Хозяин рубежа. Книга IV - Михаил Ежов

— Даже не знаю, как благодарить.

Щедрое предложение Лобановой действительно застало меня врасплох, так что я даже ощущал некоторую растерянность.

— Подумаешь об этом, когда дело выгорит, — ответила девушка. — Надеюсь, у тебя есть план, как минимизировать риски? Ты же собираешься вызвать князя на дуэль?

— Совершенно верно. Не из-за угла же его резать.

— Это было бы очень неблагородно. На такое я бы не согласилась, — серьёзно проговорила, глядя мне в глаза, Татьяна.

— Значит, завтра в восемь?

— Я буду готова. Нельзя же позволить этому Хвостову тебя извести.

Вернувшись в Львовку, я рассказал о результате визита к Лобановым Сяолуну. Андроид слушал внимательно, чуть склонив голову набок. Когда я замолчал, он покачал головой.

— Есть одна загвоздка, хозяин.

— Какая?

— Негоже девушке путешествовать с мужчиной. Вопрос приличий.

— Это мне в голову не пришло. Но ты прав.

— Вот если бы вы были помолвлены, тогда дело другое. Можно было бы представить это как знакомство с родственниками.

— Ну, предложения я не делал. И было бы странно, его делать только ради того, чтобы съездить в Петербург.

— И вы не рассматриваете госпожу Лобанову в качестве невесты?

— Вообще, это тебя не касается, но так уж и быть — отвечу. Рассматриваю.

Сяолун аж подпрыгнул на месте.

— Правда⁈ Вы не шутите?

— Нисколько. Правда, не знаю, примет ли она моё предложение. Сегодня она сказала, что мы друзья.

— Супруги и должны быть лучшими друзьями, хозяин. Разве нет?

— Так-то оно так, но обычно девушки не называют друзьями тех, кто им нравится.

— Простите, хозяин, но осмелюсь заметить, что девушки обычно не срываются с места ради тех, кого называют друзьями.

— Тут ты прав. Тем не менее, она на данный момент моей невестой не является.

— Очень жаль, хозяин. Но будем надеяться, что госпожа Лобанова что-нибудь придумает. Уверен, она понимает щекотливость ситуации.

Выяснить это можно было только на следующий день, но слова Сяолуна меня обеспокоили. Ставить репутацию Татьяны Лобановой под сомнение у меня и в мыслях не было.

Так что утром я ехал в Лобан-лэнд не в самом лучшем расположении духа.

Сяолун это как будто чувствовал, потому что не лез с вопросами и замечаниями.

Когда мы прибыли на место, я сразу увидел на крыльце два чемодана. И всё. Мне представлялось, что багаж Лобановой окажется больше.

Выйдя из машины, я направился к крыльцу. Не успел дойти до нижней ступеньки, как дверь открылась, и из дома вышла Татьяна в дорожном костюме: шляпка с короткими полями, шерстяной жакет, свободные брюки и сапоги без каблуков. Вслед за ней шла грузная женщина, державшая в руке объёмный саквояж. Третьим показался Лобанов в сопровождении пары лакеев.

— Доброе утро, Родион, — улыбнулась Татьяна, спускаясь мне навстречу. — Ты точен, как часы.

Я поцеловал протянутую руку. Обменялся приветствием с Петром.

— С нами поедет Марфа, моя горничная, — сказала Татьяна, имея в виду грузную женщину. — Этого требуют приличия. Надеюсь, ты понимаешь.

— Разумеется, — ответил я с облегчением.

— Прекрасно, — улыбнулась Лобанова. — В таком случае можем отправляться.

— У тебя только два чемодана? — спросил я на всякий случай.

— Люблю путешествовать налегке. К тому же, мы ведь ненадолго?

— Надеюсь провести в столице не дольше нескольких дней.

— Ну, вот. Пока ты будешь заниматься своими делами, я встречусь с несколькими представителями искусства. Вчера у меня было время, чтобы договориться.

Слуги загрузили багаж в машины, мы попрощались с Лобановым, сели и поехали. Путь предстоял долгий и трудный. Добираться с Фронтира до столицы было даже проблемней, чем наоборот, так что мы могли провести в дороге дня три, а то и больше. Оставалось лишь надеяться, что наше путешествие не окажется напрасным и увенчается успехом.

* * *

Лететь первую часть пути на вертолёте я уже не решился. Хоть вероятность, что на Фронтире ещё остались люди князя, способные повторить нападение в воздухе, казалась ничтожной, рисковать не хотелось. В первую очередь, из-за Татьяны. Подвергать её опасности я права не имел.

Так что поначалу мы ехали на машинах с кучей охраны — до самого вокзала, откуда я несколько месяцев назад добирался до своего участка на Мобильной крепости. Там мы пересели на поезд. Тащить с собой отряд телохранителей дальше смысла не было, так что я взял лишь троих. Протасова оставил командовать дружиной на участках — нельзя же было ещё и его забирать.

На поезде ехали два с лишним дня с кучей остановок и, наконец, прибыли в Петербург в половине шестого вечера.

Моросил противный дождь, но у нас были при себе зонты, а на вокзале встречали автомобили, присланные тётушкой Лобановых, так что намокнуть мы не успели.

Меня с Сяолуном и телохранителями посадили в первую машину, Татьяну с её горничной — во вторую. И кортеж помчался по укутанным осенними сумерками Петербургу.

Ехали минут сорок. Наконец, впереди показался четырёхэтажный дом с закрытыми чугунными воротами арками. При нашем приближении одни из них открылись, и спустя полминуты мы оказались на большом внутреннем дворе, образованном стенами особняка. Здесь горели фонари, к нам направлялись слуги.

Выйдя из машины, я быстро осмотрелся. Не было никаких сомнений, что родственница Лобановых относится к числу богатых жителей столицы. Такой дом в Петербурге не каждый мог себе позволить.

Я подошёл к Татьяне.

— Не спросил, как фамилия вашей тётушки.

— Баранцова, — ответила девушка.

— Графский род?

— Мамина сестра вышла замуж за графа Баранцова, да. Это была история большой любви. Графу пришлось сражаться за то, чтобы взять тётю в жёны. И ему удалось настоять на своём.

В этот момент к нам подошёл мужчина средних лет, в очках и чёрном костюме. Воротник его рубашки белел в сумерках, словно натёртый светящейся краской.

— Госпожа Лобанова, — поклонился он. — Её Сиятельство приказали проводить вас и вашего спутника в гостиную. Она вас ждёт. О слугах позаботятся.

Я сделал знак телохранителям, который означал, что их услуги пока не требуются. О том, чтобы они болтались по дому, разумеется, не могло быть и речи.

— Идём же! — Татьяна порывисто потянула меня за руку, подхватив под локоть. — Мне не терпится познакомить тебя с тётушкой. И её — с тобой. Уверен, она тебе понравится.

— Очень рассчитываю на взаимность, — ответил я.

— О, не беспокойся! Разве ты можешь не нравиться? — уверенно проговорила девушка. — Вот увидишь — она просто прелесть! Вы сразу найдёте общий язык.

У меня на этот счёт никакой уверенности не было. Но графиня была мне нужна, так что я собирался включить всё доступное мне обаяние.

Если не ошибаюсь, женщинам, особенно в возрасте, нравятся мужчины