Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

class="p1">  Как не устал Сисила за время боя, постоянно орудуя тяжелым копьем,  охваченный яростью и горем он столь стремительно метнул своё оружие в противника, что тот не успел уклониться от летящей в него смерти. Ярко блеснув своим жалом на солнце, копьё пролетело над щитом обидчика Сисилы и воткнулось точно между краем доспеха и его мускулистой шеей. 

  Острое лезвие копья насквозь пробило горло царя скифов, и разорвав связки, мышц прочно застряла кости позвонков. Словно кряжистый дуб, подрубленный топором дровосека, рухнул из золоченого седла могучий Теодорам, чтобы принять быструю смерть под копытами, бешено дерущихся между собой коней.

  Сисила и не догадался бы кого сразил его меткий бросок, если бы близь стоящие него скифы не вскинули бы к небу свои руки и громко и горько закричали: - Погиб, погиб великий Теродам! Смерть его убийце!

  От верной смерти, перса спасла лишь сутолока, не позволившая скифам быстро отомстить за смерть своего царя, а так же тот факт, что по ошибке скифы, приняли за убийцу Теродама другого царского кавалериста, позарившегося на богатое ожерелье и склонившегося над телом вождя сколотов. Сорвав с окровавленной груди Теродама массивную золотую гривну, он уже начал подниматься в седло, как подлетевший со стороны скиф со всего маха нанес страшный удар своей секирой, который разрубил незадачливого мародера пополам.

  Позже, когда тело Теродама было опознано, благодаря личной метке на древко копья Сисила смог доказать свою победу над вождем сколотов, чем обеспечил себе пожизненную пенсию от царя Александра.   

  После гибели царя, скифы ещё продолжали упорно сражались с противником, строго памятуя о том, что тело вождя недолжно достаться врагу. Словно за живого, яростно бились скифы с катафрактами вокруг бездыханного Теродама, стараясь отогнать от него врага, чтобы затем вывезти с поля боя. 

  Видя, как упорно бьются за тело своего вождя скифские воины и вожди и при этом, даже не помышляя о возможности отступления, Эвмен быстро выдвинул в передние ряды фаланги арбалетчиков, которые принялись методично, залпами своих тяжелых стрел, безнаказанно выбивать скифских кавалеристов одного за другим, укрывшись за щитами гоплитов. 

  Арбалетчики оказались той последней каплей, которая переполнила чашу терпения скифов и, позабыв про всё на свете, они устремились на прорыв несколькими отрядами, прокладывая себе дорогу копьями и секирами.   

  Только небольшой части скифской кавалерии удалось благополучно прорваться через  ряды катафрактов, и устремились в бегство, чтобы принести в бескрайние южные степи, трагическую весть об ужасном поражении армии сколотов. Однако большая часть конных скифов полегла на поле брани, на веке оставшись лежать вместе со своим вождем и его свитой.   

  Очень многие знатные скифские вожди в это день приняли смерть, предпочтя её плену или позорному бегству не отстояв тела своего царя, обреченно сражаясь до конца и, стремясь при этом как можно дороже продать врагу свои жизни.

  Разгневанный большим числом раненых и убитых в этой битве и, не желая более тратить силы на укрывшихся в лагере скифов, царь приказал Эвмену забросать  сцепленные повозки огненными снарядами

  Вновь глухо застучали ковши, выбрасывающие свои смертоносные грузы, заскрипели вороты, забегали рабы, засуетились механики возле своих прицельных рам. Не прошло и десяти минут, как скифский лагерь уже пылал, устилая всё вокруг густым черным дымом, низко стелящийся над землей.      

  Те, кто пытался вырваться из горящего лагеря, был немедленно убит царскими солдатами, плотным кольцом окружившие его. Они убивали всех, даже тех, кто бросал оружие и поднимал руки, в надежде на милость победителей. Особенно отличились скифы с Спарага, которые с большим рвением расстреливали из луков убегавших сколотов, продолжая сводить с ними свои старые родовые счеты. 

  Был уже поздний вечер, когда в царский шатер, к усталому, но довольному Александру вошел Нефтех. В числе других боевых соратников, царь пригласил его на свой торжественный пир, но египтянин не был празднично настроен. Вместо того чтобы сесть на свое место возле стола, он подошел к Александру и обратился к нему с такой речью.

 - Прости меня великий государь, если своими словами я оторву тебя от справедливого празднования твоего великого триумфа, но интересы дела принуждают меня к этому.

  Тишина прокатилась по царскому шатру. Все находящиеся в нем военачальники с тревогой и удивлением смотрели на царского советника посмевшего говорить о делах в такой момент. Александр вначале недовольно поморщился, но затем кивнул головой Нефтеху, позволяя продолжить ему речь. Как бы, не устал и утомился  в этот день Потрясатель Вселенной, но он хорошо знал, что египтянин обращался к нему непросто так. 

 - Говори Нефтех. Я очень надеюсь, что причина, побудившая тебя к этому очень важна – изрек Александр и советник продолжил свою речь. 

 - Причина, подтолкнувшая меня потревожить твое внимание в этот радостный момент, очень проста и вместе с тем крайне важна, ибо касается сохранности числа твоего войска государь. Сегодня ты разбил царя сколотов Теродама, но ещё остался царь тавров Панасогор. Я полностью далек от мысли, что в ближайшие дни он сможет напасть на нас, но вот сильно затруднить наш дальнейший поход это в его силах.

  Гул удивления раздался за спиной советника, но он моментально стих едва только Александр требовательно поднял вверх свою правую ладонь.

 - Продолжай Нефтех, но я только не совсем понимаю смысл твоих слов. Всем известно, что Панасогор самый слабый из трех скифских царей.

 - Я полностью согласен с тобой государь, что Панасогор не обладает мощью Теродама и Садала, и я бы, не посмел тебя тревожить, но есть один важный момент, заставляющий по-иному взглянуть на владыку степей Тавриды. 

 -  И что это? – недовольно хмыкнул Калисфен командир царских дилмахов ,– тайное донесение твоих шпионов Нефтех? Или бессмертные боги раскрыли тебе замыслы враг?

  Легкий смешок пронесся по залу, но он сразу замер, как только военачальники заметили, что царь не поддержал шутку Калисфена. 

 - Нет, Калисфен. Это всего лишь история Геродота. Вспомни государь, что случилось со скифами возвратившимися домой из мидийского похода. Их встретили рабы вступивших в их отсутствие в связь со скифскими женами, во главе с царицей Агнией. Вкусив  свободы, они не захотели вновь становиться рабами и поэтому взялись за оружие. По своей численности, они не уступали своим вернувшимся господам, но противостоять им в открытом бою, пешими против конницы они не могли.

  Поэтому они возвели огромный оборонительный вал на всем протяжении перешейка, соединяющего Тавриду