Иной мир. Разведчик - Никита Эдуардович Шарипов

— С тобой, Никита, я уверен, что доживем, — Жданов наигранно приободрился и начал вставать.

— Сиди пока, еще не всем полегчало, — остановил его Ермаков. Он хотел улыбаться, но не делал этого. Всё идёт по плану, но не хотелось спугнуть удачу. И вместо радости Никита спокойно сказал: — Воду, чтобы отмыться, я уже нашел, но пойдем мы к ней не раньше, чем через час. И не смотри на меня так, одноглазый! Иногда мне все-таки придется командовать! И довольно часто! И тебе нужно смириться с этим!

— Да всё-всё! — Жданов виновато поднял руки. — Характер дурной, да и привычки, ничего не могу с этим поделать. Но постараюсь поменяться…

«Ты уже поменялся» — мысленно сказал Никита и тоже мысленно улыбнулся…

Глава 12

Пешая прогулка

— Лёха, мы его даже похоронить по человечески не сможем… — Антоха не мылся, а просто сидел в холодном ручье. — Такой парняга и так умереть… один шаг и был бы жив… эх, если бы я только знал…

Макс сидел на берегу и караулил товарища. Балмаков был последним грязным, все остальные давно уже помылись. Ермаков и Жданов сделали это первыми и сейчас были неподалеку. Они жгли костер и готовили обед из моллюсков, которых наловили в этом же ручье. Местные речные устрицы были размером с ботинок взрослого человека и по словам Никиты вполне годились для употребления в пищу, если не обращать внимание на песок, которого имелся в них в приличном количестве.

— Антоха, там мужики обед приготовили. Мойся и пошли. Лехе ты слезами точно не поможешь. Ему уже вообще ничем не помочь. Антоха…

— Никуда я не пойду! — огрызнулся Балмаков, а затем вновь уставился в воду и забормотал: — Эх Лёха, Лёха, ну как же так…

— Как же меня это достало! — Ермаков появился из-за кустов и направился прямиком в реку. — Хочешь знать как это произошло? Я тебе расскажу, легко и быстро расскажу! Случай такой выдался, не повезло Лехе, и помер он! Удачи не хватило, так вот бывает иногда! Мог любой из нас на его месте быть, но не повезло именно ему!

Антоху речь Никиты привела в ярость. Поднявшись, он сжал кулаки и был готов начать драку. И даже встал в стойку, чтобы встретить Ермаков подобающе, потому что хотел врезать ему как следует. Но кое-чего он все же не учел и потому проиграл практически сразу же. И проиграл красиво, ведь он получил ногой в грудь и, пролетев приличное расстояние, рухнул в воду.

Макс, видя выражение лица Антохи и то, что тот готов снова кинуться в драку, громко крикнул:

— Балмак, не надо, он сильнее тебя! Ермак мог ударить тебя ногой в грудину, и тогда бы ты всё еще не оклемался, но он пощадил тебя, вместо удара просто толкнул. Успокойся! Просто возьми и успокойся!

Жестом приказав Максу заткнуться, Никита начал орать:

— Мне ваше нытьё ни в одно место не уперлось! Если я сказал успокоиться, то нужно успокоиться. Если я отправил мыться, то нужно отправиться и помыться. Если я сказал сесть и жрать, то нужно сесть и жрать! Тебе все понятно из того, что я сказал, мальчик?

Балмаков оскалился, но ничего не ответил. «Как же это все меня достало!» — подумал Никита, глядя на упертого идиота. — «Завалить их всех, всех троих, и дело с концом. И добираться как обычно, в одиночку. Если сдохну по дороге, то хрен с ним, следующим разом попробую. Эх, как же я все-так устал! Как же я устал от всего этого! Сколько, сколько еще раз мне потребуется делать это? Десятки? Нет, я точно не выдержу…».

— Вижу, что ты меня услышал! И это замечательно! — Никита показал пальцем на Макса и сказал: — Помоги ему отмыть всю эту дрянь, а затем приходите и жрите. Даю вам на все тридцать минут, а затем мы выдвигаемся в Заркхар…

Жданов сидел на гнилом дереве и ковырял устрицу ножом. Еда ему была не по нраву, он старался избавиться от песка, которым была сильно насыщенна мякоть моллюска, но результата ковыряния почти не приносили. Увидев, что Ермаков вернулся, полковник сказал:

— В следующий раз нужно будет пустить в еду что-нибудь другое, например убить какое-нибудь парнокопытное.

Схватив двумя руками автомат Калашникова, Никита бросил его Жданову и, когда тот ловко поймал оружие, сказал:

— Даю тебе десять минут, иди и убей любое парнокопытное. Ну ладно, хрен с тобой, даю двадцать минут, отсчет пошел.

— Двадцать минут мало, даже двух часов не хватит. За двадцать минут можно только этих скрипучих моллюсков наловить, и потом давиться ими… — полковник умолк, опустил взгляд себе под ноги, а затем тихо пробурчал: — Всё-всё, одноглазый, я понят тебя, не смотри на меня своим лютым глазом. Больше не буду…

— Но парнокопытное поймать всё же придется. — Ермаков пристально глянул на Жданова и тот понял, что парень не шутит. — И я постараюсь тебе в этом помочь, полковник. До Заркхара путь не близкий, еды понадобиться много, нам в любом случае придется пополнять запасы. Сушеное мясо мало кому по душе, но иного варианта нет. Согласен?

Жданов кивнул. Ермаков был абсолютно прав, спорить с ним было бы полнейшей глупостью. Вода, её всегда много, с ней никогда нет больших проблем, только терпи и таскай на себе суточный запас. А вот еда, с ней уже всё сложнее. И порой, если не заботиться о ней заранее, то можно попасть на большие проблемы. И поедание наполненных песком моллюсков после того, как задумаешься об этом, уже не кажется чем-то неприятным.

Макс и Балмаков пришли мокрые с ног до головы. Первый был нормальным, а вот второй был сильно злым. Жданов не смог удержаться и сказал:

— Если ты и дальше будешь это делать, ты просто лопнешь. Или я тебя лопну!

— Помолчи, полковник, — спокойно, но требовательно приказал Никита. Именно приказал, а не попросил.

— Приказ понятен и выполнен. — Жданов вытянулся не вставая и приложил руку к голове.

— И не дури, — добавил Никита. Вскрыв одну из устриц, он передал её Антону. А затем в три секунды разделался со второй и вручил Максу. И сказал: — Деликатес подан, ешьте и не выезживайтесь.

Парни ели молча.