Отвергнутая истинная дракона. Хозяйка проклятого поместья - Елена Белильщикова

изогнул бровь, тоже показным образом демонстрируя, как ему скучно. И выставил вперед ладони, рисуя поверх них морозными узорами сверкающий щит. Все до единого дротики рассыпались под его натиском. Ниэль поудобнее перехватил этот импровизированный щит, и в свободной руке постепенно начало появляться, наливаться силой, серебристо-голубым магическим огнем, ледяное копье.

Ниэль слышал, что этот артефакт описывался в старых книгах. Что он появился едва ли не раньше, чем родился Первый ледяной дракон. Это было олицетворение ледяной магии этого мира. И оно не подчинялось никому, кого не выбрало бы само своим хозяином. Даже Эрику. А Ниэль… Он и не мечтал, что Ледяное копье отзовется на его призыв. Но кажется, этот артефакт был так называемым «барометром», как и говорили в легендах, и ненавидел несправедливость, ложь, подлость, которой так и веяло от Эрика. Но не от Ниэля. Он попросил помощи, позвал копье. И оно откликнулось ему, вдруг появившись в его ладони.

Эрик отшатнулся. Редко кому удавалось даже проявить этот артефакт. Он существовал где-то вне пространства, и теоретически его мог воплотить любой, кто обладает ледяной магией. Но на практике все получалось иначе. Мало кому удавалось даже просто позвать артефакт. А уж тем более использовать?!

Эрик попятился. На его руке начал возникать новый магический огонь, но бело-серебристое пламя дрожало, выдавая его внутреннюю неуверенность.

— Разве ты не знаешь, Ниэль? Это копье может обернуться даже против тебя самого, если ты не справишься с ним!

Ниэль усмехнулся и сделал шаг вперед. Предупреждающе вытянул руку и коснулся острием копья беззащитной груди Эрика.

— Ты думаешь, я боюсь за себя? Нет. Мне плевать, даже если в уплату за защиту моих близких копье заберет мою жизнь и силу. Только знаешь… этого не будет, Эрик. Я чувствую это копье. Оно будто часть меня сейчас. Оно пришло ко мне не вредить. А лишь восстановить справедливость. Копье достанется в руки только тому, чье дело правое. Помнишь эти слова из старой легенды? Мы считали эти слова сказкой. Но оказалось, что так и есть на самом деле. Копье не навредит мне. Только тому, кто пойдет против меня и моих близких, моего королевства.

Эрик протянул руку к копью. Так бесстрашно, будто это было во сне, будто и не грозила ему смертельная опасность.

— Я и не хочу вредить твоим близким. Я не хочу твоей смерти, Ниэль. Я хотел лишь остаться в живых и не на цепи, как животное. Хоть я и дракон, я человек, как и ты. Не тебе было судить, жить мне или умирать, там, в пещере. Не тебе было решать убить меня, как бешеного зверя.

Эрик говорил серьезно и расстроенно. Он не играл, не пытался обмануть копье. И оно позволило ему дотронуться до себя. Более того, вспыхнуло магическим светом, холодным, пахнущим метелью. Он не отдернул руку, не попытался перехватить копье. Эрик поднял на Ниэля задумчивый взгляд, в котором отражался свет магии.

— Я не боюсь тебя, Ниэль. Копье справедливо, я это чувствую. Оно не убьет меня так, как это был готов сделать ты там, в пещере!

Эрик опустил руки, даже слегка разводя их в стороны, показывая, что не сопротивляется. Запрокинутая голова, глубокий вдох, расправленные плечи, даже легкая улыбка на губах — все говорило о готовности принять свою судьбу и доверии к ней.

Копье и правда замерцало сотнями, тысячами крохотных искорок, начиная рассыпаться в руках Ниэля. Тот растерянно смотрел на артефакт, который исчезал в его руках, будто дым. Магический морок? Последняя надежда на спасение таяла. И становилось немного горько. Неужели все это напрасно? И Ниэль просто ляжет в сырую землю, павший от меча Эрика? Никогда больше не увидит сына и Ингу?

— Но я тоже не хотел тебя убивать, — хрипло от волнения, но искренне ответил Ниэль. — Я же сказал, что моя драконья магия сама, не по моей воле, так отреагировала на магию, сковывающую тебя. Я здесь ни при чем. Я и собирался освободить тебя. Оставить в плену, забрать с собой — да. Прости, но уже тогда я тебе не доверял. Как выяснилось, не зря. Но я, как ты и просил, хотел сделать твой плен в моем королевстве максимально комфортным. Ты находился бы под моим присмотром. Но ты решил иначе, — Ниэль умолк и отвернулся, и его лицо ожесточилось. — Ты сам заманил меня в ловушку, Эрик. Если бы не мои друзья, я никогда не выбрался бы наружу из тех пещер. Там бы и погиб… однажды. Но тебе было плевать на то, что ты заточил невиновного человека. Тебе в первую очередь нужна была свобода. Любой ценой. Поэтому ты и пленил моего сына, и готов был убить мою жену и моего отца у меня на глазах. Мне жаль, что я доверился тебе тогда, в пещере. И дал себя обмануть. И мне жаль… что, если ты говоришь сейчас правду, Эрик, ты, в свою очередь, не поверил мне там, в пещере. Раз решился на исполнение своего жестокого хитроумного плана.

— Мы оба лишь боимся друг друга, вот и наломали дров, — проговорил Эрик задумчиво. — Но я все равно не могу доверять тебе, Ниэль.

Эрик незаметно потянулся к мечу. По крайней мере, решил, что это будет незаметно. В этом и заключалась его ошибка. Копье все видело. Артефакт не исчезал. Он преобразовывался! И вот эти искры в мгновение ока превратились в прочную магическую сеть.

Эрик успел выхватить меч из ножен, но даже не вскинул его. Ведь сетка уже обхватила его, не давая и шелохнуться, прижав руки и ноги, и крылья. Эрик зло рванулся, но от этого лишь упал на колени. А выставленное им «кольцо» в воздухе, ограничивающее площадку для поединка, рассеялось.

— Что ж, ты победил, — горько усмехнулся Эрик, поднимая голову. — Теперь мне и правда не стоит рассчитывать на пощаду?

Ниэль в шоке посмотрел на Эрика. Он даже не дергался в своих путах. На его лице читалась обреченность и покорность судьбе. А вот на лице Ниэля отражалась борьба с самим собой. Раньше он воевал, и на его руках была кровь. Ниэль сожалел об этом, но он хотя бы никогда не хитрил в бою, дрался честно. И его противники были повержены им по справедливости. Сейчас же, глядя на Эрика, Ниэль чувствовал угрызения совести. Ведь тот стоял безоружный. Опустив руки, с потухшим взглядом. Первым порывом было добить врага, но потом… Ниэль почувствовал, что меч стал слишком тяжелым для него.

— Нет, — медленно, будто через силу, проговорил Ниэль. —