Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

с остальной Скифией. Этот вал, не только уравнял их силы со скифами, но и позволил легко отразить все атаки врага. Только божье проведение, подсказавшее скифам сменить мечи и копья на плети, позволило им овладеть валом и вернуться к своим очагам хозяевами.

 - Довольно! – остановил его Александр – я понял твою мысль Нефтех. ты как всегда оказываешься правым. Хоть за все это время вал осел и частично был срыт, ничто не составляет большого труда для Панасогора быстро восстановить его и встретить моё войско в полной готовности.

  Царь покинул свое праздничное ложе и подошел к египтянину.

 - Действительно, в своих расчетах я не учел этого, а в распоряжении царя Тавриды, было, много времени – сокрушенно признался он своим полководцам.

 - Может это и так, а может, и нет! – высказал свое сомнение Калисфен. – возможно, что Панасогор все это время просидел дома, в ожидании того, когда Теодорам разобьет нас.

-  Возможно, ты и прав стратег, однако я не привык считать своих противников глупее себя, и это часто помогало одерживать над ними победы. Итак, решено. Завтра утром ты Калисфен вместе с лучниками Филона и конниками Спарага отправитесь к скифскому валу и, заняв его, будете удерживать до подхода остальных сил армии

  Уж пусть лучше лишний раз подуть на воду и посмеяться над собой, чем встретить готового к обороне противника, опередившего тебя всего лишь на день и платить за этот промах жизнями своих воинов. Они мне ещё пригодятся у стен Херсонеса и Пантикапея.  А теперь давайте праздновать нашу победу. 

  Александр двинулся к своему ложе, но на полпути остановился, и что-то вспомнив, дал знак слуге Филомену. Тот быстро подошел к царю, держа на руках поднос, прикрытый тканью. Все с интересом смотрели в сторону слуги, который встал по правую руку Александра, сохраняя на лице каменную маску.

 - Я всегда высоко ценил твоё мнение Нефтех, считая тебя одним из лучших моих подданных. И твоя сегодняшняя прозорливость и щепетильность в отношении Панасогора лишнее доказательство того. Поэтому, я решил выделить тебе самую лучшую часть нашей боевой добычи, которая досталась нашему войску в этот день.

  С этими словами, Александр сдернул кусок ткани с подноса и взял в руки какой-то маленький предмет. Собравшиеся воины с удивлением смотрели на царя, теряясь в догадках, пока тот не приподнял его вверх и не встряхнул его.

  Это был широкая налобная кожаная лента, обильно украшенная золотыми бляхами с драгоценными камнями по-средине, густо нашитыми на неё. Посредине ленты красовался большой изумруд, поражая царских товарищей своей завидной чистотой и прозрачностью. 

 - Корона Теродама! – пронеслось по рядам приглашенных на пир воинов, и царь немедленно подтвердил это.

 - Да, её нашли на голове царя скифов, когда сняли шлем. Говорят, что Теродам не расставался с ней даже во сне – Александр ещё раз встряхнул ленту, давая возможность драгоценным камням поиграть в лучах многочисленных светильников, и величественно протянул её египтянину.

 - Бери этот трофей Нефтех. ты полностью заслужил его всей своей деятельностью. Пусть все знают и помнят, как щедро я награждаю каждого, кто мне служит верой и правдой.      

  Так, Александр отметил заслуги своего советника, который оказался полностью правы, поскольку, когда македонская конница прибыла к знаменитому скифскому валу, то оборонительные работы на нем, уже активно велись.

  К радости Калисфена, скифы еще не успели полностью завалить все дороги ведущие внутрь полуострова. Пригнанные ими из Неаполя рабы были не столь многочисленными и работящими, а сами скифы даже под угрозой смертельной опасности не собирались выполнять рабскую работу.

  Царская кавалерия подошла к валу поздно вечером и ночная темень позволила македонцам незаметно провести разведку местности, благо, что за вал скифы не выставили сторожевые посты. Узнав о том, что не все дороги через вал закрыты, Спараг быстро уговорил Калисфена рано утром предпринять атаку, суля командиру дилмахов большой успех.

  Если Калисфен вначале колебался, то пойманный дозорными раб бежавший от скифов, полностью подтвердил предположение царевича о слабости сил противника.

 - Больших сил на валу нет – горячо убеждал македонцев беглец -  скифы только сторожат нас и наблюдают за степью. Главные силы Панасогора будут через день другой.               

  Калисфен приказал взять раба под стражу, пообещав ему мучительную смерть, если его слова окажутся ложью и богатую награду, если успех будет на их стороне.

  Атака македонцев превзошла все ожидания. Рано утром, конная лава прорвала караульное заграждение на ещё не перекрытой дороге и обрушила всю свою мощь на оторопевших скифов, истребляя их поодиночке.   

  Едва только всадники Калисфена проникли за вал, как все пригнанные скифами рабы, стремительно бросились в разные стороны, создавая большую помеху своим хозяевам, которые не знали, что делать, сражаться с врагами, или приводить к покорности своих рабов. 

  Так или иначе, но уже к полудню, македонцы стали хозяевами положения на валу и приступили к спешной расчистке завалов созданных противником и созданию новых, но теперь против скифов Панасогора, активно используя для этой цели уцелевших рабов.

  В течение двух дней конники Калисфена удавалось отражать атаки противника. Под прикрытием конных лучников, дилмахи вооруженные щитами, дротиками и мечами, успешно противостояли кавалерии противника. Однако как не хороши были его успехи, Калисфен каждый день отправлял к Александру гонцов с просьбой о помощи, опасаясь, что его всадники не выдержат удара тяжелой кавалерии скифов, ожидаемой со дня на день.

  Опасаясь этой ударной силы противника, по совету Филона, Калисфен приказал рабам вырыть перед позициями множество ям ловушек, но это было для него слабым утешением.

  Вняв мольбам командира дилохов, Александр пошел на риск и отправил большую часть катафрактов к валу, сознательно оголяя конное прикрытие фаланги. Ударь в этот момент по царскому войску, уцелевшие сколоты, и они могли бы славно отомстить за своего погибшего вождя, но в это время они были заняты другими проблемами. 

  Едва только стало известно о смерти Теродама, как среди уцелевших скифских вождей вспыхнули распри в споре за верховную власть над сколотами. Кроме этого, обострилось положение на восточной границе противостояния царских скифов с сарматами прибывших из-за Танаиса.

  Дурные вести имеют скверное свойство, очень быстро распространяются по бескрайним просторам степи и когда беспокойные соседи узнали о трагедии сколотов, они тут же поспешили воспользоваться этим обстоятельством и стали атаковать скифские приграничные поселения. С большим трудом сколотам удалось остановить