Мастер Марионеток строит Империю. Том 5 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— АХ ТЫ Ж ПЕНЁК С ГЛАЗАМИ! — голос Арли взлетел до ультразвука, отражаясь от сводов собора. — «НЕТ ДЕЛА»⁈ ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ ТАКИХ ЖЕ⁈

Октавиан слегка поморщился от децибел, но руку не разжал.

— ДВЕ ТЫСЯЧИ ЛЕТ! — орала Арли, извиваясь в захвате Десятой Тени, как разъяренный хорек. — ДВЕ! ТЫСЯЧИ! ЛЕТ! Я пряталась от некромантов в канализациях! Я жрала эфирную пыль! Я ради тебя полезла в астрал, чихнула и чуть не развоплотилась на пиксели! Я лежала тут связанной колбаской, слушала бредни этого лысого сектанта про грибной суп и ждала, что ты придешь! А я для тебя — СТАТЬЯ РАСХОДОВ⁈ Второстепенный непись⁈ Взаимозаменяемый кусок фанеры⁈

— Истерит очень убедительно, — сухо заметил Октавиан, чуть крепче сжимая пальцы.

— Она всегда истерит убедительно, — холодно отозвался Валериан. — Это не значит, что она мне нужна.

— Я ТЕБЕ ХВОСТОМ ПЫЛЬ В МАСТЕРСКОЙ ВЫТИРАЛА! — продолжала надрываться Арли, перейдя на визг. — Я ЛИРЕ ДОКАЗЫВАЛА, ЧТО ТЫ НЕ ПРОСТО ДУШНИЛА ИЗ КРАСНОГО ДЕРЕВА, А ПЕРСПЕКТИВНЫЙ ДУШНИЛА-МУЖ! Я твой имидж с нуля подняла! Да без меня ты бы до сих пор кастрюли паял!

Она резко вывернула голову и уставилась безумным взглядом прямо на слегка опешившего Октавиана.

— Слышь, лысый⁈ Сворачивай! Прямо сейчас ломай мне шею! Давай! Жми!

Октавиан нахмурился.

— Что?

— ЛОМАЙ, ГОВОРЮ! — Арли вцепилась обеими ручками в бронированную перчатку Октавиана и попыталась сама свернуть себе шею об его пальцы. — Лучше умереть от рук поехавшего пердуна с комплексом мессии, чем работать на этого неблагодарного пня! Я сама сейчас об тебя убьюсь, злодей! Только сначала оставлю отзыв! НОЛЬ ЗВЕЗД! ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ СЕРВИС! ХУДШИЙ ХОЗЯИН В ИСТОРИИ…

— Я сверну ей шею, — Октавиан поднял глаза на Валериана.

— Валяй, — просто сказал тот.

Октавиан сделал инстинктивное движение, чтобы перехватить куклу покрепче.

Пальцы сжались. И сомкнулись на пустоте.

Он опустил глаза. Рука была пуста. Безумно орущая Арли просто исчезла. Была — и нет. Как будто кто-то нажал «удалить».

Октавиан моргнул. Осмотрел свою пустую руку. Посмотрел на выступ, где она лежала раньше. Её нигде не было.

Рядом с Валерианом из тени вышел Вейн. В руках он держал Арли. Ошарашенную, с открытым ртом, с хвостом, застывшим в виде вопросительного знака.

Вейн держал её двумя руками, аккуратно, как хрупкую, но очень шумную вазу. Его лицо оставалось полностью непроницаемым.

— Подмена через теневой шаг, — сказал Вейн. — Базовая техника теневых магов. Второй курс. — Он протянул Арли Валериану. — Отличная игра, Маркус ван Клеф, ты хорошо его отвлек.

— А ты отлично выполнил свою часть работы, — кивнул Валериан. — За мной должок.

— Без твоего Теневого Ангара я вряд ли бы так близко подобрался… — Вейн бросил взгляд на пол. Там искусственно удлинившаяся тень Валериана почти касалась сапог Октавиана. — Забирай свою кошку. Она тяжелее, чем выглядит.

