Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

По коридору что-то стремительно приближалось. Через мгновение на веранду опрометью вылетел Мурзик.

Белка неслась так, словно за ней гналась по меньшей мере вся северская дружина. Хвост торчал трубой, уши были прижаты, а в зубах она держала довольно внушительный бумажный сверток, который явно мешал нормально бежать, но бросать добычу питомец не собирался.

— Мурзик? — удивилась Марина.

Белка увидела нас и на мгновение замешкалась. Этого хватило. Иволгин выбросил руку с такой быстротой, что я даже не сразу понял, что произошло.

Еще секунду назад Мурзик стоял возле двери, а теперь уже болтался в руке лешего. Белка возмущенно пискнула и немедленно попыталась его укусить. Иволгин ловко отвел пальцы.

— Тихо.

Мурзик не собирался успокаиваться. Он извернулся всем телом, задними лапами попытался оттолкнуть руку лешего и снова щелкнул зубами возле его пальца.

— Ишь ты.

В голосе Иволгина прозвучал настоящий интерес. Он перехватил белку удобнее и Мурзик отчаянно замолотил лапами.

Марина поднялась.

— Осторожнее, — предупредила сестра. — Он вас укусит.

— Не укусит, — отмахнулся леший и едва не пожалел о проявленной беспечности. Потому что Мурзик явно придерживался иного мнения. Он снова извернулся, и я даже услышал, как щелкнули зубы. Иволгин убрал руку буквально за мгновение до укуса.

— Быстрый, — одобрительно заметил он и Мурзик возмущенно пискнул. — Но я быстрее.

Леший одной рукой подхватил край пледа с колен, ловко завернул в него белку и через несколько секунд превратил Мурзика в небольшой сверток, из которого торчала только рыжая голова.

Бельчонок замерла от возмущения. И я заметил, как уши питомца прижались к голове.

— Вот так удобнее, — заключил Иволгин.

Мурзик издал звук, который я совершенно точно не мог перевести, но общий смысл был понятен без всякой магии. Иволгин же невозмутимо забрал из ее зубов бумажный пакет.

Мурзик проводил свою добычу таким взглядом, что сомнений в принадлежности свертка у него не возникало.

— Что там? — спросил я.

— Сейчас узнаем, — протянул Иволгин и развернул бумагу.

Внутри лежало что-то, подозрительно напоминавшее половину колбасы.

Мы помолчали.

— Неплохо, — признал я.

— Это мое! — раздалось от двери.

На веранду выбежал Никифор. Домовой тяжело дышал. Волосы растрепались, а в руке он зачем-то держал полотенце.

Увидев Мурзика в руках Иволгина, Никифор остановился.

— Поймали? — недоверчиво спросил он.

— Сам пришел, —спокойно ответил леший.

— Он не пришел. Он удрал! — Никифор упер руки в колени, пытаясь отдышаться. — Все. Не могу больше. Стар я уже, за белками по дому бегать.

Мурзик тихо пискнул из пледа.

— И не жалуйся! — немедленно отозвался домовой. — Вор!

Белка прижала уши.

— Что произошло? — спросила Вера и Никифор выпрямился.

— Да вот что, — ответил он и ткнул пальцем в сверток. — Опять с кухни натаскал.

— Опять? — переспросил я.

Домовой посмотрел на меня так, словно не хотел выносить семейные проблемы на всеобщее обсуждение. Потом тяжело вздохнул.

— Опять, — признался он.

— Давно это продолжается?

Никифор недовольно поморщился:

— После того самого началось.

— После чего? — не понял я.

Никифор покосился на Иволгина, потом на Веру и Марину. И понизив голос, пояснил:

— После встречи с этим… который кости бросает.

Я нахмурился.

— С Бросающим Кости?

— С ним, окаянным. До того нормальный был, — продолжил Никифор. — Иногда печенье стащит. Или плюшку с маком. Но кто из нас без греха? Готовлю я и впрямь хорошо, этого не отнять. До того, что даже князь иногда еду украдкой вытаскивает из-под полотенца. А чем белка хуже? Ей ведь тоже вкусного хочется.

Я покачал головой, понимая, что тот случай с драником домовой будет мне припоминать еще долго.

— А теперь все ему мало, — сокрушенно вздохнул домовой. — Утром поел — через час опять на кухне. Днем накормил — вечером в кладовую полез. Вчера сыр стащил.

Я вспомнил недавний разговор.

— Так вот почему вы…

Никифор резко повернулся ко мне и тихо произнес:

— Мыши отдельно, а Мурзик отдельно.

Марина удивленно посмотрела на нас.

— Какие мыши? — едва слышно прошептала она, и я заметил, как зрачки сестры расширились.

— Никакие!

Никифор ответил слишком быстро, и я поспешно отвернулся.

— Так что с Мурзиком? — спросила Вера, спасая положение.

Домовой сразу посерьёзнел. Я заметил, как его плечи опустились. Он подошёл к Иволгину и осторожно погладил торчащую из пледа беличью голову.

— Не знаю, — тихо произнес он, и я услышал в голосе домового беспокойство.

Он подошел ближе и осторожно погладил торчащую из пледа беличью голову. Мурзик перестал сердиться.

— Ест и ест. Уже живот круглый стал. Я ему меньше давать начал, так он ворует. Сначала думал, балуется. Потом понял — не может остановиться.

Я посмотрел на Мурзика внимательнее. И действительно, белка выглядела крупнее. Странно, но почему-то раньше не обращал на это внимания.

— После встречи с Древним началось? Сразу? — уточнил Иволгин и теперь в его голосе не было ни тени насмешки.

Никифор задумался:

— Может, раньше было, — ответил он после паузы. — Да я внимания не обратил. Забот по дому очень много…

Иволгин развернул Мурзика к себе и белка мигом насторожилась. Леший приблизил лицо и питомец попытался отодвинуться, насколько позволял плед.

— Глаза покажи.

Белка зажмурилась.

— Не дури.

Мурзик открыл один глаз. Иволгин усмехнулся.

— Второй тоже.

Белка нехотя открыла второй.

Никифор переминался с