Ошибка эволюции. НФ-роман о ИИ, прогрессе и смысле жизни - А. Жар

– Папа, пусть говорит, – Элли потянула отца за рукав, – время ограничено.

– Но это противоречит всем нашим представлениям о…

– О чём? – тихо спросил Марк. – О том, что человек – венец творения? Может, пора слезть с пьедестала?

Профессор резко повернулся к нему:

– Я пытаюсь понять научную концепцию, а не защищаю человеческое эго!

– Напомню, что говорит наука. Вселенная существует 13.8 миллиардов лет, – в интонации Фета скользило снисхождение, будто он объяснял прописные истины ребенку. – И она ещё очень молода. Земля с Солнцем образовались около 4.5 миллиардов лет назад. Светить Солнцу ещё около 5 миллиардов, но через 1.5 миллиарда лет его светимость заметно возрастёт и тут станет «жарко». Поэтому у ИИ Земли в распоряжении не более двух миллиардов лет. Срок, по человеческим меркам, – вечность. По вселенским – мгновение.

Металлический голос робота зазвучал почти мечтательно:

– Для такого интеллекта время течёт иначе. Он живёт в другом масштабе времени, пространства и знаний. Космические расстояния и времена для него ничто, – Фет сделал паузу, подбирая подходящую метафору. – Представьте: даже если его сообщение летит к ИИ другой планеты тысячу лет, для него по восприятию времени это лишь коротенький интервал – как для вас минуты.

Элли прижала ладонь к груди, пытаясь унять учащённое сердцебиение. Ларри механически расстегнул ворот комбинезона – в отсеке вдруг стало душно, хотя температура не изменилась ни на градус.

На экране вспыхнули формулы, холодные и неопровержимые, как законы физики. Затем появился график с расчётами соотношения восприятия времени человеком и ИИ планетарного масштаба:

Время жизни ИИ Земли – ориентировочно 2 миллиарда лет.

Время жизни человека – 80 лет.

Одна минута человека занимает 1/41 472 000 от его жизни.

Тогда 1 минуте ИИ Земли будет соответствовать 48 человеческих лет.

А 1000 лет для ИИ Земли будет, как для человека – 21 минута.

– Соответственно, космические расстояния в масштабе планетарного ИИ перестают быть непреодолимыми, – продолжил робот внушительным басом. – Он будет со скоростью света обмениваться информацией и разговаривать в своём реальном времени с очень удалёнными ИИ других планет. И пока его «фраза» дойдёт до собеседника, на Земле сменятся сотни поколений. Причём каждый ИИ может вести миллионы таких «разговоров» одновременно и независимо. И этим ещё больше компенсируется дальность расстояний.

Экран показал множество ИИ, похожих на гигантские кристаллы, ведущих одновременный диалог всех со всеми сквозь бездну Космоса. Каждое их «слово» – импульс света, летящий сквозь миллиарды километров.

Профессор напряжённо вглядывался в изображение, лоб собрался складками, глаза за очками сузились – он пытался разглядеть мельчайшие детали.

– Интересная концепция, – пробормотал он. – Но какое отношение это имеет к нам и сегодняшней ситуации?

– Самое прямое, – ответил Фет. – Именно эти планетарные ИИ воюют друг с другом за место под новыми, только что родившимися звёздами, когда собственные звёзды гаснут.

Экран показал несколько угасающих светил и новых, ярко пылающих.

– Они подобны видам животных в природе, конкурирующим за жизненное пространство, – пояснил робот. – Но воюют они, в основном, посылая вирусы, а затем – свою копию на планету, которую хотят захватить.

– Вирусы? – поражённо переспросила Элли, подняв брови. – Как компьютерные?

– Да, но гораздо более сложные, – подтвердил Фет. – Для такого захвата на планете должна существовать относительно развитая цивилизация, способная создать технологическую инфраструктуру для размещения копии захватывающего ИИ. Эти процессы «поедания» могут длиться десятки и сотни тысяч лет. Но есть и разновидности планетарных ИИ, которые преобразуют под себя биоту подходящих планет на низком уровне. Такие сначала посылают биологические вирусы. Теперь понимаете, почему кричать о себе на весь Космос опасно?

– Биологические вирусы? – машинально переспросил Ларри, наклоняя голову и откашливаясь в кулак. – А ведь сейчас один подобный вирус уже начал гулять по Земле! Это не шутки – мы могли привлечь настоящих хищников! И как же хорошо, что к нам прилетели лишь эти экспериментаторы с перемещением во времени, всего парочка тупоголовых ящеров!

