Бесконечное пламя - Ребекка Росс

Торин уставился на ствол, на гладкие контуры букв, которые не мог прочесть. Тайну, которую не знал, как разгадать. «Лед и пламя, разлученные сестры, соль и кровь».

– Моя жена поняла бы, – сказал он, встретив твердый взгляд духа. – Если бы мне позволили с ней поговорить, увидеться с ней. Она могла бы мне помочь.

– Боюсь, это невозможно, – сказал дух, но в его голосе не звучало ни капли сожаления. – Покинув наше царство, ты не сможешь вернуться сюда прежним.

– Мне нужно с ней поговорить, – настаивал Торин. Его преследовало воспоминание, как Сидру рвало, как она с несчастным видом стояла в покоях замка, где никогда не хотела жить. Одинокая, обремененная множеством обязательств и уверенная, что он бросил ее с ребенком, растущим в ее утробе. – Мне не продвинуться в решении этой загадки, пока вы не окажете мне это небольшое снисхождение.

– Можешь смотреть на нее, сколько тебе угодно, смертный лэрд.

– Но она-то не может смотреть на меня. Она не знает, где я.

– Она знает, – сказал дух холмов, и Торин замер. – Знает и понимает, почему и что ты должен сделать.

– Ты ведешь себя так, будто говорил с ней, – проговорил Торин сквозь зубы.

Дух только улыбнулся.

Торин начал закипать от гнева. Руки у него сжались в кулаки.

– Мы не можем сказать тебе, как решить загадку, – сказал дух. – Но если ты будешь внимателен, мы можем тебя направить.

– Так направьте же! – окончательно рассердился Торин.

Дух холмов наклонил голову, будто жалел, что выбрал такого помощника. А потом развоплотился. Только что он стоял перед Торином и вот стал травой, холмами и цветами, всей природной красотой, цветущей его заботами.

Торина охватила досада. Он посмотрел на дорогу, откуда пришел, дорогу, которая приведет его в замок, к Сидре и дочери. Он скучал по дому и тосковал по ним.

Лэрд не заметил, что луговые цветы соткали для него тропинку в траве.

* * *

Теперь, когда Джек ушел и не мог больше провожать Фрей в школу и обратно, она ходила с группой других детей. Ее спутники, мальчики и девочки, жили на крофтах, разбросанных по всей Восточной Каденции. Фрей жила дальше всего от Слоуна и поэтому последний отрезок пути шла одна. Но тогда ей оставалось пройти всего два километра, и дом Мирин уже виднелся вдали. В тот день мама обещала, что будет встречать ее у калитки.

Отныне всем школьникам нужно было соблюдать новые правила. Фрей нравилось повторять их про себя, потому что она не хотела нарушить какое-нибудь случайно.

Правило номер один состояло в том, чтобы идти домой вместе и следить, чтобы младшие не отставали.

Правило номер два гласило, что они не должны сходить с дороги, чтобы никакие чары их не заморочили.

А если случится нарушить правило номер два, то самое главное было сторониться деревьев с симптомами порчи и тех, что стражники огородили веревками. Кроме Хэмиша, с хворью слегло уже трое ребят, и Фрей очень боялась тоже заразиться. Она была рада, что на мамином крофте росло немного деревьев, если не считать Приграничного Леса. А глубоко в чащу Фрей заходила редко.

Шагая по дороге, девочка щурилась от света клонившегося к горизонту солнца. Она еще считалась одной из младших, поэтому шла позади остальных. Но она не отставала, несмотря на перекинутую через плечо котомку с книгами. За пояс у нее был заткнут деревянный учебный меч, а в руках она бережно несла миску, сделанную на уроке керамики, – она не хотела класть ее в сумку, опасаясь, как бы поделка не разбилась. Девочка думала, как в следующий раз смастерит миску побольше и получше, когда что-то ударило ее в грудь.

Удар пришелся чуть выше сердца, и, несмотря на защищавшую ее заколдованную накидку, Фрей споткнулась. Руки у нее дрогнули, и миска упала и разлетелась на куски у ног.

На миг Фрей остолбенела и лишь изумленно смотрела на осколки. На ее глазах разбилась миска, которой она так старалась придать нужную форму и оттенок. Миска, ради которой она терпеливо дожидалась своей очереди к горну. Это случилось так просто, словно все часы ее работы ничего не значили. Но вот в нее бросили еще что-то. Она уклонилась, и это что-то пролетело мимо, едва не попав ей в лицо.

Кто-то бросался в нее комьями грязи. Тот, что попал ей в грудь, прилип к тартановой ткани, и от него несло зловонным болотом.

Фрей подняла глаза. Она не понимала, кто в нее кидался и зачем. Может, это было случайно?

– Мама сказала, что ее папаша – Бреккан, – сказал один из шедших впереди старших мальчишек приятелям. Он насмешливо оглянулся и засмеялся, увидев прилипшую к накидке грязь.

– Брекканское отродье, – прошипел другой.

– Она не должна носить эту накидку.

– Гадость какая!

Во Фрей полетел третий комок грязи, и она так расстроилась, что застыла, не в силах двинуться с места. Она ждала, пока комок попадет в нее, собьет с ног и разобьет на куски, как миску, но этого не произошло. Фрей в изумлении увидела, как одна из старших девочек перехватила брошенный ком, вытянув руку с книгой и остановив его на лету.

Грязь шлепнулась об обложку учебника. Девочка стряхнула ее на землю, словно такое случалось с ней каждый день, а потом вытерла остатки о тунику. Она обернулась и остановила ледяной взгляд на мальчишках, которые встали как вкопанные и смотрели на нее, разинув рты.

Девочка не сказала ни слова. Ей и не надо было, потому что мальчишки развернулись и поспешили продолжить путь.

– Фрей, мне так жаль, – сказала девочка.

И Фрей не знала, что ее удивило больше: что старшей ученице известно ее имя или что она смахнула с Фрей грязь.

– Тебя не сильно задело? – Девочка, встав на колени, начала собирать глиняные осколки.

– Я… – Голос у Фрей задрожал. Она проглотила слова, опасаясь, что расплачется.

«Если бы Джек был тут, – подумала она, вытирая непрошеную слезу. – Если бы он был рядом, этого бы не произошло!»

– Очень красивая миска, – сказала девочка, восхищаясь гравюрами, которыми украсила ее Фрей. – Твоя вышла куда лучше моей.

Она взглянула на Фрей и улыбнулась. У нее были ямочки на щеках и веснушки на носу, а каштановые волосы были заплетены в одну длинную толстую косу. Фрей молча моргала, все еще не придя в себя оттого, что девочка с ней заговорила.

– Кстати, меня зовут Элла. Слушай, давай пойдем вместе.

Прежде чем Фрей успела придумать, что ответить, Элла отчистила от ее тартановой накидки оставшуюся грязь и потянула