Молчаливые секреты - Александра Флинт

– Именно поэтому мы и здесь.

Глава 23

Старый город, Эдинбург

Реми

Шотландская столица была полной противоположностью летнему Парижу. Пятнадцать градусов, моросящий дождь и низкое небо. Однако люди все равно ходили в коротких штанах, футболках или летних платьях по вечерним улицам старой части Эдинбурга. Как правило, я замерзала не быстро, но все же озябла, покинув отель неподалеку от замка Эдинбурга, из-за разницы в температуре в двадцать градусов. Казимир, который отлично вписывался в картину города в джинсах и футболке, кажется, вообще не переживал из-за прохладной погоды.

– В этот раз должно быть легче, чем в Риме, – сказал он, засовывая карточку от номера в карман и глядя на меня. – Никаких взломов.

Я сложила руки на груди и подавила дрожь. Под тканью моего темно-синего свитера пробежали мурашки.

– Почему у меня такое чувство, что потом последует «но»?

– Никаких «но», Реми. Перо находится на кладбище.

– Кладбище? Только не говори, что мы должны нарушить покой и вскрыть гробницу?

Казимир улыбнулся, сверкнув зубами.

– Нет, если это будет зависеть от меня.

– Успокоил. Я на самом деле надеюсь, что мы найдем это перо в другом месте, а не среди сгнивших костей Макинтайра. – В моем голосе прозвучал явный скепсис, когда я говорила о пере. Скорее всего потому, что я не знала, как там должен оказаться ключ, но решила, что все прояснится, когда мы соберем все элементы. А надежда, как говорят, умирает последней.

– Если не мы, кто тогда? В церкви как раз проходит поздняя служба, думаю, нужно заявиться туда, когда территория станет безлюдной.

– Лучше всего в полночь, ведь иначе куда денется вся драматичность, разве не так?

Зим ухмыльнулся.

– Сарказм тебе не идет, Арамена Бенуа.

Я скорчила гримасу, которая исчезла в следующий же момент, когда мы подошли к Старшей школе старого города. Париж был собранием исторических зданий и охраняемых как памятники старины сооружений, но здесь складывалось впечатление, что мы не просто отправились на пару сотен лет назад, а вообще оказались в другом мире. Темно-коричневый камень старых домов, стертая брусчатка и старые церкви, втиснувшиеся между маленькими магазинчиками и памятниками. Низко нависшие облака чуть ли не касались многочисленных башенок и причудливых эркеров, а легкий ветерок развевал флаги на домах. Откуда-то донеслось звучание волынки, лишь подчеркивая это ощущение и дополняя общую картину.

– Это замечательно. – Я развернулась посреди Хай-стрит вокруг своей оси и на мгновение забыла, почему мы здесь. – Весь город выглядит как за́мок.

Зим положил руку мне на плечо и толкнул в противоположном направлении.

– При этом ты еще не видела лучшее. – Впереди находился Эдинбургский замок, а оттуда открывался хороший вид на город и Трон Артура, «домашнюю гору» Эдинбурга. – Кроме того, по всему городу есть бесчисленные маленькие переулки, извилистые уголки и подземные туннели.

– Почему я не удивлена, что ты в восторге от туннелей?

– Моя естественная среда обитания. Во время первого посещения мы с Людвигом часами бродили по Подземелью Эдинбурга. – Говоря о своих воспоминаниях, Казимир казался моложе, менее нагруженным проблемами, хотя он выглядел старше своих двадцати одного. Лишь изредка можно было это заметить, но как и меня что-то беспокоило и лишало сна, так и на Зима что-то давило. Я заметила это, когда мы ранее гуляли по Парижу, пусть даже он изо всех сил старался дать мне ощущение безопасности и спокойствия.

Прежде чем я успела слишком погрузиться в эти размышления, голос Зима вернул меня к реальности.

– Что ты думаешь о том, чтобы сначала перекусить, а потом отправиться на кладбище? Сейчас мы все равно можем лишь ждать правильного момента.

Мы вместе отправились в направлении Эдинбургского замка и свернули прямо перед замком на узкую боковую улочку. Казимир целенаправленно вел меня к дому, который простоял на холме по крайней мере три сотни лет и первый этаж которого был отделан красным деревом. Название паба сообщали золотистые, слегка потускневшие буквы: «Старая скала».

– Очень… интересное название.

Казимир предупреждающе вскинул бровь, словно я напала лично на него.

– Они готовят лучший хаггис во всей Шотландии, кроме того, владелец – мой старый знакомый, который нам уже помогал.

Пока я раздумывала над тем, что такое хаггис, Зим открыл дверь и провел меня в старый паб. Темно-коричневое дерево, куда ни кинь взгляд, ниши с сиденьями из темной кожи и камин, перед которым стояли кресла в клеточку. Множество старых бочек были превращены в высокие столы, за которыми собирались маленькие группы. Над баром, выполненным из того же дерева, украшенным маленькими золотыми элементами, висел шотландский флаг, под ним множество пузатых бутылок, больше, чем я могла сразу подсчитать. Воздух наполняли голоса, запах жареного мяса и пива, и мне казалось, что я могла различить звук волынки.

– Ну что, культурный шок?

– Ты обидишься, если я скажу да? Но в хорошем смысле слова. Здесь… особенное место, – ответила я, не отводя взгляд от открывшейся картины. – Не хватает шотландских килтов.

– Увидишь ты еще свое клише, француженка. – Зим прошел мимо меня в бар, его пальцы коснулись моих, и остановился прямо перед барной стойкой. Бородатый мужчина, которому на вид было между пятьюдесятью и шестьюдесятью, сразу же повернулся к Казимиру и громко рассмеялся.

– Не думал, что увижу тебя здесь в старости! – прокричал бармен на английском, прежде чем повторить слова на грубовато звучащем языке. Я не удивилась, когда Казимир сразу же ответил на этом же языке, а потом положил руку мне на плечо и снова перешел на английский.

– Адэр, позволь представить тебе Реми.

Прежде чем я успела среагировать, Адэр схватил меня за руку поверх барной стойки и обхватил ее своими мозолистыми лапами.

– Рад знакомству. Друзья Казимира и мои друзья.

– Спасибо, я тоже рада, – ответила я, и мой французский акцент прозвучал непривычно сильно. В отличие от Зима, чей английский, как, возможно, и другие языки, которыми он так легко овладевал, был лишен акцента.

– Садитесь на лучшее место, я сейчас принесу вам что-нибудь поесть и выпить.

Адэр, судя по всему, имел в виду большую нишу с сиденьями у окна и клетчатыми подушками и открытым видом на происходящее на улице.

Зим кивнул ему.

– Звучит неплохо. Реми, займешь место? Я на секунду исчезну.

После того как Казимир попрощался, я отправилась прямиком к месту у окна и мгновение или два смотрела на улицу. От уличных фонарей исходил желтоватый свет, отраженный слабым туманом, люди шли с пакетами с покупками или выгуливали собаку. Все жили своей