лицо! От одной этой мысли по телу прошел сладкий озноб.

* * *

Еще немного, еще чуть-чуть!

Соха изо всех сил тянула веревку зубами. Ей казалось, что узел стал слабее, пусть и совсем немного. Голова кружилась все сильнее, ободранные руки болели, но она из последних сил пыталась вытащить руку – яростно крутила запястье, выворачивала, тянула, и наконец одна рука выскользнула.

С каждым вдохом дым безжалостно врывался в легкие Сохи. Кашель сотрясал все ее тело, жар от бушующего пламени был невыносим, руки были то ли в поту, то ли в крови. Пальцы лихорадочно двигались, пытаясь развязать оставшийся узел. И когда наконец это удалось, ее ноги подкосились, и она рухнула на пол, свернувшись клубком. Сдерживать кашель становилось все труднее. Глаза закрывались сами собой.

Соху охватило ощущение, будто она проваливается сквозь землю. Тело налилось свинцом, разум стремительно уплывал. И когда раздался грохот, она не смогла различить, рядом это происходит или вдалеке. Девушка уже ощущала дыхание смерти.

После второго удара веки Сохи слабо дрогнули, хотя даже моргнуть было мучительно тяжело. Падающая раздвижная дверь казалась ей бредовым видением.

– Нет… – едва шевеля пересохшими губами, беззвучно прошептала Соха, упираясь в пол. Дрожащая рука с трудом удерживала вес тела. Предельным усилием воли девушка подобрала под себя онемевшие, словно чужие ноги и поползла вперед.

«Я не умру так просто. И я не позволю вам умереть из-за моего греха. Никогда».

Соха падала несколько раз, пока ползла по деревянному настилу через дверной проем. Оказавшись перед тяжелой дверью, неприступной, словно скала, она с трудом поднялась на ноги и из последних сил бросилась на нее. Удар был таким сильным, что казалось, плечо и рука сейчас оторвутся. Но дверь даже не дрогнула. И все же Соха не думала сдаваться. Пошатываясь, она вновь поднялась и снова изо всех сил бросилась на дверь.

– Ох!

Сдерживая крик, Соха до боли прикусила нижнюю губу, рот мгновенно наполнил солоноватый вкус крови. Но это не имело значения. Собравшись, она приготовилась к очередному рывку…

Звук, который только что казался таким далеким, теперь раздавался совсем близко, прямо за дверью. Кто-то ломал замок. Поняв это, Соха собрала последние силы и отчаянным усилием рванулась к двери.

Замок с оглушительным треском сломался. Соха вылетела наружу и покатилась по земле. Руки, ноги, спина – боль охватила все тело. Но больнее всего было от воздуха, ворвавшегося в легкие. Ее сотрясал кашель такой силы, будто она вот-вот развалится на куски, открыть глаза до конца никак не удавалось, но она попыталась подняться с земли на ощупь. И в этот момент что-то коснулось ее руки.

Нечто мягкое и гладкое. Округлое, с приподнятой серединой. В ту же секунду, когда она поняла, что это обувь, Соха смогла ее разглядеть, и взгляд