Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

но вполне достаточную, чтоб его вдова могла прожить с двумя детьми в маленьком городке. Но потом Ричард приказал проверить обоснованность выплат, и семья Дежардена была одной из первых, кого вычеркнули из реестров. Ревизор обосновал это тем, что мой лейтенант погиб не на поле боя, а от рук разбойников.

— Что с ними теперь?

— К счастью, вдова вышла замуж за небогатого землевладельца, что спасло их от голодной смерти. Для дочери тоже удалось найти жениха, а мальчику скоро исполнится пятнадцать. Я надеюсь пристроить его оруженосцем к какому-нибудь рыцарю.

— Понятно, — кивнул Марк. — Я найду в архиве эти документы, и этот негодяй ответит, в том числе и за эти преступления: мародёрство, дезертирство и убийство командира.

— Больше одного раза его не повесишь, — вздохнул де Монфор.

— Ему ещё нужно дожить до повешения, — мрачно усмехнулся Марк. — Что насчёт его дружков? Сколько их было? Вы помните их имена?

— Их было трое, один громила под стать Малье и два брата. Имён не помню, но они есть в тех бумагах.

— Хорошо, — Марк поднялся и взял со стола кинжал. — Когда я закончу это дело, я верну его вам. Передадите мальчику, как память об отце.

— Спасибо, Марк, — грустно улыбнулся де Монфор.

После этого Марк отправился в архив военного ведомства, откуда вышел с пачкой мятых пожелтевших бумаг. Вернувшись в Серую башню, он приказал вызвать на допрос Грегуара Малье.

Когда его ввели в камеру, палачи уже готовились к работе. Хмуро взглянув на них, Малье устроился на стуле и недовольно посмотрел на барона де Сегюра. У него был тяжёлый взгляд, в котором таилась угроза. При этом Марк заметил, что его уши, пострадавшие от коготков Ю Нин всё ещё были красными и распухшими.

— В чём дело? — с вызовом спросил Малье. — На меня напала ночью полоумная девица и чуть не убила, а вы, вместо того, чтоб схватить её, упрятали в тюрьму меня? Это так полиция выполняет свои обязанности по защите подданных короля?

— А ты подданный? — уточнил Марк. — И как же тебя зовут?

— Атон де Комбри.

— Неужели? Рыцарь? Дворянин? С такой бандитской рожей?

— По какому праву вы меня оскорбляете? Я подам жалобу королю!

— У короля есть дела поважнее, чем читать твои пасквили. Можешь подать её мне. А пока назови своё настоящее имя.

— У меня нет другого ответа, — проворчал Малье, враждебно глядя на него. — Вы, ваша милость, должно быть с кем-то меня спутали. И, пользуясь своей властью, хотите пришить мне какое-то дело. Довольно трусливо оскорблять меня, зная, что я не могу призвать вас к ответу. Встреться мы с вами на улице…

— Мы там и встретились, — перебил его Марк. — Я арестовал тебя по обвинению в похищениях и убийствах женщин, а также за торговлю людьми, что в Сен-Марко считается тяжким преступлением. Или ты думал, что мы не заметим, как с улиц пропадают девушки, а в состоятельных семьях начали вдруг умирать красивые барышни? Твоё имя Грегуар Малье и ты — главарь этой банды. Советую рассказать мне всё о твоих преступных делах.

— Иначе что? — усмехнулся тот. — Если вам так нужно моё признание, значит, доказательств маловато? Поищите их, а не найдёте, не забудьте извиниться перед тем, как отпустите.

— Доказательств вполне достаточно, — возразил Марк. — И если б даже их не было, то есть другие преступления, а именно мародёрство и дезертирство, за что ты уже приговорён к виселице. А есть ещё и убийство лейтенанта Дежардена. Ты же знаешь, что бывает за убийство командира на войне?

— Я не знаю, о чём вы, — проворчал Малье, отводя глаза. — Вы меня точно с кем-то спутали.

— Это несложно выяснить. Я покажу тебя и твоих подельников графу де Монфору и его солдатам, которых мы при желании вскоре отыщем не меньше десятка. И посмотрим, узнают ли они тебя. Так что, будешь говорить?

— Зачем мне это? — с вызовом ответил Малье. — Если вы всё равно собираетесь повесить меня за прежние грехи, и спасения мне нет.

— Скоро поймёшь, зачем, — кивнул Марк и взглянул в дальний конец камеры. — Эдгар, принимайтесь за дело! Не церемонься с ним и не давай ему потерять сознание.

— Что мы должны сделать, ваша светлость? — спросил палач, оценивающе взглянув на арестанта.

— Сломай его. Так, чтоб ему захотелось говорить. Пусть смерть на виселице будет ему казаться счастливым избавлением. Сегодня у тебя есть шанс доказать, что ты — достойный преемник своего отца.

— Я вас не подведу, ваша светлость, — поклонился Эдгар.

Его подручные схватили Малье и потащили к станку, а он пытался вырваться и сыпал градом ругательств и проклятий. Марк какое-то время наблюдал за происходящим, а потом вышел и, поднявшись к себе, вызвал Тома.

— Вызывайте ещё палачей и допрашивайте братьев Трюдон и Пьера Дюмона, — распорядился он. — Обстоятельства дела вам известны, а в дополнение почитайте это! — Марк указал ему на бумаги из военного архива. — Меня интересует всё: имена жертв, заказчиков, куда и когда увезли похищенных девиц, сколько за это получили. Амеди де Рошаль сообщил, что было похищено шесть девушек, нам известны четыре. Потому выясните всё о тех двух. Если подтвердится сговор с членами семьи, привезите их сюда и заприте в камерах.

— Я всё понял, ваша светлость, — с готовностью кивнул Тома.

Прошло несколько дней и на столе Марка уже лежало пять объёмистых папок с доказательствами по делу. Грегуар Малье и его приятели ещё какое-то время молчали, не желая ни в чём признаваться, но вскоре поняли, что сопротивление бесполезно и только длит их нестерпимые страдания. Первым сдался Блез Трюдон, выдав сыщикам имена заказчиков и местоположение их замков и имений. Ничего другого он просто не знал. Его брат добавил приблизительные даты похищений девушек, которые он совершал вместе с Пьером Дюмоном, а так же убийств уличных девиц, тела которых забирал у Малье и отвозил в их общий дом. Сам Пьер Дюмон продержался немногим дольше, и тоже начал рассказывать, что знает, а знал он куда больше, чем остальные, потому что был закадычным дружком главаря. При этом он старался свалить на Малье всю вину, пытаясь представить себя как не слишком умного и находящегося