Искупление - Стивен Бакстер

барионной материи имеет структуру, основанную на балансе между физическими силами: гравитацией, которая стремится сжать ее объем, и электромагнитной энергией термоядерного синтеза, которая стремится разорвать ее на части. Аналогичным образом структуры темной материи могут формироваться из баланса соответствующих сил. В частности, если у вас есть некоторый эквивалент электромагнетизма — способ излучать энергию — тогда у вас есть способ остывать. И объекты, которые остывают, могут коллапсировать в гравитационный колодец…

И теперь Джофиэл понял, как получилось, что в тонком слое галактического диска образовалась тонкая пленка темной материи. Темная материя, которая остыла, замедлилась, оказалась в ловушке гравитационного колодца галактического диска.

Они обсуждали это, задавая вопросы и строя предположения. В такие моменты, как сейчас, по мнению Джофиэла, царила почти атмосфера колледжа. Как будто они были полевой экспедицией из какого-то далекого университета. В то время как Макс Уорд считал, что корабль должен быть больше похож на военное судно, Джофиэл всегда подозревал, что они и близко не приблизятся к своим целям без обучения, без глубокого понимания того, с чем они сталкиваются, и контекста. Итак, колледж сделал его счастливым.

— Но… жизнь? — вмешался Майкл Пул. — Вы продолжаете говорить о структуре. Вы говорите о жизни в темной материи? Те большие усики, которые, по словам Фламмарион, она видела, тянущиеся вниз, к диску Галактики. Жизнь, даже разум?

Харрис Кемп, ближайший к биологам специалист, который был у них на борту, с сомнением потер переносицу. — Ну, может быть. Это все еще чертовски большая натяжка. Но как такие существа могли эволюционировать? Или даже размножаться?

И серебряное лицо Никола внезапно преобразилось, рот открылся, глаза расширились. Пораженный Джофиэл подумал, что никогда не видел такого подлинного человеческого выражения на этом реконструированном лице из шкуры призраков.

Она исчезла. Пул и Джофиэл обменялись взглядами. Джофиэл сказал: — Она кажется… чрезмерно взволнованной. Как думаешь, с ней все в порядке?

Майкл пожал плечами. — Она подозрительно относится к своей натуре. К самой себе. Она никогда больше не будет в порядке. Но у нее по-своему хороший мозг… Думаю, что-то придумала, вот и все.

И Никола вернулась. С коробкой из конструкционного материала или, по крайней мере, виртуальной копией: большой линзой, которую они с Ашер спасли со станции призраков на звезде Губера.

32

Большая коробка в форме линзы загромождала весь номер люкс.

Пул рявкнул: — Что, во имя Леты, ты делаешь, Никола?

— Планирую вернуть ребенка его матери… как думаю. Это слишком антропоморфно, но такова основная идея.

Джофиэл нахмурился. — Какая мать? Какой ребенок?.. О. — И он увидел это, все сразу, так же, как, должно быть, Никола, перед ним. — Рыба фотино?

— Да! Послушайте, Джофиэл, Майкл, нам следовало собрать кусочки воедино раньше. Вы были там со мной.

— Где?

— На солнце, Джофиэл! На Солнце. Где мы открыли для себя рыбу фотино. И опять же, они были внутри звезды Губера, откуда был взят этот образец. Вероятно, в каждой звезде Галактики, насколько нам известно.

— Итак?

— Итак, взгляните на два места, где, как нам кажется, мы наблюдали жизнь из темной материи. В гало Галактики и в сердцах звезд. Огромные масштабы с одной стороны, крошечные ограниченные пространства с другой. С чего бы существам из темной материи обнаруживаться там, в таких контрастных местах? Если только…

Ашер кивнула, теперь она и сама была взволнована. — Кажется, я начинаю это понимать. Если только им не нужно было быть там.

— Вот и все. Вот о чем я сейчас думаю. Темные твари, большие монстры с щупальцами в гало, представляют собой только часть жизненного цикла. Я думаю о лососе, океанах и реках. Джофиэл, лосось живет в океане, но для размножения ему приходится подниматься вверх по реке, верно? То же самое здесь. Эти большие облачные образования из темной материи живут за пределами Галактики, но они не могут там размножаться. Почему? Я не знаю. Может быть, им нужна плотность, сжатие. Из-за информации, которой необходимо обмениваться между родителем и потомством? Может быть, два облака не смогли бы спариваться; они бы просто смешались. Что-то вроде того.

— Но во Вселенной есть места, маленькие гравитационные ямы, куда они могли бы опуститься и найти необходимое им сжатие.

— В сердцах звезд, — сказала Ашер.

— Верно! Мы знаем, что гравитация воздействует на существа из темной материи; знаем, что они невосприимчивы к теплу и радиации. Итак, Галактика для них подобна огромному рифу, полному этих тесных маленьких ям, гравитационных колодцев звезд, где они могут откладывать свои…

— Их яйца?

— Которые вылупляются, чтобы стать рыбками-фотино, как мы их назвали, плавающими внутри звезд, как Солнце. Как личинки. И когда они становятся зрелыми…

Джофиэл сказал: — Ах. Они вылупляются. Как если бы звезда была инкубатором. Они взлетают обратно, из звезд, с диска, в гало. И — раскрывают крылья.

Ашер рассмеялась. — Прямо как лосось, плывущий вверх по рекам. Как черепахи, приходящие на пляжи нереститься. Мне это нравится, Никола. Это слишком красиво для ошибки.

— Итак, — сказала Никола, — правильный поступок очевиден. Мы выпускаем… личинок из той капсулы с корпусной оболочкой, внутри которой призраки заперли их… Джофиэл. Нет.

— Нет. — Джофиэл резко произнес это слово.

Он огляделся, заметив удивленные хмурые взгляды. Он посмотрел на Майкла и получил в ответ пустой взгляд. Он сам удивился. Но знал, что был прав.

— Нет, — сказал он. — Прости. Нам нужно пока держаться за эту капсулу. Я не могу объяснить… Назовем это интуицией.

Никола усмехнулась. — У виртуалов есть интуиция, не так ли?

Джофиэл впился взглядом в свой шаблон. — Майкл. Ты должен доверять мне. Это важно. — И он подумал, как бы ему хотелось рассказать Майклу о том, другом Пуле, путешественнике по утечке реальности, который, казалось, нависал над ним, как нечистая совесть.

Пул уставился на него в ответ. Он выглядел странно потерянным. Затем коротко кивнул. — Оставь пока капсулу в хранилище, Никола. В конце концов, мы всегда можем выпустить рыбу позже.

Ашер выглядела озадаченной, раздраженной. — Что ж, ты совершила доброе дело, Никола. Или попыталась.

— Да. Не распространяйся об этом.

— Итак, у вас есть это, — сказала Ашер. — Наше путешествие, наше муравьиное ползание по Галактике. Даже фейерверк между кваксами и призраками. И все это в контексте экологии всей Галактики, которая была настолько огромной по масштабам, что мы даже не замечали этого раньше.

— Двигаемся дальше. Вот что еще мы увидели.

Джофиэл разинул рот. — Есть еще что-нибудь?

— Дальше отсюда. Еще один взмах ее руки, и Галактика, оболочка из темной материи и все остальное, уменьшились до размеров игрушки, человеческой ладони.