Мастер Марионеток строит Империю. Том 5 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— СТАВЬТЕ ЛАЙКИ И ЖМИТЕ КОЛОКОЛЬЧИК! — вопила первая десятка клонов, хороводом кружась вокруг головы опешившего Иерарха.

— ДОНАТЬТЕ НА ЛЕЧЕНИЕ ЛОРДА-КОМАНДУЮЩЕГО! ОН БОЛЕН ПАФОСОМ! — надрывалась вторая стая, заслоняя обзор паладинам.

— ГРИБНОЙ СУП — ЭТО СКВЕРНА! МИРОС ХРАПИТ КАК ТРАКТОР! — вещала гигантская полупрозрачная Арли прямо над алтарем.

— ЭЙ, ЛЫСЫЙ, ВЕРНИ ЛОЖКУ!

Копьё Абсолютного Света прошило трёх иллюзорных кошек насквозь и с грохотом выбило кусок каменной кладки. Арли, показала язык и рявкнула:

— ПРОМАЗАЛ! ТВОЙ АИМ ПРОСТО КРИНЖ!

Золотые снаряды рвали иллюзии, как мокрую бумагу, но на место каждой уничтоженной «копии» с мерзким писком «респаунились» три новые.

— Что за дьявольщина… — пробормотал один из магов, пытаясь сфокусировать взгляд.

— СЮРПРИЗ В ЧАТИК! — заорала иллюзия ему прямо в ухо, продудев в невидимую дудку.

Маг от неожиданности дернул рукой, и его золотая сфера улетела в потолок, осыпав Люциана каменной крошкой. Граф взвизгнул и прикрыл голову руками.

Титус вышел вперед — спокойно, как работяга выходит на смену. В руках он держал свой щит, массивную, уродливую плиту, вырезанную из танковой брони. Тусклый металл, испещренный моими рунами-фильтрами, поглощал свет.

Маги Внутреннего Круга наконец-то увидели реальную цель. Большую, медленную и, как им казалось, очень уязвимую.

Три Иерарха синхронно развернулись к нему. Абсолютный Свет сгустился в три новые сферы — тяжелые, концентрированные заряды размером с пушечные ядра. Хватило бы, чтобы расплавить тяжелый броневик.

Сферы с воем сорвались с их рук и врезались в щит Титуса.

И… впитались. Просто всосались в металл с тихим, неприличным чавкающим звуком, словно кто-то уронил кусок теста в болото. Руны на щите вспыхнули жадным, голодным светом, переваривая энергию.

Титус остановился. Под его тяжелым железным намордником раздался утробный, сытый звук. Он громко отрыгнул снопом золотых искр.

— М-м-м, — гулко пробасил он. — Ещё.

Маги опешили. Переглянулись. Привычные законы трещали по швам. Они вскинули руки и ударили снова, на этот раз выдав максимальную мощность. Шесть снарядов.

Щит поглотил их все. Металл раскалился, от плиты повалил пар.

Титус чавкнул снова. Ещё громче и радостнее.

— Вкусно, — сообщил он со знанием дела, облизнувшись под намордником. — Мятная жвачка и капелька высокомерия. Дядь Маркус, а у них есть что-нибудь со вкусом мяса? А то от этого диетического света у меня изжога начнется.

Из-за спины Титуса, широкой, как бетонная стена, бесшумно вынырнула Лилит.

Рядом с ним она казалась совсем крошечной. Бледная девочка в мешковатом балахоне.

Она посмотрела на паладинов и мило улыбнулась. Это была очень нехорошая улыбка. Так улыбается ребенок, которому наконец-то разрешили сломать дорогую игрушку.

— Семья… — прошептала она. — Кушать подано.

Она вскинула руки, и из рукавов мантии хлынул рой.

Это было похоже на прорвавшуюся трубу с живой нефтью. Черный, шуршащий, плотный поток жуков Бездны обрушился на мраморный пол.

В авангарде этого кошмара летел один жук. Крупный, жирный. И очень злой.

Мистер Кусь, жук размером с кулак, который мог прокусить что угодно, включая здравый смысл.

