Шрамы - Наталия Иноземцева

Юноша послушался и зашептал вместе с ним. На десяти Гроу резким движением свернул его голову в сторону, чуть больше, чем задумывалось природой. Раздался хруст. Стражник даже не дернулся. В самом Гроу все окаменело и замерло. Взобравшись в седло, он увидел двух ястребов, летящих от хребта в сторону крепости, и пришпорил коня.

Над хребтом Цорея нависали тучи. Факел едва освещал путь, но вскоре на земле появились следы большой конницы. Рыцари не пытались замаскировать их. Твари, на которых они отважились охотиться, пользовались не зрением и не обонянием, а какими-то известными только Нею и Темной стороне силами.

Отпечатки подков привели к перевалу, делящему горный массив на две половины. Гроу въехал в буковый лес, стесненный каменными валунами. В тишине слышались только треск огня от факела, цоканье копыт Красавчика и легкое шуршание листьев.

По краям дороги стали появляться поваленные деревья. Между ними торчали стрелы с белым оперением. Чуть дальше лежали туши лошадей. По левую руку в небольшом овраге блеснул сталью нагрудный доспех. Гроу подъехал ближе. Факел осветил две дюжины искалеченных тел. От трупов в разные стороны разбежались крысы. Кровь на белых плащах рыцарей смотрелась как мазки краски. И все зрелище напомнило скверный набросок художника. С воинов не стали снимать дорогие доспехи, бросили так, значит, торопились или спасались бегством.

Гроу перевел Красавчика на рысь.

Влажный воздух похолодал. Зашумела вода. Гроу выехал к двум роскошным водопадам высотой в сотню локтей. Ему навстречу из темноты вылетел всадник. Юноша остановил лошадь, когда Гроу поднял факел. Темные волосы стояли дыбом, лицо покрывала грязь. На груди его скакуна алела рваная рана.

– Ты гонец или дезертир? – спросил Гроу.

– У меня послание от эрита в крепость, – всадник отер рукавом коты лицо и показал свиток. Он жадно хватал ртом воздух. С вершины донесся вой рога, он слился с гулом потока. Гроу задрал голову. Срез холма озарился неестественным огненным всполохом и снова погрузился в сумрак. Кажется, наверху продолжался бой. Выжидать и хорониться было невыносимо.

– Возьми моего коня. Твой не доскачет. Только ты за него башкой отвечаешь. – Гроу отдал Красавчика гонцу и отыскал подступ, где можно было взобраться на плато. В конце концов, без лошади он мог срезать путь. Пальцы цепко впивались в глинистую землю. Корни, торчавшие меж валунов, выглядели привлекательно, но рядом с водой все деревья были гнилыми. Он сосредоточился на более надежных валунах. Подъем разогрел мышцы.

Взобравшись на плато, он затаился у кустарника. Здесь свирепствовал ветер, метались деревья и кружили вдоль воды черные вихри. За бурным потоком разросся лес. В запруде около камней, в двадцати шагах от обрыва собралась целая плотина из мертвых воинов и разлагающихся туш рахо. Озадачившись поиском выживших бойцов, Гроу добежал до первых деревьев. Черная тень пронеслась у левого плеча, прозвучал неразборчивый шепот. Он обернулся и замер.

– Кто здесь?

Перед лицом взвился огненный вихрь. Гроу рванул в сторону. Дерево рядом вспыхнуло белым светом и разлетелось на щепки. Он припал к земле и закрылся руками. Тело обдало жаром. Рядом рухнули обугленные ветви. На них наступила двуногая тварь, на три головы выше Гроу. Огромные глаза без зрачков светились, как луны. Вместо носа и пасти чернели гладкие треугольные пластины, между ними выглядывали короткие шипы. Тварь замахнулась, но не лапой, а оружием, похожим на черный серп. На конце изогнутого лезвия надулся огненный шар.

Гроу попытался встать, но не смог шевельнуться. Тело застыло и перестало слушаться. Рахо подошел так близко, что мог бы снести застывшему сопернику голову, но вместо этого крутанул серп в воздухе и развел лапы в стороны.

Какого беса ему надо? Для завершения поганой ночки не хватало только жарких объятий с рахо. Моргнуть и зарычать – это все, чем Гроу смог ответить.

– Вон он!

– Вижу зверя!

Зверем мог обозвать чудовище кто угодно, только не вионец. Лес за спиной взорвался яростными криками. В рахо полетели копья покрытые белым золотом, три из которых превратились в блестящую пыль и развеялись на ветру, два других замерли около груди чудовища и полетели обратно, древками вперед. Только одно копье вскользь задело мускулистое плечо чудовища и исчезло в темноте. Тварь окутал черный вихрь. Гроу почувствовал, что снова может двигаться. Вскочив, он ковырнул носком сапога землю и пошатнулся.

– В позицию! – прогремел голос Энкора.

Три десятка воинов, шурша плащами, пробежали мимо Гроу.

– Собрать звено! Лиронец, давай сюда! – пробасил незнакомый воин.

Гроу добрался до отряда, оставшегося у края леса. Рыцари образовали кольцо из щитов и впустили его внутрь. Черный вихрь вместе с рахо взлетел в воздух, в небе заплясали молнии и обрушились сотней стрел на землю. Гроу не увидел, к чему это привело. Рыцари в звене вскинули несколько прямоугольных щитов вверх. Вышла отличная крыша. Бойцы, ринувшиеся в атаку, сдавленно закричали и затихли. По щитам забарабанил дождь.

– К пещерам! – скомандовал Энкор, даже не пытаясь скрыть досаду в голосе. Он был где-то неподалеку.

Бойцы перегруппировались в три колонны и, закрываясь щитами, дружно зашагали вглубь леса. Гроу присоединился к ним. Что это была за тварь? Рахо-маг?! Он потер лицо. Тело все еще плохо чувствовалось и было словно чужое.

Пышные перья на шлемах рыцарей под дождем превратились в слипшиеся крысиные хвосты. Гроу сверлил взглядом спины впередиидущих и не понимал, почему все молчат? Почему никого, кроме него, не удивляет двуногое чудовище с оружием? Он пожалел, что рядом нет Лерна и Брэна. Вот они наверняка разделили бы его негодование. Гроу решил, что королевским рыцарям просто запрещают раскрывать рты. Все-таки это были люди иного сорта, выученные держаться в большом строю, слушать командующих и не разводить балаган.

Впереди он разглядел огни. Входы в пещеры освещали факелы. Над ними предусмотрительно соорудили деревянные козырьки. Дождь перешел в сильный ливень. Под ногами пенились потоки воды.

Добравшись до укрытий, рыцари засуетились. Гроу увидел большую клетку из белого золота, прикрытую пологом, и озадачился еще больше. Один из бойцов позвал его за собой в пещеру, украшенную королевскими знаменами.

Пройдя по узкой расщелине, они попали в каменный зал с костром посередине. На подставках справа висело несколько комплектов из кирас, серебристых кольчуг, легких и тяжелых панцирей и шлемов. Зрелище дополнял богатый арсенал. Гроу скользнул взглядом по лассо и сетям. Для поимки людей и диких животных они годились. Против рахо – едва ли.

В глубине пещеры оруженосцы снимали с лорда Энкора