Иной мир. Разведчик - Никита Эдуардович Шарипов

— Все таки я считаю, что ты должен быть главным, одноглазый. Я ошибся дважды, ошибки стоили дорого, ты сам это знаешь. Я свои действия осознал, вина моя огромна, и я постараюсь её искупить. Согласен ты с этим, одноглазый?

— Сперва завалить пытался, а теперь извиняется, — буркнул Антоха, начинающий постепенно оттаивать. — Интересная в этом мире жизнь, даже снова блевать захотелось.

— Услышал тебя, одноглазый, — ответил Никита и при этом взмахом руки попросил Антоху не вмешиваться. — И думаю что да, командовать нашей бандой всё-таки придется мне. Если никто не возражает, конечно же.

— Есть кто против? — грозно пробасил Жданов и сразу же добавил: — Все за, поэтому считаем одноглазого за главного.

— Одноглазых у нас два, — подметил Макс. — А главный только один, и это Никита Ермаков.

— Задрали выяснять, кто главный, как дети малые себя ведете. — Антоха, убедившись что все трое смотрят на него, указал пальцем на устричную раковину, лежавшую на его левой руке. — Такое видели хоть раз? Я вот нет, а это уверен настоящее богатство!

Макс сидел к Балмакову ближе всех и поэтому ему достаточно было только слегка привстать. И увидев жемчужину размером с грецкий орех он нисколько не удивился. Да, на Земле данная штуковина наверняка бы имела ценность. Но ценится ли она здесь, в этом первобытном и крайне опасном мире?

— И сколько мы сможем за неё выручить, если когда-нибудь окажемся на каком-нибудь из рынков этого мира? — спросил Антоха, продемонстрировав жемчужину Ермакову и Жданову.

— Не был на рынках этого мира, не знаю каков на них спрос, — ответил первым Жданов. — Но зато могу сказать, что лично я бы за неё мог дать тебе только хорошего пинка. Чтобы ты такой херней больше не занимался, а быстрее пожрал, и мы могли выдвигаться!

— Успокойся, полковник, — миролюбиво попросил Никита и переключился на Антоху. — Хорошая находка, ты везунчик, в речных устрицах жемчужины попадаются редко, а такие крупные вообще уникальное явление. Но вот по части продажи я тебя огорчу, на Земле ты бы на ней мог заработать, но в этом мире тебе дадут за это чудо совсем крохи. Я на многих рынках этого мира бывал, главная ценность там автомат Калашникова и патроны к нему.

Макс, хорошо запомнив всё, что сказал Никита, поинтересовался:

— Почему ты так уверен насчет этих жемчужин? Мы ведь не на Земле, сомневаюсь что ты или кто-то другой занимался изучением этих моллюсков. Или ты сделал выводы касательно количества жемчужин и их размера по опыту сегодняшнего поедания этих устриц? Если да, то это звучит довольно глупо.

— Все хорошо, — сказал Никита Жданову, потому что тот уже начал вскакивать. — Макс задал правильный вопрос, и мне придется на него ответить.

— Ну отвечай тогда! — оживился полковник. — Мне ведь на самом деле тоже интересно, откуда ты всё знаешь, одноглазый. Ты у нас прям энциклопедия ходячая, не иначе!

«А ведь отвечать не хочется» — подумал Никита. Авторитет был заработан довольно трудно и рушить его совсем не хотелось. К правде, к самой настоящей, к безумной и фантастической, эти люди пока что были не готовы. И поэтому самым правильным решением было недоговорить, потому что обманывать не хотелось категорически. В прежние разы обман не привел к хорошему, и поэтому наступать на те же грабли не было смысла. В этот раз все складывалось удачнее и спугнуть эту капризную девочку ложью вообще не хотелось.

— В этом мире есть одна организация, она зовется Основой, — рассказал абсолютную правду Никита. — И в этой организации есть своего рода энциклопедия, к которой у меня некоторое время имелся доступ. И я, человек с неплохой памятью и при том довольно любознательный, конечно же делал то, чтобы делал любой такой же как я, окажись он на моём месте. Пополнял свои знания, вот что я делал.

— Интересно, — пробормотал Жданов, а затем пристально всмотрелся в лицо Ермакова и спросил: — Эта твоя Основа, она что, совсем непопулярна, да? Я человек всю жизнь в изоляции проживший, это да. Но информационного голода при этом я никогда не испытывал, и поэтому неплохо осведомлен о происходящем как в этом мире, так и на Земле. Слыхал и про Светлое Будущее, и про Тёмное… но вот про твою Основу, одноглазый, я не слыхал, хоть убей меня, но вообще ничего про неё не знаю.

Никита спокойно пояснил:

— Она редкая, поэтому и не слыхал ты о ней, полковник. Но она существует, в этом ты можешь не сомневаться. И если тебе повезет, то когда-нибудь ты узнаешь о ней значительно больше, чем я рассказал сейчас.

— И чем же занимается эта организация? — спросил Макс. Он уже доел свою устрицу. Есть новую ему совсем не хотелось, потому что данный вид пищи ему совсем не понравился. А вот Балмаков вкусов товарища не разделял, ему моллюски пришлись по душе, и в данный момент он поедал уже третьего, и при этом не забывал слушать всё, о чем говорили трое.

— Основа всегда занималась и сейчас занимается изучением и изменением миров, — ответил Никита и, видя реакцию Жданова, поспешил добавить: — Да, замашки у организации немалые. Но смеяться точно не стоит. Кто-то делает хоть что-то, а кто-то кроме как портить другим жизнь вообще больше ничего не умеет.

— Это сейчас напоминание было, да? — прорычал полковник. — Портить жизнь, это типа про мою заточку из шомпола, верно? Ну да, я хотел тебя убить, одноглазый, не скрываю этого. Но и ты был хорош, согласись? Да, ты делал это специально, ты избил меня, а потом всячески подначивал. И ты знал! Ты знал, но ты не должен был знать! — Жданова словно осенило. Округлив глаза, он уставился на Никиту, будто тот нечто удивительное, и тихо спросил: — Скажи, как ты узнал о моей заточке и о том, что я уже использовал её прежде?

— Хах! — усмехнулся Никита. — Ты увидел в этом нечто странное и я поспешу тебя успокоить, полковник, я ничего не знал, а просто ткнул пальцем в небо и надо же, угадал. Наблюдателен я, если ты еще не заметил, и