Месть - Стивен Бакстер

Зонд: так уже называли это надзорные группы и официальные агентства, и этот термин быстро распространялся среди многомиллионных слушающих сообществ, как на Земле, так и на Марсе и в других местах. Но для инженера это слово подразумевало определенное намерение, понял Пул. Если это был зонд, подобный его собственному солнечному зонду, все, что ему, по-видимому, было нужно, — это информация. Ничего более зловещего в этой массе, привязанной к Марсу, нет, как и в его братьях, направляющихся к Земле и Луне.

Эта интерпретация была основана только на надежде. Что было реальным и несомненным, так это то, что траектория объекта, без изменений, приведет его прямо к столкновению с Марсом.

Вскоре выяснилось, что столкновение произойдет в самом сердце Элладской равнины.

Не дожидаясь приказов или согласия, Никола развернула "Беллону" параллельным курсом. Через два дня после вылета с Марса Пул поговорил со своими коллегами на Галлии-три. Не то чтобы было о чем совещаться.

Насколько кто-либо мог судить, как только алмазная глыба была запущена из Тайника, ее траектория не была изменена никакой дополнительной двигательной установкой, ни бортовой, ни внешней. Не было никаких вспышек экзотических ракетных выхлопов от самого зонда, никаких лазерных лучей высокой интенсивности, идущих к куску углерода, когда он направлялся в марсианское пространство.

— Ничего такого, Мириам, что смогли бы обнаружить мы или кто-либо другой, — пробормотал Пул в свою систему связи. — Зонд просто плывет в космосе по баллистической траектории, не отправляя никаких сообщений, не отвечая на вызовы. Отслеживаемый растущей толпой экскурсионных кораблей, аппаратов научных институтов, официальных правительственных судов. И крейсеров федеральной полиции, приспособленных для операций в глубоком космосе в поясе астероидов. Насколько я знаю, полицейские корабли — единственные несут вооружение…

Толпой, в которую теперь входила и "Беллона". Оставалось всего два дня до запланированной встречи объекта с Марсом. Его слова передавались с места нахождения зонда на орбите Юпитера в обиталище Галлия-три практически не обнаруживаемым направленным нейтринным пучком.

— Знаю, что произойдет сорокаминутная задержка со скоростью света, прежде чем ты это услышишь, Мириам. Еще минимум сорок минут до ответа. И, послушай, учитывая, что Марс и марсианская орбита усеяны кораблями и зондами с искусственными глазами и ушами, ты не должна отвечать, если не уверена, что это безопасно…

— Может быть, это не более чем то, на что похоже: кусок алмаза, плывущий в космосе по направлению к Марсу. Пушечное ядро. Хотя единственное большое изменение, свидетелями которого мы стали, поскольку мы с Джеком были почти на линии огня этого порожденного Летой оружия внутри Тайника, заключается в том, что оно каким-то образом само оказалось завернутым в обшивку корпуса ксили — грубый яйцевидный материал, который каким-то образом собрался вокруг снаряда. Возможно, он вырос на солнечном свету из какого-то семени: Джек называет этот гипотетический объект цветком ксили. В любом случае, это оболочка, которая практически ничего не добавила к массе предмета, но, предположительно, придала ему какую-то дополнительную защиту. Бронепокрытие, говорит Никола.

— Но такого рода формулировки — броня — кажется, запрещены надзорной группой ООН и различными аналитическими центрами, с которыми они консультируются на Земле и в других местах. Несмотря на то, что с того момента, как он появился из Тайника, его предполагаемый маршрут был стабильным, а цель неизменной — шлепок в центре бассейна Эллады, в яблочко самой большой мишени на планете. Но мы также не можем сказать "мишень"…

— Продолжаю думать о том, как я забрал тебя с Ио. Ты лучше меня знаешь, что появление ксили из портала червоточины в первую очередь ассоциировалось с насилием, с ущербом. Но ты могла бы списать это на… ну, на беспечность. Несчастный случай. Не было никаких конкретных свидетельство деструктивных намерений, не говоря уже о воинственных. Пока нет. Даже отказ различных артефактов отвечать на любые приветствия можно списать на культурное непонимание. Однако, когда сто тысяч тонн алмазов падают с неба на обитаемый мир — и пара подобных "зондов" направляется к Луне и самой Земле, — у меня складывается впечатление, что все еще никто не хочет верить в это…

— Что ж, полагаю, реакция на вторжение в целом, к лучшему это или к худшему, будет определяться тем, что произойдет здесь, на Марсе.

Джек Грантт хочет быть на планете, когда произойдет столкновение — если оно произойдет. У Джека, конечно, есть семья. И, в конце концов, его вирусы в скале, решетка, его марсианский разум размером с планету, если он существует, — я думаю, это их мир, а не наш, и им угрожает такая же опасность, как и людям-колонистам. Мы отправили его вперед на флиттере.

— Не колонистам, — напоминает мне сейчас Никола. — Неправильное слово. Там, внизу, существуют человеческие линии, которым более тысячи лет. Это их мир, такой же, как и у кого бы то ни было. Справедливо.

Что касается Никола и меня, мы пересядем на "Краба-отшельника" на Фобосе и останемся на орбите. Учитывая мое, э-э, личное участие, я не хочу никого отвлекать. В любом случае, мы будем смотреть шоу отсюда.

— И, видишь ли, есть два других зонда. Если здесь действительно случится что-то плохое, у меня такое чувство, что я, возможно, захочу побыстрее вернуться на Землю.

— Я все больше думаю, что Хайсмит Марсден был прав, спрятав вас всех в Галлии.

— Пожалуйста, перезвони мне. Но, прежде всего, будь в безопасности… Пула и Никола оставили в покое на двадцать четыре часа. Затем, всего за один день до того, как зонд достигнет Марса, Пулу было приказано предстать перед комитетом по надзору.

Другими словами, ему позвонили его родители.

34

Никола покинула жилой купол на время встречи.

Она застегнула свой скафандр и спустилась к двигательному отсеку, погребенному глубоко под астероидным льдом, чтобы провести, по ее словам, кое-какое плановое техническое обслуживание и модернизацию. С ее стороны это было тактично, но Пул не сомневался, что она будет подслушивать; он молился, чтобы она не нарушила то, что всегда обещало быть неловким занятием.

Неловким, несмотря на то, что Пул был единственным присутствующим.

Они