Перекрестки миров. Том 1 - Джек из тени

лязгом, начали выкатываться блестящие, не тронутые боем танки и БМД. Десантники, быстро спрыгивали с брони и с ходу вступали в бой, занимая оборону рядом с измотанными бойцами Романовского. Танки, не останавливаясь, шли вперёд, поливая врага огнём из пушек и пулемётов.

Эффект был ошеломляющим, даже для свежих сил ушастых. Толкинисты, привыкшие к тому, что русские только отбиваются, оказались не готовы к такому напору. Под прикрытием десанта отход последних групп пошёл быстрее. Раненых быстро грузили на свежую броню и отправляли в портал.

Корнев уходил одним из последних. Старлей пришёл в себя до конца, но выглядел откровенно хреново. Голова гудела, как трансформаторная будка, перед глазами всё плыло. Казанова и Леший поддерживали его под руки, практически волоча к ближайшему БТРу.

— Давай, командир, ещё немного, — уговаривал Казанова, заталкивая его на броню. — Дома отлежишься. Тебе теперь отпуск на год вперёд положен за такие подвиги.

Корнев почти не слышал его, сидя на броне и качаясь в такт движению машины. Старлей смотрел на этот чужой мир. На две луны в чёрном небе, на римские легионы, рубящиеся с ушастыми, на горы трупов, устилающих поляну. Это была последняя картина, которую он запомнил, прежде чем БТР, на броне которого он сидел, нырнул в спасительное бирюзовое марево.

Вспышка перехода снова выбила дух, ослепив всех ярким светом. А когда зрение вернулось, Корнев увидел то, что заставило его на мгновение забыть о боли, усталости и контузии. Они были дома…

* * *

Ветер, прорвавшийся сквозь проплешины в лесной стене, лениво перегонял по полю клочья едкого, серого дыма. Сражение, ещё час назад сотрясавшее этот мир криками и лязгом, закончилось, оставив после себя лишь давящую, мёртвую тишину, нарушаемую стонами раненых и карканьем каких-то местных падальщиков, уже слетавшихся на кровавый пир.

Поляна вокруг арки теперь представляла собой апокалиптическую картину. Земля была перепахана взрывами, усеяна тысячами трупов в изящных доспехах. Между ними, словно красные островки в море вражеских тел, лежали и легионеры. Их было меньше, но от этого зрелище не становилось менее удручающим.

Трое мужчин в покрытых грязью и чужой кровью доспехах медленно шли по этому полю смерти. За ними, на почтительном расстоянии, следовала дюжина телохранителей, чьи лица были непроницаемы. Это были легаты, три полководца, три столпа римской военной машины в этом регионе, и сейчас на их лицах не было и тени триумфа.

Первый, легат Луций Аврелий, был мужчиной средних лет с жёстким, обветренным лицом и холодными, анализирующими глазами. Он шёл ровно и его взгляд был отстранённым, словно смотрел не на поле боя, а на карту, оценивая потери и выстраивая новую диспозицию. Командовал легат Пятым легионом, и именно его выверенные, хладнокровные действия в центре позволили переломить ход сражения.

Второй, легат Гай Флавий, командир Двенадцатого, был его полной противоположностью. Рослый, рыжеволосый, с лицом, которое сейчас было искажено гримасой плохо сдерживаемой ярости. Его легион принял на себя основной удар и понёс самые чудовищные потери. Гай шёл, тяжело ступая, и казалось, от каждого его шага земля стонет.

Третий, легат Марк Туллий, самый молодой из них, пытался сохранять спокойствие, но бледность лица и мелко дрожащие губы выдавали его состояние. Он командовал Восьмым и сейчас чувствовал себя скорее не триумфатором, а свидетелем катастрофы.

— Собаки… — прошипел Гай Флавий, и его голос был хриплым от сорванных в бою команд. Римлянин с ненавистью пнул ногой горящий рунами лук, всё ещё сжатый в руке мёртвого малоранского стрелка. — Проклятые ушастые твари!

— Успокойся, Гай, — тихо произнёс Марк Туллий, кладя руку ему на плечо. — Мы победили, армия противника разбита.

Гай Флавий резко сбросил его руку и развернулся, его глаза метали молнии.

— Это тебе легко говорить, Марк! Мой легион лёг здесь костьми! Ты посмотри вокруг! — он обвёл рукой поле боя. — Я должен был взять под контроль эти чёртовы земли, доложить Императору о полной и безоговорочной пацификации региона! А что теперь⁈ Что мне ему докладывать⁈ Что у меня половина легиона осталась гнить в этой грязи⁈ Что ещё четверть калек, которые уже никогда не встанут в строй⁈ Думаешь, Император погладит меня по головке за такую «победу»⁈ Он мне эту головку открутит и насадит на копьё у входа в свой дворец, как напоминание о том, что бывает за проваленные кампании!

— Мы все понимаем твоё состояние, Гай, — примирительно сказал Марк. — И мы все несём ответственность. Наши совместные письма в Сенат и лично Императору должны сгладить негатив. Мы уничтожили ударную армию малоранов, самую крупную за последние пару лет. Это великая победа, пусть и оплаченная дорогой ценой.

— Вот только мы здесь при чём только наполовину, — подал голос Луций Аврелий. Он даже не повернулся, его взгляд был прикован к огромной, молчаливой арке Врат, чей бирюзовый свет активно контрастировал на фоне багрового заката. — Если бы не те… другие… мы бы сейчас все здесь лежали. И наши легионы вместе с нами.

Гай Флавий хотел было возразить, но слова застряли у него в горле. Он не был глупцом и прекрасно понимал правоту Луция. Сам видел, как несокрушимые магические барьеры малоранов, о которые его легионеры разбивались, как волны о скалы, лопались под ударами оружия пришельцев. Те, кто ушёл за Врата, сделали за них большую часть грязной работы, выбив самых опасных магов и уничтожив элиту малоранской армии ещё до начала основного сражения. Без этого их атака захлебнулась бы в первые же пару часов.

— Что будем делать? — после долгого молчания спросил Марк Туллий, и его вопрос повис в воздухе, наполненном запахом смерти.

Луций Аврелий медленно повернулся. Его спокойствие действовало отрезвляюще.

— Регион под контроль мы не возьмём, — ровным голосом констатировал легат. — Сил не хватит даже на то, чтобы удержать даже часть территорий. Гай прав, наши легионы обескровлены. Потребуются месяцы на пополнение и обучение новобранцев.

Он сделал паузу, давая остальным осознать горькую правду.

— Поэтому мы отходим на основной рубеж обороны по реке. Эта провинция, — римлялнин пренебрежительно махнул рукой, — никогда особо не интересовала Императора. Лес да болота, населённые обособленными племенами. Ценности в ней ноль, по крайней мере, так было до сегодняшнего дня.

Луций снова посмотрел на Врата.

— Отправим в Рим гонцов с двумя докладами. Первый официальный, о великой победе над армией малоранов и временном тактическом отступлении для перегруппировки сил. Второй лично для Императора и узкого круга сенаторов. О том, что мы нашли.

— О них? — спросил Марк, кивая в сторону арки.

— О них, — подтвердил Луций. — Действующие Врата, ведущие в другой мир, откуда пришли воины, способные пробивать магические щиты