Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

— Возможно, стоит остановиться на обед?

— На обед? — переспросил старик. — Дело хорошее. Я вовсе и не против, особливо если вы угощаете. Но вот беда: трактиры, они, как следует из названия, при тракте, а мы, вашмлось, изволим направляться в самую глушь. Здесь никто трактир или корчму заводить не станет, а кто станет, живо прогорит, без проезжих-то. Кого тут кормить, волков? Так они, твари серые, прям как вояки: скотину задрать завсегда рады, а платить не желают.

— В таком случае можно устроить привал.

— Тоже дело хорошее, — отозвался Лешек. — Вот следующий лесок проедем, там аккурат подходящее место будет. Ручей рядом, лошадок напоим.

Следующий «лесок» оказался гуще и темнее своих предшественников. Здесь росло больше елей, под ними держалась старая тень, пахнущая смолой, влажной хвоей, грибами и холодной землёй. Дорога сузилась, потом почти исчезла под опавшей хвоей. Ветер наверху шевелил кроны, но внизу было тихо, словно даже птицы старались держаться в отдалении… от чего?

Задумавшись, я едва не пропустила кучу валежника в полусотне футов от дороги. Слишком аккуратно-симметричная… и оттуда слабо пахло людьми. Мокрое сукно, металл, дешёвый табак, ржаной хлеб. Потом я различила тёмную щель и отблеск глаз.

— Землянка слева, сэр. Не меньше трёх человек, вооружены.

Говорила я достаточно громко, чтобы меня услышал не только Кард, но и передовая пара, Марко и Лешек. Впрочем, старик не стал уверять, что мне почудилось, а, напротив, довольно кивнул.

— Добре. Значит, и лежка кабанья недалече.

— А как же «до темноты доберемся»?

— Так я ж еще сказал «или раньше», — отшутился Лешек. — Вот оно и вышло раньше. Разве ж плохо?

Сзади донеся птичий свист. Неплохо, но у настоящей птицы звук имеет дыхание, маленькие колебания. Здесь в манок явно дудел человек, и вообще иволги уже должны улететь на юг.

Другой манок отозвался из-за поворота дороги длинным вскриком черного дятла — уже лучше, дятлы в лесу встречаются. Сбоку между деревьями что-то мелькнуло… хрустнули ветки… ветер донес запах табака.

— Окружают, — весело шепнула Клэр. — Вот умора.

— И встречают, ф– добавила я, глядя, как на дорогу выходит человек. Широкоплечий, в чёрной меховой безрукавке поверх тёмной рубахи, с широким поясом и портупеей, на которую подвесили длинную изогнутую саблю. Темные, слегка вьющиеся волосы до плеч и довольно ухоженная для лесного сидельца борода. Взгляд… пока оценивающий, но уж точно не теплый.

Лешек спрыгнул с коня и двинулся ему навстречу. Я попыталась прислушаться, но, как назло, ветер задул вдоль тропинки, снося звуки дальше в лес — так что до меня долетали лишь обрывки: «дорога», «груз», «аранийцы». Бородатый повстанец слушал, а его глаза тем временем методично прошлись по нашему отряду.

Потом Лешек повернулся и махнул рукой. Марко и Кард подъехали ближе и также слезли с коней, встав за Лешеком. Я заставила лошадь придвинуться ближе, но пока осталась в седле.

— Подхорунжий Витольд, — голос у «кабана» оказался низкий, немного хриплый, как у человека, который часто вынужден орать на ветру. — Товарищ командира отряда. Лешек сказал, вы из Арании. Цельный полковник со свитой.

— Про полковника верно, — отозвался Кард, — про свиту не очень.

— И с какой целью заявились в наши края?

Марко шагнул вперед.

— Послушайте, вашмлость подхорунжий.

— Помолчи пока! — резко скомандовал Витольд, пристально глядя в лицо Карда. — Захочу спросить у тебя, так спрошу. А сейчас хочу послушать, что скажет полковник.

Глава 19

В которой Фейри Грин смотрит в небо

— Могу вас заверить: цель нашего путешествия никак не противоречит вашим! — произнес полковник. — Надеюсь на ваше понимание… ничего больше я сказать не могу.

— Надеетесь, значит, — повторил Витольд, и от его голоса моя рука словно сама по себе потянулась к револьверу. — Когда-то и мы надеялись. Ждали, что Арания обратит внимание на тех, кого называла первыми среди союзников и клялась в дружбе на века. Один корабль под королевским флагом, и страна бы полыхнула от можа до можа. Но годы шли, а корабля в небе все не появлялось, зато в портах не протолкнуться от купцов под аранийской тряпкой. Как оказалось, вашим торгашам всё равно, у кого покупать лён и пеньку.

Мне с трудом удалось сохранить неподвижное лицо, сдержав хихиканье. Уж про клятвы людей вообще и аранийских королей в частности я могла бы рассказать много разного. Забавно узнать, что некоторые люди оказались подвержены иллюзиям еще сильнее, чем когда-то эльфы.

— Я мог бы сказать, — начал Кард, — что правительство Её Величества не отвечает за действия отдельных коммерсантов…

— Правительство Её Величества, — перебил его Витольд, — вообще ни за что не отвечает. И никому.

— … но, — невозмутимо закончил фразу полковник, — не вижу в этом смысла. Я офицер, а не политик.

Несколько мгновений Витольд вглядывался в его лицо, затем понимающе кивнул.

— Куча дерьма, да?

— Как всегда, — подтвердил Кард, — как и везде.

— Эт-точно, — повстанец сделал шаг в сторону, сходя с тропы. — Ладно, потолкуем еще в лагере, с командиром. А пока… приглядывай за своими. Не у всех наших нервы в порядке, — вскинув голову, он посмотрел на меня и добавил: — особенно за ушастой.

— Ушастая, — не выдержала я, — умеет приглядывать за собой.

На лице Витольда появилось что-то вроде кривоватой улыбки.

— Посмотрим, вэнда.

* * *

Людям свойственно пытаться отложить неприятные решения или дела. «Завтра, завтра, не сегодня» — и так до тех пор, пока реальность не начнет ласково постукивать чугунным кулаком по темечку.

Я повела себя как человек, и осознание данного факта не доставляло ни малейшей радости. Но будь возможность отложить накачку баллона еще немного, поступила бы именно так. Муки совести неприятны, но терпеть их проще, чем ноющие мышцы. А у меня и так уже ныло почти все, от шеи до пяток.

Сегодняшняя ночевка происходила уже на территории княжества. За проведённой кем-то линией, где кончались одни законы и правила и начинались другие, по слухам, куда менее правильные. Оружие могло потребоваться в любое мгновение, а использовать подаренные Марко ручные пушки по прямому назначению, а не в качестве метательного оружия или предмета ударно-дробящего действия мне хотелось ещё меньше, чем качать насос.

Костер