Тактик 15 - Тимофей Кулабухов

Я пригнулся и совершив резкий кувырок, ушёл с траектории первой атаки.

Ну, я вам, звери краснокнижные…

Я активировал пространственный карман и вытащил ко мне костяного дракона, которого предусмотрительно посадил туда.

С живыми объектами такой фокус нельзя проделать, но дракон был нежитью. Так что, хотя он занял половину кармана, сейчас мне удалось вынуть его как краплёную карту во время ответственной игры.

Воздух с резким треском разорвался. Костяной дракон всей своей массой вывалился близ озера. Оживший кошмар с потусторонним гулким рёвом расправил дырявые крылья и принял удар химер.

Первая тварь на полном ходу врезалась в шипастую грудь дракона. Тот не стал ждать другого шанса, чтобы враги оказались поблизости. Огромные челюсти сомкнулись на шее самой торопливой химеры.

И, надо сказать, что нежить не особенно боится укусов и ран, чем и сильна в драке против живых. Вполне вероятно, химера легко бы пережила болезненные укусы, но её противником тоже была нежить. Дракон дёрнул головой и сумел разорвать как собственно позвоночник, так и магическую связь между костями, разрушив тварь, убив, растерзав.

Две другие химеры разошлись в стороны и бесстрашно попытались взять дракона в клещи.

Он не мог бы следить за двумя целями одновременно, но к нему через Рой присоединился я.

И он вслепую ударил туда, куда не смотрел, ориентируясь на мой приказ.

Он врезал хвостом в направлении по ближайшей каменной опоры, пытаясь перехватить летящую тварь, та нырнула и сумела уклониться, хвост упёрся в колонну.

Однако дракон использовал этот удар как толчок, как точку опоры, которая помогла ему рвануть ко второй химере. Две твари, представители высшей нежити, сцепились в воздухе. Когти химеры с противным скрежетом вырвали несколько ребер из бока дракона. Однако он этот факт проигнорировал, сцапал противника и навалившись, впечатал в каменный пол градирни. В ту же секунду ударил головой, прижал и стал лапами отрывать конечности. Несколько мгновений и вторая цель превратилась в неподвижную груду.

Третья химера не продемонстрировала никакого сожаления по поводу смерти товарища, заложив крутой вираж, спикировала на мою позицию. Я спрятался за ближайшую колонну. Монстр грохнулся рядом и высунувшись из-за колонны, оскалил костлявую пасть.

В ближайшем рассмотрении химера была размером с ГАЗель, к тому же у неё был длинный хвост, который заканчивался изогнутым шипом, наверняка ядовитым и метался из стороны в сторону, в поисках возможности ударить.

И в ту же секунду, когда химера показалась, я ударил её по башке Гивсаром. Молотом, тем же, который мне доводилось применять против алтаря Соббека.

Мой удар, без размаха и наполнения оружия магией, не смог убить химеру, зато уж её, что называется, огорошил. Она замерла в недоумении и остановила атаку. Вообще-то, на мне сейчас был весьма прочный доспех Ньёрда, но проверять, что прочнее, зубы химеры или древняя сталь, я не стал.

В ту же секунду дракон обрушился на спину последней химеры. Огромная челюсть с размаху прокусила череп твари насквозь и оторвала голову. Изувеченное тело рухнуло на плиты.

Фрей только что потерял последние резервы и лишился мобильной поддержки. Жрецу оставалось опираться только на последний, стационарный слой защиты. Иллюзия рухнула.

Костяной дракон с глухим стуком переступил тяжёлыми лапами и замер неподалёку от подходов к алтарю.

Алтарь всё ещё был защищён стенами, насыщенными магией. Однако её гарнизон, состоящий из гоблинов, куда-то делся, сам Фрей отсутствовал, а химеры погибли.

Тем временем под не особенно талантливым (уровень — лучше, чем ничего) руководством Бисс Урая пехота Танкреда использовала провал вражеской обороны. Восставшие тролли и рядовые скелеты безостановочно давили те баррикады, где всё ещё шло сопротивление, расширяя зону нашего контроля.

Алтарь вместе с защищающей его стеной накрыл светло-голубой энергетический купол.

Дракон раскрыл пасть и выдохнул. Мощный поток бледно-зелёного пламени ударил в центр купола. Энергия разрушения столкнулась с защитной магией Тейла. Оболочка барьера протестующе замерцала, потеряла часть плотности, но устояла.

— Это твой последний шанс! — паникуя, закричал Фрей и его голос резонировал о потолок градирни. — Встань на мою сторону! Ты станешь королём! Великим королём!

Крик сорвался на визг, он даже не мог удержать свои эмоции и предложения в рамках ментального канала.

— Мой Владыка… — голос Танкреда был силён, властен и пугал наполняющей его силой, — Великий воин. А твой хозяин Тейл — просто здоровенный моллюск. Много ли чести служить морской каракатице, жрец? И вновь говорю тебе — нет.

Жрец затравленно оглянулся.

Мне неизвестно, что до этого говорил Танкред. Быть может и не был он так уж ультимативно верен мне. В отличие от остальных моих полководцев, мы не прошли вместе сотни миль и десятки сражений.

Может быть, он сказал эти слова не столько Фрею, сколько публично. И кто там знает, что творится у него в башке.

Но факт остаётся фактом. Танкред заявил о своей верности мне.

Фрей резко развернулся, бросился к узкому просвету между баррикадами, намереваясь проскользнуть в единственный свободный коридор по направлению к алтарю.

Побег закончился через десяток шагов. Фрей налетел на стену из почерневшей чешуйчатой брони. Мёртвые алые тролли сомкнули щиты у него перед носом. Бывшие защитники алтаря стали глухим тупиком для своего бывшего командира.

Смерть — она такая. Смерть многое меняет.

Телепортация перенесла меня прямиком к Фрею.

Фрей выхватил широкий боевой меч. Всё же он не был настоящим жрецом. Он был рубакой, интриганом, воином, убийцей кланов и палачом для своих врагов. Фрей был пиратом и бойцом, который дрался в пехотном строю.

Как и я.

В прошлое наше сражение нам не довелось сразиться, да я, честно говоря и не особенно склонен, но тут ситуация сама шептала.

Его рука потянулась к амулетам на поясе. Внезапно он ускорился. Алтарь давал ему аналогию божественного ускорения.

Впервые магию индивидуального буста и ускорения я почувствовал на себе во время сражения в банях гномьего короля Дриугатта. Оно происходило в горах Оша и тогда это ускорение было даровано мне их богом Дикаисом.

С тех пор я особенно не увлекался этой магией, по той простой причине, что на сверхскоростях очень быстро разрушаются суставы и потому что велик риск случайно убиться, наткнувшись на какой-то прочный предмет. То есть, когда двигаешься со скоростью три километра в час и ударяешься о стену, это неприятно, но не особенно критично. Зато если божественное ускорение разогнало не только реакцию и восприятие, но и саму скорость действий до 500 км/ч, то простой толчок в стену может быть очень болезненным.

Сейчас, в условиях специфической драки с бывшим королем Кольдера,