Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

и мочи. Я зажмурился, притворяясь, что тру веки, и сосредоточился еще сильнее. Резко открыв глаза, я уловил едва заметные нотки корицы. Выбрав маленький розовый браслет, я надел его на запястье и положил на стойку золотую монету. Поблагодарив продавщицу, я попытался напасть на след этого тонкого аромата. Он провел меня мимо рядов разнообразных магазинов и киосков – в них продавалось все, от фруктов до оружия. Я резко остановился перед женщиной, торговавшей небольшими лиловыми фруктами.

В самом центре прилавка, где не хватало одного из плодов, я почуял слабый запах.

– Хотите?

Наклонив голову, я сделал еще один глубокий вдох. Меня охватило волнение. Я был почти уверен, что прав. Может, мои поиски, наконец, подходят к концу.

– Вы уже много продали?

Продавщица покачала головой.

– Нет. Кто-то украл один фрукт, а затем город и вовсе обезумел. Люди только недавно начали снова выходить из домов.

– Обезумел? – переспросил я.

Она кивнула.

– Недавно по улице бежала женщина с огнем в руках.

– Бежала? – Мой интерес возрос еще сильнее. – Куда?

Женщина указала мне за спину.

– Туда, в переулок.

Я протянул ей несколько монет и отошел от прилавка. Женщина поблагодарила меня и хотела вручить мне несколько фруктов, но я проигнорировал ее, направившись в указанную сторону. Как только я повернул за угол, запах Дианны ударил мне в нос. Я следовал за ним мимо еще одной вереницы продавцов, пока не оказался в тупиковом переулке. Мой взгляд привлекло идеально круглое обгоревшее пятно на стене.

Почти неосознанно я провел пальцами по отметине. Мое сердце ритмично забилось, глаза горели. Здесь я не чувствовал ничего, кроме нее и запаха дыма. Вымещала ли она свой гнев или просто сломалась, потеряв Самкиэля? Я опустил руку, печаль сжала мое горло в тиски – я вспомнил последний раз, когда мы были все вместе на том званом ужине. Как мы смеялись и шутили, и как все закончилось. Теперь все это сгорело дотла. Ничего, кроме воспоминаний – таких же черных и обгоревших, как пятно на стене.

– Ты ищешь темноволосую девушку?

Я обернулся и увидел маленькую женщину, стоящую в конце переулка. Она несла кучу тряпок и одежды.

– Ты ее знаешь?

Она покачала головой, прежде чем нервно обернуться и кивнуть мне, чтобы я последовал за ней. Не говоря ни слова, она провела меня в глубь города. Мы петляли по улицам, застроенным маленькими зданиями, пока не добрались до одного неприметного домика, который, как мне показалось, принадлежал незнакомке. Остановившись, моя проводница отодвинула кусок бежевого брезента, заменяющего дверь, и нырнула внутрь.

– Ты разминулся с ней на день или около того, – сказала она, опуская корзину и поворачиваясь ко мне.

Она сняла шляпу, позволив длинным каштановым волосам рассыпаться по спине.

– Она была здесь. Что ты видела?

Девушка обошла грязный стол и заварила чай, теплый аромат наполнил маленькую неухоженную комнатку.

– Я знаю, что ты один из солдат Нисмеры.

Я нахмурился.

– И откуда ты это знаешь?

Она взглянула на меня через плечо, изучая мое лицо.

– Твои глаза. Так выглядят только те, кто пережил что-то страшное.

Я ничего не сказал.

– И, конечно, никакая одежда не сможет скрыть твои мускулы. Наши рыбаки так не выглядят.

– Где ты видела ее в последний раз? – снова спросил я, отмахиваясь от непрошеного комплимента, пока девушка наливала чай.

Она сделала глоток. Я видел, как дернулось ее горло, и мое сердце заколотилось. Черт. Когда я в последний раз ел?

– На главной площади после пожара, – сказала женщина, ставя чашку на стол.

Я видел, как пульсировала вена на ее шее. Я чувствовал, как вибрирует вся комната, но дело было вовсе не в ней. Это был звук ее сердца – сильного и полного жизни. Я почувствовал покалывание в деснах и провел языком по острым клыкам. Мой живот заурчал. Или это было рычание?

– Ты голоден? – спросила она, поворачиваясь ко мне. – Думаю, ты долго сюда добирался, особенно на лодке.

Я кивнул, выдавив из себя улыбку и стараясь не показывать зубы.

– Что еще ты можешь мне рассказать? Куда она пошла?

– Ах да. – Она вытерла лоб рукой. – Остальные вряд ли что-то расскажут, но она превратилась в огромного чешуйчатого зверя и улетела. На секунду она закрыла собой солнце, и все пришли в ужас. Мы думали, что она собирается всех нас сжечь, но она просто улетела, оставив здесь своих друзей.

– Друзей? – переспросил я, когда незнакомка потянулась к своей корзинке.

Она кивнула, вытаскивая простыню и вешая ее на веревку, натянутую в углу комнаты. Я подошел ближе, скрестив руки на груди.

– Да, – сказала она, наклоняясь, чтобы достать что-то еще.

Края ее блузки распахнулся, обнажив грудь. Темно-синие вены бежали прямо под кремовой кожей, поднимаясь к тонкой, изящной шее. Мой рот наполнился слюной. Я сжал руки и отвел взгляд от искушения.

– С ней были джентльмен и ребенок.

Запрокинув голову, я принялся считать. Самкиэль никак не мог сделать Дианну беременной, а если бы это и случилось, то ребенок бы еще не ходил. Я покачал головой. Было ясно, что мужчина с ней – Реджи. Остальное оставалось под вопросом.

– Ребенок?

Я обернулся, когда она положила руку на свое бедро.

– Да, милый ребенок. Они выглядели семьей. Мужчина и девочка улетели на спине торука. Я не знаю, куда они направились. Как я уже сказала, мы все спрята– лись.

Я кивнул, приложив руку к губам и проговорив сквозь пальцы.

– Спасибо.

– Конечно. Я рада, что смогла помочь.

Она улыбнулась и продолжила развешивать белье.

Мне нужно было уйти, пока я не сделал что-то, о чем пожалею. Может, я смогу найти здесь какую-нибудь еду… Внезапно воздух наполнился запахом крови, и она выругалась.

– Ой, – вскрикнула женщина. – Иногда я забываю вытаскивать булавки.

Я оказался перед ней еще до того, как она успела отвести взгляд от капли крови на пальце.

– Что…

Ее слова замерли на языке, когда она увидела мое лицо, глаза и клыки.

– Нет, нет, нет. Ты один из них!

Крошечная капелька крови блестела на подушечке ее большого пальца. Она ударила меня по плечу, пытаясь вырваться, пока я прижимал губы к ее пальцу. Одна капля крови, и вся моя нервная система была взбудоражена. Это напоминало мне о том, как мы с Логаном воровали сладости и объедались ими втайне от других – только гораздо лучше.

– Мне так жаль, – сказал я, отпуская ее руку и хватая за горло.

– Ты звал меня? – поинтересовался я.

– Ты что-нибудь узнал? – спросил Каден.

Я взглянул на женщину, лежавшую