Шрамы - Наталия Иноземцева

Зазвучал голос придворного, управляющего торжеством. Мужчина представил герцога и герцогиню, а после гостей:

– Первый клинок Дамерона, владетель Бархатных земель и островов, эрит Белого рыцарства, лорд Эбрес Энкор и хранительница священных книг первопредков и десяти древнейших родов, госпожа баронесса Лихея.

Старейшины конвента подобрали полы и низко склонились перед хранительницей. Она прикрыла глаза и приподняла руки, принимая приветствие.

Хиламон Зотар выждал, когда гости и герцог обменяются любезностями и привлек внимание эрита.

– Уважаемый лорд, не могли бы вы… – он указал на защитный тотем.

– О, не стоит, – герцог сбежал со ступеней и махнул рукой. – Это формальность.

Эрит смерил его взглядом, откинул плащ и проследовал к тотему. Оберег продолжал источать сиреневый свет. Гроу затаил дыхание.

Энкор стянул белую перчатку:

– Я ступил на священную землю и обещаю соблюдать заветы наших предков. Впредь ошибок не допущу, – он сосредоточился, неторопливо наложил на себя священное знамение и положил руку на тотем.

Он не сделал ничего особенного. Однако на него смотрел весь зал. Смотрел и Гроу.

Ничего не случилось. Оберег Энкора не обжег. Легкое свечение перекинулось на второй столб. Что это значило? Так же светилась стена в поместье.

Гроу посмотрел на хранительницу, любующуюся роскошными люстрами. Никто не попросил ее прикоснуться к оберегу. Девушки, подобные ей, рождались в семьях сильнейших целителей, обладали даром и способны были услышать волю Нея. Ни один военный поход не совершался без их благословения. И заслуга хранительниц была хотя бы в том, что кровавых битв в истории десяти герцогств было меньше, чем мирных договоров.

– Благочестивые вионцы, – Энкор натянул перчатку и обвел взглядом публику, – от имени нашего великого короля позвольте передать извинения за нескорую помощь. Правитель не бездействовал. До самой весны он получал письма о том, что в герцогстве дела идут благополучно, когда с Оло прорвались корабли с вашими земляками и стало ясно обратное, потребовалось время для подготовки армии.

Люди зашумели. Герцог вытер лоб платком и шагнул к эриту.

– Помилуйте, лорд, я каждый месяц отправлял гонцов…

– На границах Виона орудуют грифоносцы. Разбойники наживаются на общей беде. Не следовало упускать окраины из вида. Почему вся ваша армия собралась вокруг города и дворца? – Энкор обрушил тяжелый взгляд на бледнеющего герцога.

Он задал вопрос, мучивший Гроу.

– Не отчаивайтесь, – взяла слово хранительница, – с эритом прибыла армия рыцарей, а за мной стоят силы Светлой стороны. Ней дал знак, скоро в ваших землях не будет чудовищ. Страдания закончились, вы смогли отстоять священные земли, не покинули их и не оставили на растерзание рахо. Мы поражены вашим мужеством…

Что за знак? Гроу наткнулся взглядом на Наэля. Друг прижимал руки к груди и кивал словам девы.

Кого хранительница благодарит? Ладно рыцари, но придворные, все эти шуты, сделали для королевства не больше, чем сам Пайрон.

Не торопясь разглашать подробности спасительного плана, Энкор потребовал остаться только паладинов, командиров гвардейцев и Совет. Ушла и хранительница.

Гроу уходить не торопился, и герцог попросил его остаться. Все переместились к столу. Только Гроу так и остался у колонны. На тело обрушилась усталость, если Исвена пыталась его убить, то, кажется, выдохлась.

Энкор вгляделся в лица воинов. Не все паладины присутствовали. Ему объяснили, что семеро рыцарей совершают рейд за городом.

– Семь… и двадцать? – Энкор посмотрел на горстку утомленных воинов. У половины из них только начали расти бороды. В его лице промелькнул вопрос «и это весь золотой орден?». Он уточнил: – Где Молон Раймот? Ваш лидит жив?

– Да, но… он задержан. – Герцог в сотый раз поднес ко лбу платок, но выронил. Эрит с кошачьей цепкостью подхватил его и, положил на стол, стукнув костяшками пальцев. Пайрон вздрогнул и отпрянул.

– Причина?

– Он не обеспечил достойную защиту семье герцога, – ответил Зотар. – И препятствовал действиям Совета, когда его ошибку пытались исправить.

– Речь о нападении на принца? – Получив утвердительный кивок, Энкор повел головой. – Лидит прекрасный воин. А воины нам понадобятся. Думаю, многолетней службой он заслужил шанс исправиться и доказать свою преданность.

– Нет, – выдохнул герцог. – Пока не найден тот… тот человек… тот мерзавец… – Он уперся руками в стол. – Пока я не узнаю, кто ранил моего Ансела, лидит будет в темнице.

Энкор присмотрелся к герцогу:

– В вас говорит сердце, светлейший. А во мне долг. Вы устали, но посмотрите, пришла помощь. Принц, слава предкам, жив. А нам предстоит битва с чудовищами. И опытный командир, хорошо знающий рахо, своих людей и окрестности Виона, представляется мне ценнее сотни других бойцов. После нашей общей победы вам не придется думать о рахо. Не связывайте мне руки и позвольте помочь.

Герцог так и замер, упершись в стол и опустив голову. Темные волосы закрыли лицо.

– Ваши слова разумны, – подал голос Зотар. Он скрестил на груди руки и выпятил нижнюю губу. – И я симпатизирую лидиту. Однако есть правила. Личная защита правителя и его семьи в Вионе считается первостепенной задачей. Что будет, пойди мы на поводу у вас и допусти поблажку? У нас нет ни смертных казней, ни пыток, которые вы практикуете за пределами священных земель, – его голос стал резким и гнусавым. – Чем сдерживать чернь, если не твердо сказанным словом и соблюдением законов?

– Если бы я следовал закону, то не смог бы спасти принца, – не выдержал Гроу. Он отвел руку с кровоточащими ногтями так, чтобы она не бросалась в глаза, и направился к столу. – Ваша светлость, при въезде в город мне следовало подать прошение на прием к вам, а для охоты на рахо получить одобрение лидита. И то, и другое, сами понимаете, было невозможно. У меня тоже есть человек, которого я ненавижу. Но личное может подождать.

«Я же жду», – встретившись с испытующим взглядом эрита, Гроу сомкнул губы. Он понял, что очень странные синие глаза будут ему мерещиться еще долго. Пожав плечами, он бросил: – Извините.

– Светлейший, дайте шанс командиру, – подхватил Лерн. Другие паладины поддержали его просьбу тихими возгласами.

Герцог отошел от стола и медленно кивнул.

Четверо стражников привели лидита Раймота неожиданно скоро. Гроу сообразил, что командира держали в замке, подальше от преданных ему паладинов. Под стражей дворцовых гвардейцев.

Серое строгое лицо с резкими скулами выражало ледяную собранность. Темная щетина и