Как не умереть в Хэллоуин - Хейзел Бек

– Конечно, если хочешь. – Она очень рада моему предложению.

Нора улыбается мне, возвращаясь к кассе.

А вот Логану она не улыбается.

– Клео иногда помогает, но у нее есть своя работа, и, как ты знаешь, она не особенно дипломатично общается с клиентами.

– Кстати, о Клео.

И я сообщаю им все, что произошло в аэропорту: как мы увидели Виргинию на крыше, что она сказала и как действовал Джек.

Реагируют они предсказуемо. Нора пугается, а Логан рявкает: «Да что за дичь?» – но я объясняю, почему это все логично.

Когда я умолкаю, брат выглядит подавленным.

– Бедная Клео, – бормочет Нора. Она качает головой и, тщательно пересчитав купюры, убирает их в сейф. – В последнее время ей нелегко. Не знаю, почему она не рассказывала мне подробностей. Я бы сразу же помогла ей с Виргинией.

– Иногда рассказать о чем-то – не меньший стресс, чем пытаться справиться самому, – слышится мрачный голос от полки с мохеровой пряжей.

Я поворачиваюсь к брату. Нора тоже.

Он щурит глаза и рассудительно добавляет:

– Что такое? Это основы психологии.

Мне кажется, он лукавит. Здесь явно что-то куда более личное. Но сейчас совсем не время расспрашивать брата, о чем он не хочет говорить, поскольку и это не меньший стресс, как он только что выразился.

– Джек велел нам оставаться здесь, пока он за нами не придет. А потом мы все отправимся в антикварную лавку. Там же есть кровати, да? – Я с надеждой смотрю на Нору.

Почему-то мне представляется, что Джек из тех парней, которые могут назвать кроватью кое-как расстеленное на полу одеяло.

Потом я понимаю: мне совсем не стоит задумываться о том, что именно Джек подразумевает под словом «кровать».

– Да. На втором этаже есть настоящие комнаты. Пожалуй, это вообще единственное место в Мидасе, где мы сможем разместиться по отдельности, Джек прав. Идея неплохая. К тому же у нас будет круглосуточный доступ к еде из закусочной. – Нора улыбается, но без обычной теплоты.

А потом она начинает ходить по магазину, выключая свет и запирая двери.

– Гаррисон часто там ночует. Но в последнее время он жутко усталый, и мы его уговариваем нормально отдохнуть у себя дома, на холме. – Нора неопределенно машет рукой. – Мне надо собрать сумку. А потом, конечно, вместе с Джеком мы проводим вас до дома Амелии, чтобы вы взяли свои вещи.

– Это не перебор? – спрашивает Логан и скептически смотрит на Нору. – Ты же говорила, что наш дом защищен.

Нора корчит такую гримасу, словно готова прямо сейчас взорваться, поэтому я решаю ответить за нее.

– Мы толком ничего не знаем и не можем быть уверены, что сейчас защищено, а что нет, – говорю я. – В этом-то весь и смысл.

А потом у меня появляются другие темы для размышлений, ведь со стороны черного входа появляется Джек, держа руки в карманах кожаной куртки. Он выглядит угрюмо и…

Ну, пожалуй, не стоит лишний раз повторять, какой он знойный мужчина. Это уже по умолчанию.

– Пять минут подожди, Джек, я соберу вещи. – Нора исчезает в глубине магазинчика. Джек подходит ко мне и Логану.

Он молчит, и я начинаю говорить в порыве вдохновения:

– По-моему, он похож на тебя. – Я показываю на статуэтку ребенка-клоуна, распростертого в молитвенной позе. У него взъерошенные волосы и красный нос.

Его уголки губ дергаются, изображая нечто, что в некоторых регионах страны даже можно было бы счесть за улыбку. Совсем незаметную, но она есть.

– Если это я, значит, это ты, принцесса. – Джек показывает на статуэтку девушки: она одета в костюм времен отцов-пилигримов – первых американских переселенцев – и взбивает масло.

Мы оба смеемся. Может, слегка истерически, но нам становится легче.

– Ребят, вы прямо дико забавные, – бормочет Логан, напоминая, что он вообще-то стоит рядом с нами.

К счастью, свет в лавке сейчас слишком тусклый, и поэтому никто не видит, что мои щеки возможно – нет, определенно – краснеют.

Прибегает Нора с сумкой, и мы все вместе выходим через черный вход и направляемся к домику Амелии. В темноте, на холоде, уже ничего не кажется даже смешным или легковесным. Луна прячется за пушистым облаком. И я снова вспоминаю, что демоны, возможно, на свободе и с хлюпаньем высасывают души.

Но Виргиния сказала: Амелия пожертвовала собой, чтобы вернуть меня сюда.

«У Виргинии не все в порядке с головой», – напоминаю я себе.

Но я верю ей.

Сегодня глаза садового гнома не светятся. Не знаю, хороший это знак или плохой. Я вздрагиваю и поспешно переступаю порог дома, едва Логан открывает дверь.

Я ухожу в свою комнату, Логан – за мной. И тут же исчезает за дверью ванной. Я достаю чемодан.

– Ты что, даже не будешь возражать против ночевки в антикварной лавке? – тихо спрашиваю я, поскольку дверь открыта, а он явно не собирался уединиться. – Совсем на тебя не похоже. Думала, мне придется потратить больше сил, чтобы тебя убедить.

Какое-то время он молчит, потом выходит – с пакетиком туалетных принадлежностей в руках. Его лицо очень серьезно.

– Мы же согласны, что демоны существуют? – спрашивает он.

– Да, – отвечаю я. – Очевидно.

– А твои сны всю жизнь связывали тебя с демонами, Мидасом и нашей бабушкой?

Грудь сдавливает, но я не могу это отрицать. И не хочу.

И пусть Логан не смотрит на меня с таким беспокойством. Я уже сделала выбор.

– Да.

– Значит, я буду рядом с тобой, сколько бы я ни возражал и как бы ни сомневался.

К горлу подкатывает комок, и я судорожно сглатываю.

– Точно. Ты можешь быть рядом и все равно жаловаться. Как ты обычно делаешь.

Он почти улыбается.

– Жалобы я поставил в график на следующее утро. По утрам я чувствую себя лучше всего.

Логан уходит, и я слышу, как он тихо разговаривает с остальными, собирая вещи.

Я думаю, не взять ли с собой вообще все, что я привезла из Нью-Йорка. Кто знает, какие в древней антикварной лавке вообще есть удобства, даже если, как говорят, кровати там в наличии.

Старинные кровати. Которые туда сдал бог знает кто. Наверное, они сейчас выставлены на продажу. Маска для сна поможет мне расслабиться среди никому больше не нужного исторического хлама.

Я довольно долго собираю чемодан. Внезапно вспоминаю медальон, который дал мне Гаррисон и который я держала под подушкой. Он вроде как должен меня охранять, а мне сейчас пригодится любая защита.

Я наклоняюсь над кроватью и сую руку под подушку, ожидая нащупать прохладный металл.

Только вот я чувствую что-то… мохнатое.

Я визжу, отскакиваю и спотыкаюсь о чемодан.

Первым в комнату вбегает Джек, заполняя собой весь