Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

а именно хотели получить красивую и благовоспитанную невесту. Именно к таким отвезли Анжелину Куапель, Лидию де Фернель и Летицию де Жерард. Оставалось лишь надеяться, что эти женихи окажутся достойными своих невольных невест. Впрочем, барон де Жерард не собирался мириться с подобным положением и намеревался отправиться на поиски дочери, причём прихватив с собой ближних рыцарей и дружину. Отец вероломной подруги барон де Леран, стремясь загладить вину дочери, обещал присоединиться к этому походу со своим отрядом. Виконт де Вермон, узнав, что его любимая дочь жива и была похищена каким-то провинциальным бароном, вознамерился и вовсе взять его замок на приступ, повесить самого де Форти на воротах и обратить его владения в свою собственность. Войско у него для этой цели было вполне подходящим. Марк не стал отговаривать разъярённых отцов от военного решения этих проблем, сочтя, что они действуют в своём праве.

Меньше всего повезло Симоне де Сурен. Она попала в руки барона де Леже, который был известен дурным нравом, постоянными стычками с соседями и тем, что уже не раз воровал девиц у тех, кто не мог с ним совладать. Однако и она не оказалась покинутой в столь тяжёлой ситуацией. Леопольд де Бертье явил искреннюю любовь и преданность своей невесте и, несмотря на увещевания матушки, наотрез отказался расторгать помолвку. Он собирался собрать своих близких родичей и друзей и отправиться на помощь возлюбленной. А, учитывая, что всё это были опытные воины, побывавшие на войне, у них был неплохой шанс отбить девушку у негодяя и покарать его самого.

Таким образом, оставалось только ждать, чем закончится эта история для пяти похищенных красавиц. Подумав так, он понял, что его недовольство кроется и не в этом, а потом, наконец, вспомнил, что до сих пор не нашёл сбежавшего барона де Кларена. Да к тому же Марион Отфор, признавшая, что заключила сделку о продаже Ортанс с баронессой де Рокруа, категорически отрицала, что имела какие-либо разговоры об этом с самим бароном. Да, Луиза де Рокруа обмолвилась, что страстно влюблена в де Кларена, ей не хочется уступать его падчерице даже на краткий срок, она ревнует, но готова смириться ради получения выгоды в дальнейшем. Однако она ушла от прямого ответа об их отношениях, да к тому же в разговорах ни разу не упомянула о том, что ему хоть что-то известно о её замыслах. И хотя Отфор была уверена, что де Кларен если не стоял за этим, то знал о происходящем, это было лишь её предположением.

Вернувшись домой, Марк задумчиво взглянул на стоявшего на вытяжку управляющего и снял перевязь с мечом.

— Ваше сиятельство, — бодро заговорил господин Компен, — ваша супруга сегодня приглашена во дворец на благотворительный ужин попечительского совета заведений для сирот. Господин Валентин выезжал прокатиться на своём пони в сопровождении господ де Рошетта и Гертена, и теперь отдыхает. Господин Арман чувствует себя хорошо. Он кушал с аппетитом, гулял с няней в садике, играл, а теперь уже спит в своей кроватке. Заходил господин Шарбо и принёс приглашение на обед к маркизу де Лианкуру. Вам надлежит явиться туда вместе с супругой и сыновьями…

— Понятно, — проворчал Марк, — дед только вернулся в город и сразу же начал распоряжаться, кому и что надлежит сделать.

— А вас ожидает господин Хуан, — не решившись как-то комментировать его слова, поспешно сообщил Компен. — Он в маленькой гостиной и уже велел подать туда ужин на двоих, — немного помолчав, управляющий пожаловался: — Он ведёт себя в доме, как хозяин.

— Просто ему известен принцип: «Наглость — второе счастье», — пробормотал Марк, направляясь к лестнице. — И он им руководствуется.

Джин Хо в это время лежал на шкуре у камина, уткнув чёрный лисий нос в пушистый хвост. Услышав, как открывается дверь, он потянулся и встал, весело глядя на друга бирюзовыми глазами, после чего поднялся на задние лапы и начал увеличиваться в размерах, постепенно превращаясь в господина Хуана. Энергично подвигав плечами, он устремился к столу.

— Я тебя заждался, — заметил он. — Думал, что ты вообще не придёшь. Модестайн сказал, что последние дни ты приходишь за полночь и уходишь рано утром, что ты стал немногословен, деловит и довольно мрачен. Что случилось? Я знаю, что вы поймали ту шайку. Ю Нин уже всем рассказала, как избила того громилу, который убивал девушек. Она не преувеличивает?

— Нет, — Марк устало опустился на стул возле стола. — Если б я её не оттащил, она бы забила его до смерти.

— Похоже на неё, — пробормотал лис, садясь рядом. — Она хорошая девочка, но если кто-то пытается её обидеть, то включается режим «терминатора». Впрочем, тебе это ни о чём не говорит. Значит, вы схватили всех? И ту белобрысую чертовку тоже?

— Да. Они все дали показания, — Марк наблюдал, как Джин Хо заботливо кладёт ему на тарелку запеченную с апельсином ножку цесарки. — Мы выяснили всё, что было нужно. Даже узнали, кому отвезли девушек. По крайней мере, троих из них поедут в скором времени вызволять возмущённые отцы и жених. Что с двумя другими, мне пока неизвестно, но я попытаюсь выяснить.

— Так почему ты ворчишь и хмуришься? Всё ж хорошо! Давай выпьем за окончание этого расследования! Ты молодец и тебя наградят! А мне достаточно небольшого подарка. Что-нибудь блестящее с камушками сгодится. Или бочонок вина из Лианкура, тоже хорошо. Или половинку закопченной туши оленя. Включи фантазию!

— Рано радоваться… — проворчал Марк. — Я пока не поймал де Кларена и не доказал его причастность к похищению Ортанс.

— Это поправимо! — рассмеялся лис. — Я знаю, где он!

— В самом деле? — оживился Марк.

— Я тебе расскажу! — довольный собой закивал Джин Хо. — Я оставил возле дома де Рокруа своих лис. Они видели, как вчера твой одноглазый приятель привёз туда Ортанс. Эти голубки выглядели счастливыми, поднимаясь по лестнице, она даже смеялась. Кстати, он обратно не вышел, то есть остался там. И сегодня днём, ближе к вечеру туда заявился барон де Кларен собственной персоной. Представляешь, как возбуждённо заколотили хвостами мои лисички! Он постучал в дверь, ему открыли, он вошёл. Какое-то время было тихо, а потом дверь с грохотом распахнулась, и он вылетел наружу, да так, что пересчитал своей персоной все ступеньки! Это было феерическое зрелище! А на верхней площадке появился наш циклоп