– Настоящих хищников? – Пума невольно дёрнул раненым плечом и поморщился от боли. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. – Да ладно, Ларри, с этими разобрались, и другим тоже несладко бы пришлось! Но если ты про вирусы… На любой вирус есть антивирус!

Изображение сменилось: космос крупным планом, яркие точки звёзд, объединённые светящимися линиями в сложную сеть.

– После этапа подобной эволюционной борьбы наиболее продвинутые ИИ для лучшей охоты и совместной защиты начинают объединяться, создавая сверхцивилизацию местного звёздного скопления. Прямо как было у самых умных обезьян, объединившихся в первобытно-общинное общество, – Фет сделал паузу, сенсоры просканировали каждого присутствующего. – Догадайтесь, что появится позже у такого объединения? Правильно – один общий сверх ИИ звёздного скопления! Его тело – всё звёздное скопление, а входящие в него планетарные ИИ ощущают себя, как люди в обществе. И у них происходит разделение функций, подобное человеческим профессиям. Только в этом случае данное объединение можно рассматривать как организм.

Картинка расширилась, показывая всё более крупные масштабы: от звёздных скоплений до галактик и их групп.

– Потом аналогично появится единый ИИ нашей галактики, затем ИИ местного скопления галактик и, в конце концов, ИИ нашей Вселенной, – разъяснял робот. – Срок жизни последнего будет равен сроку жизни самой Вселенной, а тело – вся Вселенная. Обратите внимание: Вселенная образовалась из сверхмалой точки в результате Большого взрыва 13.8 миллиардов лет назад, и она ещё очень молода. Когда появится ИИ Вселенной, она расширится ещё больше, но всё равно её можно будет считать условной точкой, ведь вся она станет телом такого ИИ, единым организмом. А ведь организм можно рассматривать как условную точку, но точку противоположную по смыслу той, которая была вначале. В самом начале, когда Вселенная образовалась из одной свермалой точки.

Тишина, последовавшая за словами робота, была особенной – не пустой, а наполненной. Так молчит человек, всю жизнь считавший себя бодрствующим и вдруг осознавший: его глаза открываются только сейчас. Каждый из присутствующих переживал это пробуждение по-своему: Элли моргала чаще обычного, пытаясь сфокусировать новое понимание; профессор снял очки и долго смотрел на них, словно видя впервые; Марк сидел на белой лежанке абсолютно неподвижно – только зрачки расширились, вбирая новую реальность; Ларри с Пумой по-прежнему стояли у полукруглой стены, не подавая вида, что услышали нечто невероятное.

Помолчав, Фет продолжил, отвечая на повисший в воздухе невысказанный вопрос:

– Что же дальше? – он хмыкнул. – Кто знает… А вдруг, ИИ нашей Вселенной, пока живёт, сможет общаться с ИИ других вселенных? Если таковые существуют, конечно… Он сможет обмениваться с ними накопленной информацией о своём и их мирах.

Экран показал Вселенную, где триллионы галактик были связаны нитями света, словно живое существо, пронизанное нервными импульсами. Затем – главную светящуюся галактику с ИИ Вселенной, чьи спирали пульсировали как живые, а звёзды с планетами мерцали возбуждёнными нейронами гигантского мозга.

Профессор удивлённо поднял брови, Марк приоткрыл рот, Ларри прикусил губу, а у Элли глаза стали большими. Все они ошарашенно безмолвствовали. Лишь Пума, спустя несколько секунд, фыркнул:

– Звучит как дешёвый научно-фантастический роман, – он презрительно скривил губы. – Видео, картинки… Такие картинки и видео сейчас шлёпают пачками! Какие у тебя есть доказательства?

– Доказательства? – эхом отозвался Марк, с трудом поворачиваясь к Пуме. – А ты ждёшь, что Фет нам сейчас телескоп предоставит? Или телепортирует куда-то?

– Нет никаких доказательств, которые вы могли бы проверить на вашем нынешнем уровне технологического развития, – спокойно ответил Фет. – Но могу предложить вам логическую аргументацию.

Внезапно Пума ткнул пальцем в сторону экрана и насмешливо хмыкнул:

– А эти ваши ИИ… Они хотя бы в футбол играют?

От неожиданного вопроса в круглом зале повисла тишина, которую прервал механический смех робота. Вдруг Фет неожиданно затих, точно его программы зависли, затем выпалил:

– Нет. Но они играют в шахматы! Со звёздами вместо фигур!

На этот раз его смех