Рой захлестнул паладинов. Серебряная броня Ордена была зачарована от демонов, проклятий и сглаза. Но, видимо, никто не догадался зачаровать её от насекомых, которые лезут тебе в штаны.

Паладины отмахивались мечами, но рубить жуков двуручником — затея изначально провальная.

Один из рыцарей с отвращением топнул сапогом, пытаясь раздавить наглеца. Жук обиженно пискнул и детонировал.

От микровзрыва серебряная броня на ногах треснула. Идеальный рунный контур, отражающий магию, закоротило. Паладин пошатнулся, взвыл, и в образовавшуюся брешь тут же радостно хлынули десятки новых скарабеев.

Строй Ордена просто посыпался. Элитные бойцы отступали, хлопая себя по броне и теряя остатки достоинства.

Мистер Кусь с размаху приземлился прямо на шлем одного из Иерархов. Тот заорал и начал лупить себя по голове посохом. Мистер Цап, сколопендра, вцепился в подол мантии другого мага и повис, радостно перебирая ножками. Иерарх закружился на месте, пытаясь стряхнуть жтварь, и его сложное, смертоносное заклинание просто рассыпалось искрами.

— Мистер Кусь, Мистер Цап, осторожнее, — предупредила Лилит, глядя на этот хаос из-под капюшона. — От магии бывает изжога.

В образовавшуюся брешь ворвалась Кира.

Нет, ворвалась — слишком слабое слово. Она влетела туда, как сорвавшийся с тормозов бронепоезд. Размытое пятно, шлейф из искр и дикий, восторженный вопль…

Её перчатки раскалились добела, сервоприводы экзоскелета взвыли. Из раструбов с гудением вырвались плазменные дуги, принявшие форму клинков.

Кира влетела в строй Ордена на роликах из чистого адреналина.

Один из магов Внутреннего Круга успел среагировать. Перед ним вспыхнул Адамантиевый Щит. Щит, который выдерживал удары осадных орудий.

— БААААМ! — завопила Кира и с размаху вогнала плазменный резак прямо в центр барьера.

Адамантий просто… потек. Как сыр в микроволновке. Плазма прожгла священный барьер, края дыры оплыли, засветились оранжевым, и Иерарх отшатнулся.

— ЙИИИХААА! — Кира пронеслась мимо, оставляя за собой глубокую, дымящуюся борозду в черном мраморе.

Она развернулась на одной ноге и влетела обратно. Щиты вспыхивали и таяли, превращаясь в адамантиевое фондю. Иерархи пятились. В их глазах читался абсолютный когнитивный диссонанс…

Но Кира не учила физику. Кира знала, что резаки горячие, враги в белом, а жизнь слишком коротка, чтобы не делать «бух».

Пока Кира изображала безумного сварщика, в центре зала шла совершенно иная работа.

Рейна и Элис бились спина к спине. Идеальный, смертоносный механизм. Две шестеренки, которые крутятся в разные стороны, но перемалывают всё, что между ними попадает.

Элис изящно вскинула руки. Пол вокруг них мгновенно покрылся коркой льда. Чёрный мрамор превратился в каток. Двое магов Внутреннего Круга комично замахали руками, пытаясь удержать равновесие, и грохнулись на лёд

Элис даже не моргнула. Короткий, экономный жест — и ослепительная вспышка белого света ударила прямо по глазам поскользнувшимся. Те взвыли, ослепленные.

Рейна шагнула вперед. Её тяжелый клинок описал дугу. Удар плашмя, со всей пролетарской ненавистью, прямо по рукам ослепленного Иерарха. С хрустом сложная конструкция защитного заклинания сломалась вместе с пальцами.

Найти Вейна Сумрачного на поле боя было сложнее, чем совесть у налогового инспектора. Он просто растворился. Смылся из реальности.

Тени в соборе были длинными и густыми. Массивные колонны отбрасывали их через весь зал — черные полосы на белом мраморе.

Из тени третьей колонны слева вдруг вынырнула бледная рука. Короткий, почти ленивый взмах кинжалом. Лезвие ударило в щит паладина. Точно, хирургическиострие вошло в ключевую руну защитного контура. Руна жалобно хрустнула и погасла. Паладин резко обернулся,