Не та героиня этой дорамы - Дада Смехова

class="p1">Из-за плохого освещения его зрачки были расширены, глаза казались чёрными.

Но агрессии не было.

Наоборот — руки, сжимавшие мою ногу и запястье, немного ослабли.

Будто он… позволял. Или, по крайней мере, не запрещал.

Я снова посмотрела на его губы.

Глупая, опасная мысль мелькнула:как в фильмах — надавить, проверить, насколько они мягкие.

Я даже успела коснуться верхней губы…

Как вдруг раздался резкий стук, и дверь распахнулась.

В комнату вошёл Веньмин.

Он застыл на пороге со стопкой одежды в руках.

— ВОН!!! — рявкнул четвёртый.

Я подпрыгнула от неожиданности.

Крик был таким резким и мощным, что сердце на секунду просто остановилось.

Сразу стало ясно: этот человек привык отдавать приказы так, чтобы его слышали на десять ли вокруг.

Меня мгновенно выбросило из транса.

Я начала вырываться из его рук — уже по-настоящему.

Хотелось оказаться как можно дальше отсюда.

Веньмин вылетел пулей и захлопнул за собой дверь.

Мне отчаянно захотелось крикнуть ему, чтобы он забрал меня с собой.

Я всё ещё пыталась вырваться, но от ужаса даже боялась ппроизнести слово.

И тут он перехватил мою вторую руку и резко дёрнул меня к себе.

Я чудом не слетела с дивана, но всем корпусом оказалась наклонена к нему.

Между нашими лицами остались только мои руки сжатые в кулаки.

Его руки — на моих запястьях, как наручники. Он держал меня крепко, сжимая мои запястья.

Он начал медленно опускать мои руки.

И вместе с этим я начала ещё сильнее заваливаться на него.

Если бы он продолжил — я бы просто упала ему на колени.

Он остановился.

Теперь я держалась и не падала только благодаря силе его рук.

Осознание этого было внезапным и неприятно ясным.

Он наклонился ко мне и прошептал почти у самого уха:

— Куда же ты? Продолжай…Фен… Фан.

— Что?.. — вырвалось у меня.

И только произнеся это «что», я поняла, что полностью повторяю его.

Тон. Интонацию. Растерянность.

Как же быстро он вернул себе контроль.

Он просто перенял мою же тактику.

Нападение — лучшая защита.

И, чёрт возьми, это работало.

И бесило.

Соображает он быстро. Слишком.

Я дёрнулась — и сделала себе только хуже, ещё сильнее заваливаясь на него.

Но ведь та паника, которую я видела в нём минуту назад…

Он не мог так притворяться.

Да и зачем?

Я внимательно посмотрела на него.

Контроль он уже вернул — полностью.

Сейчас он смотрел на меня уверенно. Даже нагло.

И всё же румянец никуда не делся — щёки всё ещё горели, выдавая то, что он пытался скрыть.

Нет, настолько хорошо он играть не мог.

— Хорошо, — промурлыкала я, внимательно следя за его реакцией. — Давай продолжим.

Улыбка на его лице увяла мгновенно.

Я наклонилась ещё ближе — и тут стало ясно:

он больше не притягивал меня.

Ониспользовал мои же руки как щит,удерживая дистанцию.

Попался.

Я потянулась к нему ещё сильнее — и соскользнула с дивана.

Он мгновенно оценил траекторию и позу, в которой я собиралась приземлиться, учитывая, что он сейчас стоял на коленях на полу между моих расставленных ног.

Реакция была молниеносной.

Он резко толкнул меня обратно и отпустил руки.

Я влетела на диван.

А он тут же поднялся, отвернулся и одёрнул своё ханьфу.

Замер.

— Достаточно, — коротко сказал он.

И снова замолчал.

«Достаточно?!»— хотелось переспросить.

Чего именно достаточно?

Меня? Игры? Самообладания?

Но я благоразумно промолчала.

Всё-таки сегодня мне хотелось спать в комфорте, а не знакомиться поближе с местным сараем и философией аскезы.

В целом… я с тобой согласна, дорогой принц Шенли.

Для определения степени твоей невинности — более чем достаточно.

Я аккуратно выпрямилась, не делая резких движений, и мысленно поставила галочку: эксперимент завершён, объект реагирует.

Очень надеюсь, что этогодостаточно, чтобы он понял:

якатегорическине подхожу на роль его возлюбленной.

И при определённых обстоятельствах могу не только не украсить его репутацию — а с лёгкостью и удовольствием её похоронить.

А значит… моя роль его возлюбленной для него — слишком рискованное удовольствие.

Глава 28

Он ещё секунд пять постоял в тишине — наверное медитировал, или собирал остатки самообладания, а может просто считал до десяти, — а потом вышел, хлопнув дверью так, что даже ширма едва заметно дрогнула.

Улыбка и уверенность тут же начали возвращаться в мою жизнь.

Почти сразу зашёл Веньмин. Не глядя на меня, он молча положил на диван рядом со мной аккуратную стопку одежды и так же молча исчез, будто его и не было. Ни взгляда, ни слова — чистая функция доставки.

Так… что у нас тут?

Длинные шелковые штаны и кофта-кимоно на завязках. Скромно. Лёгко.

Я нырнула за ширму и с облегчением начала снимать с себя этот проклятый кафтан. Он сопротивлялся, как будто мстил мне за всё сразу, но в итоге был побеждён и безжалостно отправлен на стоянку в сторону.

Итак…

Похоже, можно расслабиться и лечь спать?

Я с тоской посмотрела на огромную кровать принца.

Широкая. Наверняка мягкая. Уверенно занимающая половину комнаты и буквально кричащая:«Ну чего ты мучаешься?»

Интересно, он вообще сегодня вернётся?

Просто… обидно спать на диване, когда рядом стоитвот это.

Я переоделась и честно улеглась на диван.

Через десять секунд стало ясно:

диван — враг.

Жёсткий, узкий и явно созданный для наказаний, а не для сна.

Очень хотелось спать, но жёсткий диван и мысли обо всём, что произошло за день, не давали уснуть.

Я крутилась, вздыхала, анализировала — и каждый раз приходила к одному и тому же выводу:ничего не сходится.

Какой бы вариант я ни прокручивала в голове, всё упиралось в одно — я чего-то не знаю. А значит, не понимаю ни мотивов принца, ни его интереса ко мне. Причём интереса такого уровня, который никак не мог быть объяснён простой симпатией. Даже в самом дешёвом, второсортном сюжете у проявленного внимания всегда есть причина. А тут — принц. И я. Обычная служанка.

Конечно, можно было списать всё на любовь. Или внезапное влечение.

И, что самое раздражающее, в это