Шрамы - Наталия Иноземцева

– Откуда?

Никто не ответил, и Лерн велел оруженосцам принести щиты.

Гроу нервно оглядывался по сторонам. Тупые селяне не понимали, что творят. Они требовали невозможного. Никто не станет впускать в сердце Виона толпу неуправляемой черни.

– Раос предлагает разогнать люд стрелами, – с сомнением в голосе сообщил Корад. Упитанный рыцарь держал наготове меч, хотя толку от него сейчас было мало.

Гроу не удивился. Раос еще десять лет назад внушал ему, что пресекать недовольство челяди надо решительно и сурово. Мимо пробежал отряд лучников. Выхватив капитана гвардейцев, Лерн приказал:

– Не стреляйте. Пусть Раос возьмет себя в… видимо, вспомнив об увечье вояки, он запнулся и бросил: – Я на стену, поговорю с людьми.

– Это неразумно, лидит. В толпе замечены грифоносцы, у них арбалеты и луки, – отчеканил капитан гвардейцев. – Бунтари требуют герцога и… какого-то избранного.

– Кого?

Гвардеец развел руками, и Лерн поднял глаза к небу:

– О предки… Тяжелые латы мне и щит. Я попробую успокоить селян.

Около внутренних ворот рухнул горящий снаряд и, разлетевшись на куски, прожег брусчатку. Сыпля проклятиями, воины поторопились погасить огонь. Гроу взглянул на зеленеющее небо и почувствовал, что скоро ему некем будет править. Вылазка Энкора может продлиться день, а может – и неделю. Единственное, что он точно знал, – герцога к разъяренной толпе не подпустят. Что было разумно. Скорее восставшие захватят замок и сами явятся во дворец. В Элрае Гроу видел, что бывает, когда обезумевшие бедняки прорываются в обитель правителя. Как люди превращаются в бесов и пьянеют от вседозволенности. И пусть вионцы спокойны в мирное время, в крайнем отчаянии они способны на многое. Как и он сам. Но что подстегнуло бедняков?

Бездействовать стало невыносимо. Он протиснулся через толпу воинов к новоизбранному лидиту.

– Лерн, послушай, селяне хотят видеть меня. Я знаю. В городе они меня называли избранным.

– А ты избранный? – вскинул брови Лерн.

– Нет.

– И что ты им скажешь?

– Понятия не имею, – честно ответил Гроу. – А ты?

Рыцарь хмыкнул.

– Что же, безумец. Нацепи броню.

Оруженосцы поднесли доспехи, Лерн и Гроу позволили себя одеть. К счастью, Гроу достался железный панцирь без золота. Закрепив шлем лидита в виде оскаленной морды льва и схватив щит, Лерн разрешил присоединиться к переговорам только Гроу, Кораду и Брэну.

На стене гулял холодный ветер. Вбежав на дозорную площадку, переговорщики спрятались за прямоугольными щитами. Внизу в глубоком рву блестела вода, отражая салатовое небо. На другой стороне трепыхались факелы бунтующих. Людей в сумраке еще было видно. Их количество удручало. Заметив паладинов, они возбужденно загудели.

Лерн выпрямился, начищенные доспехи засверкали:

– Я Лерн Далмон, новый лидит Виона! – Звонкий голос заставил толпу притихнуть. – С кем могу говорить?

Раздались крики. Кроме раздражения, Гроу уловил в них страх и мольбу. Если зачинщики в толпе и были, они не пожелали себя выдать. Выждав, Лерн нервно переступил с ноги на ногу и закричал:

– Прибыла помощь от короля. Я понимаю, вам страшно. Все устали. Но скоро рахо покинут наши земли! Так пророчит хранительница…

Последующие слова рыцаря не расслышал даже стоявший рядом Гроу. Бунтующие пронзительно засвистели, закричали и замахали факелами.

В небе мелькнула огненная черточка. Гроу выставил руку перед лицом Лерна и поймал стрелу с горящим наконечником. Оскалившись, он еле сдержал порыв бросить ее обратно.

Пробежала волна удивленных и испуганных возгласов. Кто-то издал ликующий крик и замахал руками. Среди селян у края рва Гроу увидел Таолара.

Воины на стенах опомнились и ощетинились луками. Лерн запоздало спрятался за щитом и гаркнул:

– Не стрелять!

Его прикрыл Брэн, а Корад затряс мечом и осыпал толпу ругательствами.

Гроу не двинулся с места, хотя разумно было бы убраться с площадки. Он вцепился взглядом в лекаря. Вот с кем хотелось бы поболтать. О зеленом солнце, о странных видениях, ожогах от золота и прочем дерьме. Хотя, может, бунтующие заложили в катапульты горючую смесь Таолара? Поняв, что завладел вниманием толпы, он поднял пылающую стрелу вверх и обратился к людям:

– Вы хотели меня видеть?! – Вспомнив о странных повадках чудаков, ждущих мессию, он скрестил руки: – Ни летери!

Раздались жалобные выкрики:

– Спаситель! Мы пришли к тебе! Помоги!

Эти люди не настроены убивать и грабить… что-то случилось. Положившись на интуицию, Гроу развел руками:

– Вы боитесь тварей? Они напали?

Толпа зашумела, большинство слов разобрать было невозможно, но Гроу почувствовал, что оказался близок к истине. Он прокашлялся и выкрикнул:

– Хорошо! Я иду к вам.

Ужаснувшись собственному решению, Гроу отбросил стрелу на площадку и затушил ногой. Часто ли он общался с толпой? Обычно он оказывался среди тех, кто стоит в стороне и слушает. Опыта в ораторстве у него было столько же, сколько у Лерна в командовании рыцарями. Он поймал испуганные взгляды паладинов.

– Пойду потяну время до возвращения эрита. Люди боятся чудовищ и верят, что я их спасу.

Лерн покосился на дымящуюся стрелу. Пару минут назад, она могла потухнуть в его черепе. Он хотел что-то сказать, но Брэн, прячась за щитом, опередил его:

– Какого лысого духа? Гроутон! Откуда они тебя знают?

Гроу пожал плечами и поправил на груди плохо подогнанный панцирь:

– Пойду спрошу.

Глава 10

Гвардейцы заставили селян отойти от дороги и рва, пригрозив убить всякого, кто попытается прорваться в крепость. Гроу вооружился дорнаком и верхом на Красавчике беспрепятственно проехал по мосту. Загалдев, к нему направились люди. Гроу не стал спешиваться. Разглядывая взволнованные лица, он позвал Таолара. Лекарь выбежал и вцепился в сбрую его коня, взгляд горел.

– Ты был там?! Что увидел?

Там? Гроу вспомнил путешествие в Темный мир за братом и напавших там на него людей в туниках. Кажется, Таолара совершенно не волновал развернувшийся в Вионе беспредел. Гроу неохотно бросил:

– Там были люди.

– Что?!

Гроу взмахнул рукой, веля изумленному лекарю отстать с расспросами и отойти от Красавчика. Он сосредоточился на толпе, не все селяне были рады странному визитеру. Стоящие впереди бедняки, похожие на бандитов, скалились и крепче сжимали факелы. Женщины указывали на восток и рыдали. Другие простирали руки. Но всех объединял страх.

– Что случилось? – Гроу постарался не упустить из виду тех, кого причислил к разбойникам. Но людей было слишком много. Все