Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

— Что с ним? — с тревогой спросил он.

Иволгин не ответил. Он провел пальцем между беличьих ушей. Мурзик сначала терпел, затем попытался отвернуться.

— Не нравится? — спросил леший. Мурзик посмотрел на него с глубокой обидой.

— Что вы ищете? — спросил я.

— След Древнего.

На веранде стало немного тише. Даже Марина перестала улыбаться.

— Думаете, Бросающий Кости что-то с ним сделал? — уточнила секретарь.

— Не обязательно специально, — Иволгин снова осмотрел белку. — Этот гость разбудил в вашем Мурзике азарт. Кто любит драку — будет искать драку. Кто любит власть — захочет еще больше. Этот любит еду.

Мурзик тихо пискнул. Никифор побледнел:

— Эх, что делается-то, что творится? — запричитал он. — Это опасно?

Иволгин посмотрел на него и впервые за весь разговор ответил без тени насмешки:

— Пока нет. Но если оставить все как есть, то может стать.

Домовой едва заметно побледнел и машинально потянулся к белке.

— Я же говорил, что жрет ненормально.

Мурзик посмотрел на него. Никифор осторожно почесал его за ухом.

— Дурак маленький. Чего же ты сразу не сказал?

— Он белка, — напомнил я, и Никифор уставился на меня:

— И что? Думаете, он говорить не умеет?

Я решил не спорить. В этом доме давно уже существовали собственные правила. Иволгин снова провёл пальцами по голове Мурзика и прикрыл глаза. На несколько секунд вокруг него почти незаметно изменилась атмосфера и я почувствовал это первым. По веранде прошло едва ощутимое движение силы. Листья родимчика дрогнули, хотя ветер в этот момент почти стих.

Мурзик замер, даже моргать перестал.

— Исправим, — тихо произнёс леший.

Никифор с надеждой сложил ладони перед собой:

— Сможете? — уточнил он, умоляюще глядя на гостя и тот кивнул:

— Смогу.

— Точно?

— Я сказал — смогу, — весомо пообещал леший и Никифор немного расслабился.

— Тогда ладно.

И после короткой паузы добавил:

— Только чтобы ему больно не было.

Иволгин посмотрел на него.

— Вы мне сейчас условия ставите?

— Ставлю.

— В моем лесу…

— А это не ваш лес, — перебил его Никифор и Марина тихо кашлянула. Я увидел, как Иволгин бросил на нее быстрый взгляд, и почти сразу его выражение изменилось. Словно только что собирался сказать что-то резкое, но передумал.

— Хорошо, — согласился он. — Не больно.

Никифор удовлетворенно кивнул.

— Вот и договорились.

Мурзик до этого момента внимательно переводил взгляд с одного на другого.

Теперь он медленно посмотрел на Иволгина. Леший тоже посмотрел на него.

— А вот жрать все подряд ты перестанешь, — заверил Иволгин бельчонка. — И воровать перестанешь. И в кладовую лазить.

Мурзик прижал уши к голове и медленно повернул голову к Никифору, словно надеялся найти поддержку. Домовой только сурово покачал головой.

— Не смотри на меня так. Сам виноват.

Мурзик снова посмотрел на Иволгина и в его черных глазах появилось такое неподдельное беспокойство, что я невольно улыбнулся.

Леший заметил.

— Понял, значит.

Мурзик не шелохнулся.

— Хороший зверь, — неожиданно сказал Иволгин и осторожно погладил его по голове. — Просто дурной силы нахватался. Но это поправимо. Не волнуйся, мы все это уберем.

Мурзик пискнул. На этот раз совсем тихо. Иволгин поправил вокруг него плед. Странно, но в руках лешего белка действительно успокоилась. Еще несколько минут назад она отчаянно пыталась кусаться и вырывалась, а теперь лежала неподвижно, только настороженно следила за каждым движением своего неожиданного лекаря.

Никифор тоже успокоился. Молча забрал со стола сверток с провизией, посмотрел внутрь и сокрушенно вздохнул.

— Половину кухни вынес.

— Не преувеличивайте, — заметила Марина.

Домовой проигнорировал ее слова. Аккуратно завернул еду обратно и сокрушенно заявил:

— Это на ужин было. С такой белкой можно и по миру пойти.

Марина засмеялась первой. Следом улыбнулась Вера. Да и я тоже не удержался. Даже Никифор через несколько мгновений фыркнул и махнул рукой. И на веранде снова стало тепло и совершенно по-домашнему.

Вера сидела возле моего родимчика. Марина стояла рядом с креслом Иволгина. Сам хозяин леса держал на коленях завернутую в плед перепуганную белку, а Никифор ворчал над украденной провизией и уже явно прикидывал, чем теперь кормить Мурзика, чтобы тот не остался голодным во время лечения. И только я один помнил о платке в кармане. Я посмотрел на Веру, которая как раз наклонилась к родимчику, осторожно поправляя листок. Потом почувствовала мой взгляд и подняла голову. Я хотел спросить. Правда хотел, но рядом сидела Марина, уже успевшая многозначительно оценить и цветок, и нас обоих. Иволгин тоже время от времени поглядывал на меня с такой усмешкой, будто понимал значительно больше, чем собирался сообщить.

Марина улыбнулась.

— Вы быстро нашли общий язык, — произнесла она, кивнув на бельчонка.

Иволгин фыркнул.

— С животными проще, — ответил он.

— Чем с людьми? — уточнила сестра и леший кивнул:

— Намного.

— Не сомневаюсь, — фыркнула девушка. Он бросил на неё короткий взгляд и я опять заметил, как у Иволгина менялось лицо, когда он смотрел на Марину. Едва заметно, но достаточно, чтобы увидеть. Резкость исчезала, плечи становились менее напряжёнными, даже голос звучал мягче.

И мне вдруг стало интересно, замечает ли это сама сестра. Судя по тому, как спокойно она улыбалась, — возможно. А может, вообще не думала об этом.

Вера тоже смотрела на них, и на её губах появилась тёплая улыбка.

Я неожиданно поймал её взгляд. Секретарь чуть наклонила голову, будто хотела спросить, что я думаю, но я