Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

вина, как это сделал царь Кир, и напасть на них когда они перепьются? Это мне уже предложил Герон, но я был вынужден отклонить эту идею. Скифы за всю свою историю дважды попадали в винную ловушку и в третий раз точно не попадут. Не стоит считать своего врага глупее себя.   

 - Мне кажется, есть возможность заставить скифов сразиться с нами в большой битве  – осторожно произнес бритоголовый советник.   

 - Ты явно перегрелся на солнце мой дорогой Нефтех. вспомни Дария, который гонялся за скифским войском и так не смог навязать им решающего сражения. Или может быть, ты плохо читал Геродота и других ученых историков? – спросил монарх.

 - Нет, господин. Именно история царя Дария, изложенная Геродотом, как раз и натолкнула меня на одну очень смелую и рискованную мысль. 

  Александр моментально утратил апатию и насторожился подобно боевому коню, услышавший звук тревожной трубы. Египтянин всегда говорил дело. В этом царь уже неоднократно убеждался.

 - Вспомни, что ответил Дарию скифский царь Иданфирс, когда тот прислал ему письмо с упреками в нежелании сразиться. «Если ты хочешь испробовать силу нашего оружия, то попробуй осквернить могилы наших предков». Царь Дарий не рискнул это сделать и, в конце концов, силы его войска были основательно подорваны многочисленными набегами скифской кавалерии. 

 - Что же ты предлагаешь мне разрывать их погребальные курганы, в надежде на скорую битву с Теродамом? – с негодованием бросил упрек, собеседнику Александр, указывая рукой на два больших погребальных кургана видневшихся слева от македонского лагеря.   

 - Зачем эти курганы? – удивился египтянин. – В шести днях пути отсюда, в Борисфен впадает река Герро, на берегу которой находятся древние захоронения скифских царей, о которых и говорил Иданфирс.

 - Я думаю, что тебе следует послать Теродаму гонца, с известием о твоем желании вступить в честный бой, который и выявит среди вас победителей. Если же скиф отклонит твой вызов, то тогда ты двинешься к Герро, чтобы разорить погребения его предков и тем самым заставишь его, скрести с тобой оружие.

  Для степняков, подобный вызов очень хлесткая пощечина по их самолюбию и каковы бы не были тактические планы скифского вождя, он будет вынужден принять твой вызов. Ибо простому скифу, никак нельзя объяснить мудрыми военными выкладками, причину, по которой,  чужеземец так бесславно унижает их царя.    

 - Твой гений, продолжает удивлять меня Нефтех. даже прочитав всю историю Геродота не один раз, я никогда не додумался, что можно так сыграть на чувствах противника – радостно воскликнул Александр.

 – Решено, завтра же отправляем послов к Теродаму и готовимся к жестокой битве. Не думаю, что после таких слов, ярость не вскипит в сердце владыки сколотов.

  Сказано, сделано и уже утром следующего дня, два всадника с коротким письмом для Теодорама, устремились вдогонку за отступавшим войском противника. Из любви и уважению к Александру, они сами вызвались отвезти царское письмо, владыке скифов, хорошо понимая, что могут не вернуться из своей миссии. 

  Как не странно, но скифы доставили их к шатру царя Теродама в целости и сохранности. Оставив оружие снаружи, гонцы вошли внутрь и, не доходя десяти шагов до вождя сколотов, передали ему послание Александра. На их счастье Теродам не владел грамотой, точно так же как и его соратники, стоявшие вблизи его трона.

  Поэтому, дабы не демонстрировать своё невежество, Теродам не взял в руки послание Александра, и гордо выпятив вперед тяжелую массивную челюсть, властно произнес:

 - Ваш хозяин скоро узнает мой ответ! – чем вызвал радость в рядах всех присутствующих. Скифы радовались столь удачному, по их мнению, ответу царя, а гонцы, что в царский лагерь они вернуться сами, а не их отрезанные головы, завернутые в полотняный мешок. 

  Когда толмач перевел владыке царских скифов письмо Александра, реакция царя была вполне ожидаемая. Лицо скифа покрылось красными пятнами, ноздри от гнева раздулись, а глаза метали грозные молнии.

 - Клянусь Великой богиней матерью Табити и богом Папеем, что македонец жестоко заплатит мне за свои жалкие угрозы! – гневно выкрикнул царь, полностью позабыв о своих прежних планах по изматыванию противника частыми наскоками.

 - Таргитай! – приказал он своему главному воеводе – прикажи к завтрашнему полудню, собрать всех моих воинов способных носить оружие. Мы проучим зарвавшегося македонца, осмелившегося угрожать священным могилам наших предков. Я растопчу его мощью своих дружин так, что от наглеца не останется  мокрого места. Пленных не брать!

  Таково было повеление Теродама и точно в назначенный им срок всё войско скифов было построено перед его шатром. В основном это были всадники, но среди них, подобно  могучим островкам в широком море, стояли и пешие отряды, вооруженные копьями и мечами. Им предстояло двигаться  пешком или на повозках, которые в большом количестве имелись в распоряжении скифского царя. 

  Два дня длился марш бросок войска сколотов, на встречу армии Александра. Был уже вечер, когда разведчики донесли царю, что враг обнаружен там, где и предполагалось. Македонцы разбили хорошо укрепленный лагерь и терпеливо ожидали появление противника.

  Следуя примеру неприятеля, Теродам, так же разбил лагерь, предварительно окружив его своими повозками, скрепленными между собой цепями и канатами. Это был прием обороны, хорошо проверенный за многие годы степной войны.

  Ночь прошла спокойно, и едва только солнце выглянуло из-за горизонта и стало стремительно подниматься ввысь, как скифы стали покидать свой лагерь. Теродам бодро раздавал команды своим командирам по построению войска, хотя в глубине его души,  ворошился скользкий червь сомнения. Царь уже не раз пожалел, что отдал приказ о нападении на Александра, хорошо понимая, что потери от этой битвы могут серьезно поколебать могущество сколотов в великой степи. 

  Теродам ничуть не отступил от своей обычной схемы построения войска. Всю свою пехоту, под прикрытием легкой конницы он разместил по флангам, тогда как в центре расположил свой главный ударный кулак, тяжелую кавалерию, с помощью которой он неоднократно проламывал греческие фаланги, боспоритов и херсонесцев. Точно так же был разбит и Зопирион, посмевший вторгнуться во владение Садала и жестоко поплатился  своей головой и жизнями своих гоплитов. 

  Царь был полностью уверен, что и на этот раз скифские боги не оставят щедрой  милостью своих потомков, даруя им победу над врагом. Соблюдая древний обычай, Теродам щедро напоил священный клинок скифов жертвенной кровью рабов, которые всегда были у скифов наготове для этого случая. 

  Стоя в окружении воевод, владыка скифов внимательно наблюдал