Оскоров в ЦРБ - Валерий Александрович Гуров

— Сейчас такси вызову, и будете дома, — причитал сторож. — Лишь бы никто из знакомых не приметил. Ох, беда!

Парочка добралась до лестничного пролёта и неуверенной тяжёлой поступью не спеша направилась вниз. Я же поспешил ознакомиться с бумагой: три прыжка — и я у двери. Проворно юркнул внутрь. Ещё два шага — передо мной рабочий стол Ирины Леонидовны. Протянуть руку, и…

И бумага у меня:

«Прошу уволить меня с должности заведующей хирургического отделения поликлиники ЦРБ по собственному желанию».

Глава 18

Рассветное солнце тронуло стену моего кабинета. Свет пополз вниз, разбегаясь по всем углам. Жар нагревал воздух. И вот лучи добрались до лица женщины, дремавшей на кушетке. Она сморщилась и открыла глаза:

— Кто я? Где я?

— Доброе утро, — дружелюбно улыбнулся я, — вы Жанна Пьеровна Вальжан, вчера у вас была операция, — заботливо разъяснил я. — Что-нибудь болит?

Пациентка похлопала себя по телу, убеждаясь, что всё на месте. Один момент вверг её в смятение. Она приподняла укрывающую всё тело простынь и заглянула внутрь:

— Доктор, я же совсем голая! — вынырнула мисс Вальжан из-под покрывала.

Я привык, что людей после операции могут волновать разные, очень часто странные вещи, так что терпеливо ответил:

— Это вполне естественно. Вам же вчера выполнили оперативное лечение. Помните?

— Наверное… — смутилась обычно строгая и собранная женщина. — А…

— Ваши вещи лежат на тумбочке у изголовья, — предвидя вопрос, ответил я.

Мы устроили Жанне Пьеровне койко-место на кушетке моего кабинета. Я пристроил рядом свою тумбу, а девчата перенесли вещи — всё до последнего волоска.

Пациентка протянула руку и, нащупав сумочку, выдернула её к себе. В руках появился вчерашний конверт. В этот раз я мог рассмотреть его получше: разноцветный картонный прямоугольник с картинкой французских батонов на лицевой стороне конверта.

— Мы же с вами договаривались без денег! — мягко напомнил я женщине. — Обидеть меня хотите?

— Доктор, я знаю, что зарплаты у вас небольшие, — строгость и собранность вернулись к мисс Вальжан. — Я хочу выразить свою признательность! Вы сделали то, что я не в силах была реализовать своими силами больше года. Вы вернули меня к жизни!

В её глазах была решимость. Губы напряжённо сжались в тонкую полоску. И только глаза приходилось щурить — солнце играло на лице пациентки зайчиком.

Мне льстила такая трогательная решимость расстаться с деньгами. В наше время мы не мешали пациентам в таких намерениях. Но я не знал правила и порядки этого века, поэтому следовало проявить осторожность:

— И всё же я настаиваю, — проявил я твёрдость. — Если хотите помочь, помогите делом, когда попрошу? Услуга за услугу?

— Всё что угодно, доктор! — ухватилась за эту идею Жанна. — Я всю жизнь проработала юристом на предприятии. Обращайтесь в любое время дня и ночи, — пациентка спрятала в сумочку конверт и разыскала в закромах визитку. — Вот, возьмите, — протянула она мне карточку.

На такую «взятку» я был согласен. Улыбнувшись мисс Вальжан, я поблагодарил:

— Вот это другой разговор! Так что? — вернулся я к насущным вопросам. — Боли есть?

Пациентка помотала головой.

— Домой пойдёте?

В этот раз ответом мне стал кивок.

— Тогда одевайтесь, я вас провожу, — улыбнулся я ей.

Мы, как почтенная пара, взяв друг друга под локти, вышли в свет. Движения были плавными и осторожными. Шли не спеша. До начала рабочего дня оставалось более получаса — в поликлинике ещё было тихо и спокойно.

— Доктор, почти не болит, — обрадованно заметила женщина. — Мне на стоянку, я там припарковалась.

Шаг за шагом мы пришли к местной автостоянке. На пустой площадке скучающе ждали своих хозяев всего три серых, неприметных автомобиля. В моё время тут была база машин скорой помощи. Я окинул территорию взглядом: в этом здании была педиатрия, а тут приёмно-диагностическое отделение. Ностальгия обволакивала мой разум, раскидывая свои щупальца во все стороны. Но я не поддался:

— Ваш адрес в амбулаторной карте указан верно? — поинтересовался я.

— Да… — протянула Жанна Пьеровна, заводя машину. — Я всю жизнь прожила в этой квартире.

Мотор мерно загудел. Я помог женщине сесть за руль. Она немного скривилась — при напряжении мышц появлялись боли.

— Посмотрите на меня, — обратился я к пациентке. — Вам нужен покой. Отложите все дела, отдохните несколько дней. Почитайте книгу, посмотрите телевизор. Хорошо?

— Как скажете, доктор, — Жанна Пьеровна всецело доверилась мне.

— Сегодня вечером Вас перевяжет мой коллега, а в четверг, я сам вас проведаю, — продолжил я наставления. — Вот тут расписано, что вам следует делать на этой неделе, — я вынул из нагрудного кармана сложенный вдвое лист и протянул его женщине.

— Спасибо, доктор, — мисс Вальжан заботливо спрятала рекомендации в сумочку.

— И последнее. Вы работаете? Вам больничный выписать?

— А можно? — удивилась женщина.

— Конечно. На недельку выпишу, — предложил я.

Её лицо осветила улыбка. Она обрадовалась, как дитя.

— Тогда выпишите, пожалуйста. До встречи!

— До встречи. И поправляйтесь.

Машина тронулась и скромно, не привлекая к себе внимания, поползла прочь от поликлиники. Я провожал её взглядом. Стоял и наслаждался прекрасным утром.

Дело сделано. Операция прошла успешно. Ранних послеоперационных осложнений не предвидится. Я смог помочь пациентке, привлечь Толика и Марию к настоящей хирургической работе. А главное, мы смогли сохранить конфиденциальность.

Процесс запущен.

* * *

В поле моей видимости ворвались две машины. Они появились из-за поворота и с критически опасной скоростью мчались по территории ЦРБ. Это были два БМВ Икс пять.

Они гнали в мою сторону — шли один за другим, впритирку, практически соприкасаясь. Если бы первый резко затормозил, не миновать аварии. Машины промчались мимо меня, разрывая воздух, и въехали на огороженную территорию.

«Стоянка для избранных?» — структурировал информацию мой мозг.

Резкое торможение. И первый БМВ припаркован. Его номер «КМН 003». Рядом через секунду, поднимая пыль, замирает вторая машина с автономером «КМН 001».

Крутые ребята? Надо посмотреть, что к чему.

Из первой машины выскакивает Наташа и быстрой походкой устремляется к поликлинике. А это значит, ко мне на встречу. Из второй выпрыгивает Васька и бежит за дочерью.

— Ты совсем рехнулась? Дура! — орёт он ей вслед. — Стой! Стой, говорю!

Девушка не