Шрамы - Наталия Иноземцева

растрепанные волосы сделали Раймота похожим на настоящего бандита. Он не отреагировал на приветствие своих рыцарей, не взглянул на Энкора. Лидит прошел к герцогу и преклонил колено.

Паладины замерли. Они уставились на командира, как брошенные дети.

Герцог тяжело вздохнул и отвернулся.

Зотар коснулся плеча лидита:

– Встаньте, граф. С вами хочет говорить командир Белых рыцарей Эбрес Энкор.

– Энкор? – Раймот резко выпрямился, и гвардейцы, засуетившись, заставили его отойти от герцога. Грудь лидита затряслась от беззвучного кашля.

Командир Белых рыцарей шагнул навстречу и протянул руку. Они обменялись крепкими рукопожатиями. Очевидно, воины знали друг друга.

– Что это, Эн? – Указав на шрамы эрита, Раймот диковато улыбнулся: – Где ты их получил? – взглянув на Зотара, он посерьезнел и отступил. – Что происходит?

– Я привел рыцарей. Большую армию. Хочу избавить земли от рахо. Поможешь?

– Я сплю?

Энкор не ответил, и лидит горько усмехнулся.

– Ты? Человек, не видевший ни одной твари? Привел нарядных юнцов на бойню с чудовищами?

– Изволь, – Энкор приподнял подбородок, уголки губ опустились, но хлесткие слова он принял стойко. – Не все так печально.

– Ты впечатлился бреднями магов и решил, что тот самый? – Лидит скрестил указательные пальцы. – Что Он? Все эти перья, белые плащики, шрамы… – Он обратился к Пайрону: – Герцог! Неужели вы поверили в предсказание? – Раймот смотрел с таким отчаяньем, что у Гроу похолодело в животе.

Пайрон, судя по всему, не нашелся, что сказать. Он развернулся к советнику, Зотар еле заметно пожал плечами.

Гроу решил, что единственный в зале понимает, о чем толкует лидит.

– Нет, надо гнать всех… – Раймот зашелся кашлем, но не дал к себе подойти. Он выставил руки и сплюнул кровь. – Одумайтесь! Нет никаких избранных, есть идиоты и лжемаги, которые наживаются на людях. Энкор, ты умрешь! И своих ребят погубишь. Надо спасать людей. Надо вывезти всех отсюда. Я уже это говорил… говорил же…

Паладины попытались успокоить лидита, он вцепился в Корада.

– Мой приказ – увести людей! Такое было или нет? Далмон?! – Он поискал взглядом. – Слышишь?! Почему ты еще здесь?

Лерн ничего не ответил. Прикрыв лицо рукой, он отошел. Щеки и шея покраснели.

– Уведите лидита, – приказал Зотар и в сторону бросил: – Три проклятых стороны!

Раймот не покорился. Четверо гвардейцев не смогли его унять. Каждый оказался на полу. Зотар прикрикнул на оторопевших паладинов.

Гроу дернулся, поддавшись общему порыву, но остановился. Он побоялся, что выйдет из себя и покалечит лидита. А может, и еще парочку рыцарей.

Корад со скорбным лицом прижал вырывающегося командира к себе. Рыцари смогли связать Раймота поясными ремнями и вывести из зала.

– О-о-о, что же со всем нами происходит?! Что я наделал? Раймот обезумел… – голос герцога сорвался. – Прочь! Все. Собрание окончено. – Он стиснул руками голову и отошел к окну.

Энкор ожидал от собрания большего и готов был поделиться планом, некой тайной, что открылась хранительнице. Гроу это чувствовал. Но, к его разочарованию, командир Белых рыцарей потребовал подробные карты Виона и покинул зал. Он тоже захотел убраться. Здесь стало невыносимо душно и запахло чем-то кислым. Общей подавленностью?

Когда шаги эрита стихли, Лерн подался к герцогу:

– Прошу у вашей светлости скорой аудиенции, – звонкий голос легко разнесся по залу. Лицо рыцаря все еще пылало, на скулах играли желваки, глаза блестели и метались от Зотара к правителю.

Скользнув ладонью по стеклу и всмотревшись в светлое небо, герцог несколько раз глубоко вздохнул и произнес:

– Если великий Ней указал хранительнице путь, святому делу не воспрепятствую, – он словно не услышал просьбу рыцаря. – Но каждый, кто присягнет эриту и отправится на бойню, предаст меня и орден.

– Помните, вы защищаете священные земли, а не амбиции лорда, – прогнусавил Зотар.

«А вернее ваши поганые шкуры?» – Гроу скрипнул зубами. Неохотно поклонившись, он поспешил прочь. На входе тотемы вспыхнули и ослепили золотыми огнями, Гроу отмахнулся. Он пробежал несколько залов и на роскошной парадной лестнице нагнал эрита. Командир шел в компании своих воинов.

– Простите, лорд Эбрес…

Эрит обернулся, на груди сверкнул медальон с оскаленной головой волка.

Гроу обогнул воинов и поравнялся с ним.

– Разрешите помочь. Я смог добыть кровь рахо для принца и буду полезен.

«А еще закреплю за собой статус героя, покажу истинную силу рода Рамиланов и растопчу дядю».

Убивать тварей было приятней, чем участвовать в омерзительных дворцовых играх. Если все получится, не придется просить снисхождения и помощи лорда и короля. Земляки и так примут его с распростертыми объятиями.

Он понял, что не представился, и склонил голову:

– Граф Марсини из Лирона.

Эрит задержал взгляд на побледневших шрамах, а потом на косичках. Гроу выпрямился и придал лицу решительный вид. Положив руку на роскошный эфес меча, собеседник продолжил шествие, но медленнее. Властный жест не выглядел как угроза. Очевидно, эрит привык к подобным прошениям, был выдержаннее герцога и даже в крайней нужде не бросался успешным воинам на шеи. Гроу зашагал рядом.

Пожалуй, глупо было обращаться с броскими речами прямо на ступенях.

Спустившись, Энкор жестом пригласил его отойти в сторону. Слуги, стоявшие неподалеку, поспешили убраться. Дворцовая стража замерла в другой стороне огромной галереи. Больше никого рядом не было.

Доведя молчанием до исступления, лорд спросил:

– Вы бывали в Элрае?

– Не был, – отрезал Гроу.

Слова вылетели, прежде чем он успел их обдумать. Сработал инстинкт – ни при каких условиях не сознаваться о гостевании у кровников. За такой новостью могли последовать плен и суд.

– Что с вашей рукой?

Гроу покосился на ногти, покрытые кровяными корками. Да, странное зрелище, словно до собрания его пытали. Голова загудела. Он попросил нужных слов у предков, у Нея, защищающего людей с добрыми намерениями, у животворца Виона, он не знал, кого просить еще.

Лорд едва заметным кивком отпустил своих рыцарей:

– И кто же такие Марсини?

Кто? Гроу мысленно хмыкнул. Хотелось бы, чтоб не клан каких-нибудь каннибалов.

Лирон располагался ближе к королевским землям, чем Вион. Только в противоположной стороне, и, вероятно, Энкор знал о севере намного больше, чем он сам.

Ох, бесы… Гроу с трудом выдержал испытующий взгляд:

– Марсини – род, неблизкий королевскому. Вряд ли знаете, – ответ прозвучал резко, он этого не хотел.

Лорд остался серьезным и спокойным. Но за этим спокойствием Гроу почувствовал железную