Системный рыбак 4 - Сергей Шиленко

Я не ответил, продолжая осматривать корни.

— Любой новичок знает, что этот ингредиент несовместим с яичными блюдами, — Густо покачал головой с театральным сожалением. — Его горечь убивает их вкус. Только дилетант может попытаться его использовать.

По залу прокатились смешки. Кто-то из зрителей что-то шепнул соседу.

Я спокойно положил корни на разделочную доску и поднял взгляд на якобы «снисходительного» усача.

— Не Корни Ясной Мысли убивают вкус, — сказал я негромко. — А узость мыслей повара, что их готовит.

Смешки оборвались. Густо побагровел, его челюсть сжалась, но он промолчал и вернулся к своей готовке.

Я же сосредоточился на работе, взял нож и начал нарезать корень тончайшими пластами. Горечь в этих корнях была результатом работы защитного алкалоида. В моём мире похожие соединения расщеплялись при определённой обработке: кислотой, температурой или ферментацией.

Но здесь помимо химии были еще духовная энергия и техники культивации. Почему бы их для этого не использовать?

Мелко порубил зелень. Укроп, петрушка, немного того, что походило на базилик. Зелень смягчит тонизирующий эффект и добавит соусу свежести.

Положил слайсы корня в ступку. Добавил зелень, щепотку соли, каплю масла. Взял пестик и начал их растирать размеренными круговыми движениями.

Активировал технику Духовного Насыщения. Руки едва заметно засветились.

Далее направил духовную энергию в смесь, точечно, аккуратно, прощупывая структуру ингредиентов. Триединство потоков: внешний из смеси, внутренний из энергоканалов, связующий в точке соприкосновения.

Корень начал менять цвет. Землистый оттенок уходил, уступая место зелёноватому.

В зале послышался чей-то шумный выдох. Я не обращал внимание на это, просто продолжал использовать технику Духовного насыщения и растирать ингредиенты пестиком, экономя энергию.

Смесь становилась текучей, густой, как хорошие сливки. И начала светиться изнутри мягким изумрудным сиянием.

Готово.

Взял десять тарелок и расставил их перед собой.

Положил тост на каждую под небольшим углом, чтобы создать объём. Аккуратно переложил яйцо пашот поверх хлеба, чтобы в итоге получился аппетитный белый кокон на золотистой подложке.

Зачерпнул соус ложкой. Провёл полукруг рядом с яйцом, его не касаясь. Изумрудное сияние легло на белый фарфор ярким росчерком.

Добавил одну веточку зелени, дабы не перегружать композицию. Отступил на шаг.

Тарелки стояли передо мной как на параде. Белое на золотом, изумрудное рядом. Мягкое свечение соуса подчёркивало элегантность яиц пашот.

И только тогда я заметил, что в зале уже несколько минут как неожиданно тихо.

Оторвал взгляд от тарелок.

Все смотрели на мой стол. Рыжий с перстнями застыл с открытым ртом. Торговцы из угла подались вперёд, забыв про свои бокалы.

Амелия сидела неподвижно, её глаза были прикованы к моим тарелкам. Молли приоткрыла рот и, кажется, даже перестала дышать. Кай, который всё это время клевал носом, теперь смотрел широко раскрытыми глазами.

Ларсен прижал ладонь к груди. Официанты столпились у входа на кухню, перешёптываясь.

А Густо…

Густо стоял у своей кухонной станции с опущенными руками. Его лицо застыло, а в глазах читался страх.

Я перевёл взгляд на его стол.

Десять порций яичной болтушки с овощами. Яичная масса с кусочками овощей, присыпанная тёртым сыром и зеленью сверху. В глубине его блюда поблескивали тусклые, едва заметные искорки духовной энергии.

Но по сравнению с сиянием моего соуса они казались далёкими огоньками блеклых звёзд…

Глава 19

Ларсен откашлялся и вышел на середину зала.

— Время готовки истекло. Каждый из участников приготовил по десять порций. Девять пойдут на дегустацию уважаемому жюри, десятая будет измерена на «Мериле».

Официанты засуетились, разнося тарелки по залу. Фарфор позвякивал, каблуки стучали по мраморному полу.

Я отступил назад и скрестил руки на груди.

— Напоминаю правила, — продолжил управляющий. — На этом этапе мы оцениваем исключительно вкусовые качества блюда. Духовная составляющая и эффекты будут учтены отдельно при измерении. Низший балл — ноль, максимальный — пять.

Он обвёл взглядом зал и указал на Густо.

— Начнём с блюда нашего шеф-повара. «Золотое Облако Рассвета» — овощной скрэмбл из яиц лунной утки с овощами и сыром, томлёные на медленном огне. Это одно из фирменных блюд нашего ресторана.

Густо слегка поклонился, принимая заслуженные аплодисменты от нескольких посетителей. Его первоначальный страх куда-то делся, теперь на лице читалась только собранная решимость. Видимо, взял себя в руки и настроился на бой.

Что ж, посмотрим.

Первым попробовал рыжий с перстнями. Он зачерпнул ложкой кусок яичной массы, положил в рот и принялся жевать с задумчивым видом.

— М-м-м, — он закатил глаза. — Сыр идеально расплавлен, овощи сохранили хруст. Мастер Густо, как всегда, на высоте.

Его приятели закивали, пробуя свои порции.

— Превосходно! — воскликнула девушка в жёлтом платье. — Вкус просто божественный.

— Соглашусь, — подхватил второй парень из их компании. — Классический завтрак высшего уровня, томаты отлично оттеняют сливочность яиц.

Его компания наперебой выдавала похвалы. Кто-то хвалил текстуру, кто-то восхищался балансом специй.

Сидевшие поодаль торговцы же оказались сдержаннее. Первый, грузный мужчина с седой бородой, медленно прожевал и кивнул. Второй, помоложе, с острым взглядом и аккуратными усиками, просто поднял большой палец вверх.

Молли ковырнула вилкой яичную массу и отправила кусок в рот.

— Нормально, — она пожала плечами. — Ничего особенного, но съедобно.

Амелия попробовала свою порцию, стараясь быть беспристрастной.

— Хорошее блюдо, — произнесла она спокойным тоном. — Качественные ингредиенты, да и техника готовки на должном уровне.

Густо принимал комплименты с достоинством, кивая каждому оценщику. Его усики победно топорщились.

Я перевёл взгляд на Кая. Тот сидел с прямой спиной, отчаянно борясь со сном. Его веки то и дело опускались, а голова начинала клониться в сторону, но он каждый раз дёргался и выпрямлялся.

— Господин Ив, — он вдруг повернулся ко мне, сохраняя почтительность, но при этом с холодными нотами в голосе. — Хочу сразу предупредить. Несмотря на то, что сегодня я твой слуга, оценивать блюда буду непредвзято. Не рассчитывай, что стану подсуживать тебе.

Я пожал плечами.

— Как хочешь, мне без разницы.

Густо расплылся в улыбке и слегка поклонился в сторону Кая.

— Молодой господин Саламандер, я польщён вашим решением. Истинный ценитель всегда судит по справедливости. Уверен, что ваш изысканный вкус по достоинству оценит…

— Густо, — Кай даже не повернул головы в его сторону. — Я не люблю тех, кто лебезит. Заткнись и дай мне попробовать.

Повар осёкся. Улыбка застыла на его лице.

Кай взял ложку и зачерпнул яичную массу. Прожевал медленно, с закрытыми