— Это не жир, это харизма! — автоматически выпалила Арли, всё ещё тяжело дыша. Она не до конца понимала, что произошло.

Валериан взял её. И прижал к груди. Крепко.

На секунду — всего на долю секунды — его лицо изменилось. Неоновые трещины притухли. Глаза перестали быть холодными звездами и стали просто глазами. Обычными, живыми. Почти человеческими.

Он опустил голову. Коснулся лбом её макушки. Прямо между кошачьих ушей.

— Цела? — спросил он. Тихо. Без электронного эха, без глитча. Обычный голос. Тот самый, древний и ворчливый голос, по которому она скучала две тысячи лет.

Впервые за очень долгое время Арлекина Великолепная не знала, что сказать. Она смотрела на него снизу вверх, и в её огромных влажных глазах боролись два абсолютно противоположных желания: вцепиться ему в горло и обнять за шею. И разница между этими двумя вещами была такой тонкой, что исчезала.

— Цела, — прошептала она, шмыгнув носом. — Хозяин, ты придурок деревянный… Ненавижу тебя.

— Взаимно, мелкая, — Валериан провёл ладонью по её голове. Быстро, как гладят кошку, которая вернулась домой после долгого загула.

Потом его лицо снова стало камнем, а глаза — безжалостными неоновыми звездами. Трещины вспыхнули. Одним взмахом Нити он срезал остатки рун Октавиана с её тела.

— Хозяин, — сказала Арли, торопливо вытирая глаза кулачком и восстанавливая достоинство. — Только не трогай суп. Это для контента.

Валериан удивленно скосил на нее глаза.

— Суп? Ладно… Потом объяснишь.

— О, ты даже не представляешь… — Арли предвкушающе, по-злодейски ухмыльнулась.

Октавиан молча смотрел на Валериана. На его команду. На Вейна, которого вроде как самолично прикончил, стоящего по ту сторону.

Лицо Октавиана оставалось спокойным. Он всё ещё верил. Верил так сильно, что готов был сломать мир, чтобы его вера оказалась правдой.

— Забытый, — сказал он. Тихо. — Ты играешь не по правилам этого мира. Ты ломаешь физику. Ты ломаешь логику.

— Виновен по всем пунктам, — сказал Валериан.

— Но ты не понимаешь одного. — Октавиан выпрямился и поднял руку. — Я готовился к этому тридцать лет. Я предусмотрел всё. Даже тебя.

Он щёлкнул пальцами.

Маги Внутреннего Круга разорвали ритуальный круг. Восемь фигур в белых мантиях развернулись к Валериану и подняли руки. Серебро засияло в фиолетовом свете.

— Внутренний Круг, — скомандовал Октавиан. — Убить их.

Глава 22

Равновесие против Компетентности

Восемь магов Внутреннего Круга развернулись к нам синхронно, словно они репетировали этот маневр перед зеркалом каждое утро вместо зарядки.

Воздух вокруг них кристаллизовался. Это был Абсолютный Свет. Высшая магия Равновесия, насквозь пропитанная высокомерием и бюрократией. Свет в их ладонях сливался в золотые копья и сферы.

Четыре паладина охраны шагнули вперед, прикрывая магов щитами.

Двенадцать элитных бойцов против семерых. Плюс Октавиан. Плюс трясущийся Люциан. Плюс потный лысый алхимик с поварешкой (самый опасный по мнению Арли).

Ладно, последнего пожалуй, вычеркиваем.

Арли прыгнула с моего плеча. Она взмыла к высоким каменным сводам, кувыркнулась в воздухе и… разлетелась на пиксели.

А потом собралась снова. Но уже не в одну кошкодевочку.

Через секунду под потолком висела целая сотня голографических стримерш. Вся магия, что она подкопила, ушла на то, что она умела делать лучше всего.

На создание информационного мусора.

Священный собор мгновенно превратился в дешевое шапито. Сотня летающих, кувыркающихся, пищащих фантомов обрушилась на Иерархов. Они корчили рожи, дергали