Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

камеру, где у вас будет совсем немного времени, чтоб осознать, что лишь предельная честность сможет облегчить вашу участь. Я думаю, что ваши приятели, спасая свои шкуры, расскажут мне немало интересного, так что я буду знать, если вы проявите забывчивость или станете лгать.

Вернувшись в Серую башню, Марк приказал рассадить разбойников по маленьким закуткам за решётчатой перегородкой, чтоб тюремщик в любой момент мог видеть, чем они занимаются. Проходя мимо по мрачному коридору, Марк внимательно их рассматривал сквозь железные прутья, выбирая того, кого допросить первым. Мрачный «солдат» и братья Трюдон выглядели упрямыми и замкнутыми, тот, что спал в доме, и здесь устроился на полу, отвернувшись к стене и демонстрируя тем самым свою невозмутимость. Марион Отфор напоминала посаженную в клетку дикую волчицу и едва не кидалась с рычанием на решётку. И только худенький бледный паренёк с давно не чёсаной шевелюрой забился в самый угол и спрятал лицо в ладонях.

— Этого! — приказал Марк и направился в камеру для допросов.

Там уже расположился клерк, которого вовсе не тревожило, что уже ночь и порядочным людям пора спать. Он привык выполнять свою работу в любое время суток, зная, что после отоспится, когда на то будет воля начальства. Чуть позже появились вызванные Марком палачи. В этот раз пришёл не папаша Ришар, а его старший сын и вероятный приемник на посту главного палача королевства, которого пока звали Эдгаром, но однажды он тоже должен был стать мастером Ришаром.

— Отцу нездоровится, — немного смущённо сообщил он, — потому он послал меня.

— Наверно, он уверен, что ты справишься не хуже, — кивнул Марк. — Сегодня будет много работы. Возможно, придётся трудиться в две смены.

— У меня ещё три брата и дюжина подручных, — тут же усмехнулся Эдгар и направился в свои владения, разжигать огонь и раскладывать инструменты.

Оттуда уже слышался звон железа, когда в камеру ввели того мальчишку, одетого в какие-то лохмотья, и Марк догадался, что это был тот самый нищий, который следил за де Вивьером и Ю Нин. Он тревожно взглянул на сидевшего за столом барона де Сегюра, бросил быстрый испуганный взгляд назад, где занимались своими делами палачи, и сел на стул с прямой спинкой.

— Как тебя зовут? — спросил Марк.

— Крысёныш, — нехотя ответил парень.

— А настоящее имя?

Тот молчал какое-то время и вздрогнул, когда Эдгар намеренно бросил на каменный пол большие щипцы.

— Я вам всё скажу! — воскликнул он, вскинув на Марка отчаянный взгляд. — Но только с одним условием.

— И с каким же? — зло прищурился тот.

— Вы пообещаете мне, что не отпустите их! И они не смогут до меня добраться! Я их боюсь, и расскажу всё, лишь бы отправить их на виселицу! Но если они выкрутятся, мне не жить!

Марк с некоторым удивлением смотрел на осунувшееся, грязное лицо мальчика. Его черты были слишком тонкими для бродяжки, да и говорил он складно.

— Можешь не сомневаться. Отсюда они выйдут только на эшафот.

— Ладно, — мальчик вздохнул с облегчением. — Тогда я скажу всё, что знаю. Меня зовут Амеди де Рошаль, я младший сын барона де Рошаля, из-под Гризе. Мой отец умер, а потом эти люди похитили меня и сказали, что брат отказался платить выкуп, поэтому они заберут меня в качестве возмещения своих расходов. С тех пор я с ними. Они держат меня в рабстве, кормят объедками, бьют и заставляют делать грязную работу. Один раз я попытался сбежать, но они меня поймали и эта ведьма Гермина приказала им избить меня и запереть в подвале без еды и воды. Я чудом остался жив, а она потом ещё сказала, что пощадила меня, и я должен быть ей благодарен.

— Кто входит в шайку? — спросил Марк.

— Главный — Грегуар Малье.

— Тот, что в зелёной куртке с золочёным кинжалом?

— Да, он, его правая рука Пьер Дюмон и братья Блез и Роже. Они давно вместе, говорят, что служили в армии, но по мне так обычные мародёры. Жадные и жестокие.

— Они говорили, где и когда служили?

— В армии короля Армана, — кивнул он. — Часто, когда напьются, поминают славного графа де Монфора и добавляют: «Чтоб ему было пусто!»

— А женщина?

— Она присоединилась к ним не так давно, незадолго перед приездом в Сен-Марко. Они с Малье любовники, но часто ругаются, кто главный и кто полезнее для дела. До этого они грабили на дорогах, иногда похищали кого-то за выкуп, но когда познакомились с ней, стали воровать девушек. Хватали в деревнях и на дорогах, продавали в богатые дома и замки, но часто ругались, что за крестьянок и бродяжек много не дают. Потом умыкнули дочь какого-то купца в Монпелье и за неё выручили хорошие деньги. Тогда и появилась эта Гермина. Её привёл Малье. Она сказала, что у провинциалов большой спрос на красивых и воспитанных барышень, а таких больше всего в Сен-Марко. Тогда кто-то возразил, что так просто богатую барышню не умыкнуть, но она сказала, что с роднёй можно поделиться, а чтоб скрыть пропажу, устроить похороны. Так они и делали.

— Сколько барышень успели украсть в Сен-Марко?

— Шесть. Я видел только двух. Их привозили ночью и до открытия ворот держали в доме. Потом давали им какое-то снадобье, чтоб они заснули мёртвым сном, и прятали в ящике под полом кареты.

— У кого какие обязанности были в шайке?

— Клиентов и девиц искала Гермина. Она жила где-то в городе, у неё свой дом, много знакомых, связи. Она же всё организовывала и со всеми договаривалась. Девиц похищали Дюмон и братья. Потом Блез и Роже увозили их из города, передавали заказчикам и получали деньги. Малье находил похожих девиц на улице, тех, кого не хватятся, и убивал. Трупы привозили в карете в дом. Мне потом приходилось всё там отмывать от крови. Ещё были две старухи, они занимаются тем, что обмывают трупы. Я носил им записки с адресом, куда они должны явиться, чтоб всё подготовить к похоронам. Они живут за блошиным рынком, Анна и Клемента. Их там все знают.

— А что делал ты?

— К счастью, мне не пришлось заниматься этим мерзким ремеслом. Я готовил еду, стирал, мыл, топил камин, чистил его. Иногда помогал Блезу ухаживать за конём. Он не такой злой,